Книги по тегу «молодежная проза»: ""
— Ты теперь моя на всё лето, Сироткина.
— Пошел ты…
Глаза Брагина опасно сужаются, и я вжимаюсь в стену, когда он нависает надо мной.
— За тобой должок, не забывай. Делаешь все, что я скажу.
— В пределах разумного, — напоминаю зарвавшемуся мажору. — Я помогу тебе вернуть бывшую, ты спишешь мой долг. На большее не рассчитывай!
— Как насчет того, чтобы совместить полезное с приятным?
Не успеваю возразить, как оказываюсь в плену сильных рук мажора.
***
Леон Брагин. Пугающе красив. Безнаказанно властный. И, кажется… сломан изнутри. Я должна бежать от него, но у меня должок, который я буду отрабатывать до конца лета. И плевать он хотел на мои возражения и запреты!
— Пошел ты…
Глаза Брагина опасно сужаются, и я вжимаюсь в стену, когда он нависает надо мной.
— За тобой должок, не забывай. Делаешь все, что я скажу.
— В пределах разумного, — напоминаю зарвавшемуся мажору. — Я помогу тебе вернуть бывшую, ты спишешь мой долг. На большее не рассчитывай!
— Как насчет того, чтобы совместить полезное с приятным?
Не успеваю возразить, как оказываюсь в плену сильных рук мажора.
***
Леон Брагин. Пугающе красив. Безнаказанно властный. И, кажется… сломан изнутри. Я должна бежать от него, но у меня должок, который я буду отрабатывать до конца лета. И плевать он хотел на мои возражения и запреты!
— Ты же не думала, что я такой наивный, чтобы поверить в твой спектакль?
— Ты… ты совсем спятил? — в шоке я. — Это что вообще такое?
Ведь моя нога не просто прикована наручниками, она прикована не к дивану даже, а к ноге Ярослава! Это что за…
— Ну, раз ты решила поиграть в кошки-мышки, — спокойно так говорит, издевательски. — То играть будем по моим правилам.
Он вернулся, чтобы испортить мне не только восемнадцатилетие, но и всю жизнь. Не на ту напал! Я больше не та неженка, которую он сам же защищал от хулиганов. Нашей дружбе конец.
— Ты… ты совсем спятил? — в шоке я. — Это что вообще такое?
Ведь моя нога не просто прикована наручниками, она прикована не к дивану даже, а к ноге Ярослава! Это что за…
— Ну, раз ты решила поиграть в кошки-мышки, — спокойно так говорит, издевательски. — То играть будем по моим правилам.
Он вернулся, чтобы испортить мне не только восемнадцатилетие, но и всю жизнь. Не на ту напал! Я больше не та неженка, которую он сам же защищал от хулиганов. Нашей дружбе конец.
Глаза питерского неба, с оттиском белых ночей, откуда она приехала. Огромные, перепуганные. И волосы у неё холодного русого цвета. Губы пухлые приоткрыты, дышала ртом и закрывала его ладонями, чтобы не закричать.
Как тебе богатая жизнь, малыш? Понравилась?
За всё нужно платить.
Но ты платить не будешь.
Как тебе богатая жизнь, малыш? Понравилась?
За всё нужно платить.
Но ты платить не будешь.
«А может все эти случайности не случайны?» – промелькнуло у него в голове. Они оказались оба в таком положении: одинокие и нелюбимые. Так может этот ненавистный им обоим праздник встретить вдвоем? Он бегло посмотрел на часы: до момента действия сюрприза оставался час. Сможет ли он уговорить ее пойти на такое романтическое безумство, о котором он всегда мечтал?
– Клуб? Театр? Ресторан? Загородный дом? Отель? Поездка заграницу? – на каждый предложенный вариант, она слышала отказ. – Тогда я не понимаю и даже побаиваюсь. Я тебе предложила все варианты. Разве можно еще как-то по-другому встретить этот день?
– Можно, – засиял еще больше Алексей, видя, как девушка находится в легком недоумении. – Просто доверься мне и скажи: «да», и тогда ты все узнаешь.
– Клуб? Театр? Ресторан? Загородный дом? Отель? Поездка заграницу? – на каждый предложенный вариант, она слышала отказ. – Тогда я не понимаю и даже побаиваюсь. Я тебе предложила все варианты. Разве можно еще как-то по-другому встретить этот день?
– Можно, – засиял еще больше Алексей, видя, как девушка находится в легком недоумении. – Просто доверься мне и скажи: «да», и тогда ты все узнаешь.
Два мира, два закона. Он — золотой мажор, уверенный в своей победе. Она — огонь, бросающая вызов. Их противостояние было обречено вспыхнуть с первой же встречи. Но в самой гуще событий они обнаруживают нечто пугающее и пьянящее — непреодолимое влечение. Что их ждет на границе зарождающейся страсти?
Странный парень, избегающий общения.
С ним везде летает огромная бабочка. Сплошная загадка!
Кто бы мог подумать, что после пары встреч именно он станет для меня тем,
без кого я не смогу дышать?
Остаётся только одна проблема: как с ним встретиться снова?
Он же постоянно куда-то исчезает!
С ним везде летает огромная бабочка. Сплошная загадка!
Кто бы мог подумать, что после пары встреч именно он станет для меня тем,
без кого я не смогу дышать?
Остаётся только одна проблема: как с ним встретиться снова?
Он же постоянно куда-то исчезает!
Пойти на концерт рок-группы я была не против...
Но кто ж знал, что ко мне прилипнет один из её участников?
Свидание со звездой, выигранное после концерта... вот оно мне надо?
Как ж он меня бесит! Или... нравится?
Но кто ж знал, что ко мне прилипнет один из её участников?
Свидание со звездой, выигранное после концерта... вот оно мне надо?
Как ж он меня бесит! Или... нравится?
Он — бунтарь, для которого свобода дороже любых правил, а дорога — единственная настоящая стихия. Она — девушка, привыкшая жить по плану, где у каждого дня есть своё место и время. Их миры — как две параллельные линии, которым не суждено пересечься… но судьба решает иначе.
Одна случайная встреча переворачивает всё: привычные маршруты становятся путями к чему-то большему, а каждый миг рядом друг с другом — словно полёт над обыденностью. Между ними — пропасть из разных взглядов, страхов и ожиданий, но есть и то, что сильнее расстояний: чувство, которое не спрашивает разрешения и не ищет оправданий.
Их любовь — как вспышка на тёмной трассе: ослепительная, пугающая и невероятно настоящая. Смогут ли они удержать это хрупкое «мы», когда весь мир будто сговорился напомнить, что они — слишком разные? Или именно эта разница и подарит им то самое — пространство, где возможно всё?
Одна случайная встреча переворачивает всё: привычные маршруты становятся путями к чему-то большему, а каждый миг рядом друг с другом — словно полёт над обыденностью. Между ними — пропасть из разных взглядов, страхов и ожиданий, но есть и то, что сильнее расстояний: чувство, которое не спрашивает разрешения и не ищет оправданий.
Их любовь — как вспышка на тёмной трассе: ослепительная, пугающая и невероятно настоящая. Смогут ли они удержать это хрупкое «мы», когда весь мир будто сговорился напомнить, что они — слишком разные? Или именно эта разница и подарит им то самое — пространство, где возможно всё?
— Привет, малявка, давно не виделись.
Замираю с табличкой в руках, глядя на «звезду бейсбола».
Я должна была встретить нового игрока в аэропорту, но в итоге встретилась с прошлым.
Паша Молотов.
Лучший друг моего брата.
Мой личный кошмар.
Запретный… запрет!
Между нами всегда игра на грани, но никто не знает, чем она закончится. И закончится ли когда-нибудь вообще, если мы оба привыкли выигрывать.
История Паши Молотова из книги «Трофей мажора. Охота на недотрогу»
Замираю с табличкой в руках, глядя на «звезду бейсбола».
Я должна была встретить нового игрока в аэропорту, но в итоге встретилась с прошлым.
Паша Молотов.
Лучший друг моего брата.
Мой личный кошмар.
Запретный… запрет!
Между нами всегда игра на грани, но никто не знает, чем она закончится. И закончится ли когда-нибудь вообще, если мы оба привыкли выигрывать.
История Паши Молотова из книги «Трофей мажора. Охота на недотрогу»
— Красавин, ты офигел?
Но вместо ответа он неожиданно хватает меня за руку и валит на кровать. Подминает меня под себя и зажимает рот ладонью.
— Слушай сюда, Ника-Вероника, — тихо, но очень четко и доходчиво.
От страха медленно сглатываю густую слюну. Ведь я чувствую кое-что твердое, упирающееся мне в бедро. И это явно не бутылка лимонада у него с собой в штанах.
Мамочки! Нет, я не хочу! Я не могу! Я не умею!
— Ты сейчас будешь паинькой и сделаешь все, как я скажу. А будешь брыкаться, сделаешь только хуже. Потому что я все равно сделаю то, что хочу. Ты ведь это уже знаешь? Поэтому не дергайся, если не хочешь проблем.
Но вместо ответа он неожиданно хватает меня за руку и валит на кровать. Подминает меня под себя и зажимает рот ладонью.
— Слушай сюда, Ника-Вероника, — тихо, но очень четко и доходчиво.
От страха медленно сглатываю густую слюну. Ведь я чувствую кое-что твердое, упирающееся мне в бедро. И это явно не бутылка лимонада у него с собой в штанах.
Мамочки! Нет, я не хочу! Я не могу! Я не умею!
— Ты сейчас будешь паинькой и сделаешь все, как я скажу. А будешь брыкаться, сделаешь только хуже. Потому что я все равно сделаю то, что хочу. Ты ведь это уже знаешь? Поэтому не дергайся, если не хочешь проблем.
Выберите полку для книги