Книги по тегу «любовь»: ""
Десять женщин, десять историй, десять путей к любви и счастью. Фитнес-зал стал для них не просто местом тренировок, а пространством, где они нашли себя, своё тело, свою уверенность и, главное, свою любовь.
Каждая история уникальна, но всех их объединяет одно — вера в себя и готовность к переменам. Ведь иногда достаточно сделать первый шаг, чтобы жизнь изменилась навсегда.
Каждая история уникальна, но всех их объединяет одно — вера в себя и готовность к переменам. Ведь иногда достаточно сделать первый шаг, чтобы жизнь изменилась навсегда.
Четыре года назад Леона сбежала от мужа и исчезла. Теперь пропала её младшая сестра, оставив единственное сообщение:
«Я нашла список. Теперь там моё имя. Он выбрал меня следующей».
Леона возвращается в город, где Виссарион встречает её перед камерами как любимую жену. Его центр «Возвращение» якобы помогает пропавшим людям вернуться домой. Но за красивой вывеской скрывается система, которая разыскивает женщин, решивших уйти, и отдаёт их тем, от кого они спасались.
Единственный, кто может помочь найти сестру, — Аскольд Яровой, бывший глава охраны центра. Четыре года Леона считала его предателем. Теперь она узнаёт: за её побег он провёл почти три года за решёткой.
Чтобы спасти сестру, Леоне придётся снова войти в дом мужа, раскрыть тайну списка и решить, кому можно доверять. Но Виссарион уже приготовил для неё роль — следующей женщины, которую он публично «вернёт домой».
«Я нашла список. Теперь там моё имя. Он выбрал меня следующей».
Леона возвращается в город, где Виссарион встречает её перед камерами как любимую жену. Его центр «Возвращение» якобы помогает пропавшим людям вернуться домой. Но за красивой вывеской скрывается система, которая разыскивает женщин, решивших уйти, и отдаёт их тем, от кого они спасались.
Единственный, кто может помочь найти сестру, — Аскольд Яровой, бывший глава охраны центра. Четыре года Леона считала его предателем. Теперь она узнаёт: за её побег он провёл почти три года за решёткой.
Чтобы спасти сестру, Леоне придётся снова войти в дом мужа, раскрыть тайну списка и решить, кому можно доверять. Но Виссарион уже приготовил для неё роль — следующей женщины, которую он публично «вернёт домой».
Лекарство — яд — какая прелесть
Врождённый ж наш порок любовь.
Живём мы словно однодневки
Умрём всё ж лучше. Лейся кровь.
Прошу лесов благословенья.
И трав друзей весёлый взгляд.
Коль отдаёте свои силы
Готовьтесь, малый будет рад.
Уже не помниться когда же
Я говорил: "Люблю тебя"
Зато горит и тлеет тихо
Истерзанная всем душа.
Врождённый ж наш порок любовь.
Живём мы словно однодневки
Умрём всё ж лучше. Лейся кровь.
Прошу лесов благословенья.
И трав друзей весёлый взгляд.
Коль отдаёте свои силы
Готовьтесь, малый будет рад.
Уже не помниться когда же
Я говорил: "Люблю тебя"
Зато горит и тлеет тихо
Истерзанная всем душа.
В доме, чуть ниже по улице, одним зимним вечером было ужасно шумно. Настолько, что, казалось, голова взорвется вслед за всплеском аплодисментов, хохотом и звоном полных игристого бокалов.
В углу бального зала стояла она — «незнакомка» для восьми миллиардов человек, напротив — он, гость, уставший от праздника. Между ними было не больше метра, но даже этот метр казался бесконечным океаном.
Каждый из них справлял этот праздник в своем собственном одиночестве. Это же и помогло им увидеть друг друга.
Их встреча длилась всего один танец. И зарю, которая вспыхнула за окном.
В углу бального зала стояла она — «незнакомка» для восьми миллиардов человек, напротив — он, гость, уставший от праздника. Между ними было не больше метра, но даже этот метр казался бесконечным океаном.
Каждый из них справлял этот праздник в своем собственном одиночестве. Это же и помогло им увидеть друг друга.
Их встреча длилась всего один танец. И зарю, которая вспыхнула за окном.
В пятьдесят три года я застала любовницу мужа в своём кресле. Она уже разбирала мои вещи, а Валентин спокойно объяснял, что мне пора уступить им компанию, которую я создавала больше двадцати лет.
Они были уверены, что я промолчу ради семьи.
Я уволила обоих.
Но предательство оказалось лишь началом. Муж заранее вывел деньги, переманил сотрудников, скопировал проекты и подготовил новое бюро. Даже наш взрослый сын поверил, что именно отец всегда был настоящим создателем моего успеха.
Теперь у меня тридцать дней, шесть оставшихся сотрудников и почти пустой счёт, чтобы закончить главный проект — восстановление старинного «Дома с часами». А ещё придётся доказать, что моя фамилия стоит под моей работой не случайно.
Я больше не собираюсь спасать брак, в котором меня предали. Но, возможно, ещё не поздно спасти себя, своё дело и открыть дверь мужчине, который не обещает решить за меня все проблемы — зато всегда выполняет собственные обещания.
Они были уверены, что я промолчу ради семьи.
Я уволила обоих.
Но предательство оказалось лишь началом. Муж заранее вывел деньги, переманил сотрудников, скопировал проекты и подготовил новое бюро. Даже наш взрослый сын поверил, что именно отец всегда был настоящим создателем моего успеха.
Теперь у меня тридцать дней, шесть оставшихся сотрудников и почти пустой счёт, чтобы закончить главный проект — восстановление старинного «Дома с часами». А ещё придётся доказать, что моя фамилия стоит под моей работой не случайно.
Я больше не собираюсь спасать брак, в котором меня предали. Но, возможно, ещё не поздно спасти себя, своё дело и открыть дверь мужчине, который не обещает решить за меня все проблемы — зато всегда выполняет собственные обещания.
Жизнь мадемуазели Греты это непрерывная погоня за сказкой в декорациях шумного города. Пока другие просто ходят по улицам, она высматривает в толпе того самого принца на белом коне. Ее мир соткан из мелочей, которые для любого другого остались бы незамеченными, но для Греты становятся смыслом бытия. Каждая история здесь это шаг навстречу мечте, сделанный в туфлях на шпильке и с гордо поднятой головой, увенчанной эксцентричной шляпкой.
Алия Вавилова — петербургский аналитик, привыкшая к порядку, дождям и уютной жизни с любимым.
Однажды двое чужих приносят весть: у неё есть семья. Большая. Богатая. Влиятельная.
Она летит к ним, думая, что обретёт дом. Но там её не ждут.
В центре этого мира — хлопок. Белый, пушистый, как облако. Только каждый его куст политый кровью. За него гибли люди четверть века назад. Из-за него гибнут сегодня. Он даёт власть, деньги, но забирает души.
Двое — он и она. Их судьбы втянуты в эту воронку случайно и неумолимо. Он с детства носит в себе взрыв — травму, которую не вытравить. Он не умеет верить, не умеет любить. Каждое утро он просыпается с одной мыслью: «мир — это боль». Каждую ночь ему снится одно и то же. И он давно смирился, что счастье не для него.
Но она не такая, как все. Она пришла в этот ад не по своей воле, но именно она начинает разбирать завалы, которые копились десятилетиями.
Что заставляет человека, который не верит никому, вдруг открыться?
И можно ли оста
Однажды двое чужих приносят весть: у неё есть семья. Большая. Богатая. Влиятельная.
Она летит к ним, думая, что обретёт дом. Но там её не ждут.
В центре этого мира — хлопок. Белый, пушистый, как облако. Только каждый его куст политый кровью. За него гибли люди четверть века назад. Из-за него гибнут сегодня. Он даёт власть, деньги, но забирает души.
Двое — он и она. Их судьбы втянуты в эту воронку случайно и неумолимо. Он с детства носит в себе взрыв — травму, которую не вытравить. Он не умеет верить, не умеет любить. Каждое утро он просыпается с одной мыслью: «мир — это боль». Каждую ночь ему снится одно и то же. И он давно смирился, что счастье не для него.
Но она не такая, как все. Она пришла в этот ад не по своей воле, но именно она начинает разбирать завалы, которые копились десятилетиями.
Что заставляет человека, который не верит никому, вдруг открыться?
И можно ли оста
Меня выбросило в другой мир. Пустошь, холод, серое небо. И демоны. Они схватили меня, связали и притащили в Цитадель. К лорду Кайрену.
Я ненавижу его. Я боюсь его. Но моё тело предаёт меня каждый раз, когда он рядом. Его пальцы на моей коже. Его дыхание на моей шее. Его голос, приказывающий мне подчиниться. Я не хочу этого. Но когда он смотрит на меня своими жёлтыми глазами, я готова встать перед ним на колени. Снова и снова.
Он — демон. Я — его рабыня. И я не знаю, смогу ли вернуться домой. И хочу ли я этого теперь.
Я ненавижу его. Я боюсь его. Но моё тело предаёт меня каждый раз, когда он рядом. Его пальцы на моей коже. Его дыхание на моей шее. Его голос, приказывающий мне подчиниться. Я не хочу этого. Но когда он смотрит на меня своими жёлтыми глазами, я готова встать перед ним на колени. Снова и снова.
Он — демон. Я — его рабыня. И я не знаю, смогу ли вернуться домой. И хочу ли я этого теперь.
Это кульминационный момент, где профессиональное напряжение между коллегами вспыхивает с неукротимой силой. Глава открывается дерзкой провокацией в закрытом кабинете, где стираются все границы дозволенного, а холодный академический рассудок и маски цинизма разбиваются вдребезги. Это история о том, как рушится привычный контроль, открывая дорогу настоящей буре чувств и долгожданному освобождению.
Поспорила с подругами в ночь на Ивана Купала. Пошутили, нагадали. А я возьми и пойди в лес с зеркалом… Думала, максимум — маньяк. А пришёл он. Огненный, с алыми глазами и клятвой служить мне семь ночей. Я — успешный пиарщик, циничная и одинокая. Он — древняя нечисть, от которой по правилам надо бежать. Но тело горит, а сердце… Сердце впервые за годы захотело запретного. Теперь у меня есть ровно неделя, чтобы не влюбиться. Или чтобы сгореть дотла.
Выберите полку для книги