Подборка книг по тегу: "настоящий мужчина"
Разглядываю татуировку поцелуя прямо на тазобедренной косточке. Яркую. Сочную.
Я видела её прошлой ночью. Под одеялом. Когда...
Скольжу взглядом по рельефному торсу отца своей подруги и встречаюсь с его похотливой улыбочкой.
— Доброе утро! — воркует нежно и тепло.
— Здрасьте... — пищу и вся дрожу.
— Как спалось, милая? — кружит вокруг меня, как хищник. — Мне вчера такой эротический сон приснился! — изображает взрыв руками. И моё сердце в живот проваливается. — Такой реалистичный! — костяшками гладит по щечке.
— Камиль Альбертович, простите... — горячие слезы по щекам катятся.
Я сейчас просто разревусь! Или в обморок грохнусь!
— Простите... Я не хотела... — всхлипываю прямо на груди отца своей подруги. — Не знала, что это вы...
— Тише, милая! — Камиль заключает моё заплаканное личико в ладони и обдувает мокрые глазки.
— Мне очень понравилось, как ты... — не договаривает, но красноречиво обводит большим пальцем мои губки. — С меня теперь ответка! — заявляет на полном серьёзе.
Я видела её прошлой ночью. Под одеялом. Когда...
Скольжу взглядом по рельефному торсу отца своей подруги и встречаюсь с его похотливой улыбочкой.
— Доброе утро! — воркует нежно и тепло.
— Здрасьте... — пищу и вся дрожу.
— Как спалось, милая? — кружит вокруг меня, как хищник. — Мне вчера такой эротический сон приснился! — изображает взрыв руками. И моё сердце в живот проваливается. — Такой реалистичный! — костяшками гладит по щечке.
— Камиль Альбертович, простите... — горячие слезы по щекам катятся.
Я сейчас просто разревусь! Или в обморок грохнусь!
— Простите... Я не хотела... — всхлипываю прямо на груди отца своей подруги. — Не знала, что это вы...
— Тише, милая! — Камиль заключает моё заплаканное личико в ладони и обдувает мокрые глазки.
— Мне очень понравилось, как ты... — не договаривает, но красноречиво обводит большим пальцем мои губки. — С меня теперь ответка! — заявляет на полном серьёзе.
– Красивое бельё, правда? – женский голос бьёт по ушам.
Этот голос я узнаю из тысячи, ведь он принадлежит той, кто стала для меня родной доченькой. Той, кто называла меня «мама»…
Толкаю дверь и перешагиваю через порог…
Мой муж, с которым я прожила двадцать два года в браке и воспитала двоих прекрасных детей, развалился на кресле. А перед ним в одном вульгарном белье та, кто пять лет назад вошла в наш дом и стала для нас родной…
– Я вам не помешала?!
Муж резко оборачивается и смотрит на меня диким взглядом.
Лицо девушки искажается в довольной улыбке. Она упивается своей победой…
– Я привела тебя в свой дом! Выучила в лучшем университете столицы! Я дала тебе всё! И это твоя благодарность?! – невольно срываюсь на бессовестную девку.
Я делала всё возможное, только бы сирота не чувствовала себя ущемлённой и никому ненужной. Я заботилась о ней, давала ей всё самое лучшее. И вот что я получила взамен…
Этот голос я узнаю из тысячи, ведь он принадлежит той, кто стала для меня родной доченькой. Той, кто называла меня «мама»…
Толкаю дверь и перешагиваю через порог…
Мой муж, с которым я прожила двадцать два года в браке и воспитала двоих прекрасных детей, развалился на кресле. А перед ним в одном вульгарном белье та, кто пять лет назад вошла в наш дом и стала для нас родной…
– Я вам не помешала?!
Муж резко оборачивается и смотрит на меня диким взглядом.
Лицо девушки искажается в довольной улыбке. Она упивается своей победой…
– Я привела тебя в свой дом! Выучила в лучшем университете столицы! Я дала тебе всё! И это твоя благодарность?! – невольно срываюсь на бессовестную девку.
Я делала всё возможное, только бы сирота не чувствовала себя ущемлённой и никому ненужной. Я заботилась о ней, давала ей всё самое лучшее. И вот что я получила взамен…
— Я же приезжал на похороны к Данилову, почему не сказала? Гордая?
— А зачем мне было что-то говорить? — спрашивает серьезно Рита. — Чтобы это изменило? Твое отношение ко мне? Или ты бы резко увидел во мне красивую женщину?
— Да я всегда ее видел! — закричал в отчаянии я. — Ты всегда была слишком красивой.
— Это тебе дошло до того, как ты о детях узнал, или уже после? Или это озарение случилось в моменте, когда тебе колесо на ногу упало?
— Язва!
***
Он тот, кто украл моё сердце, как только я его впервые увидела. И тот, кто его безжалостно растоптал. Я надеялась, что переболела и больше никогда его не встречу, но всё вышло наоборот. И вот спустя девять лет он снова стоит на том же месте, только взгляд его направлен на моих детей, так похожих на него.
— А зачем мне было что-то говорить? — спрашивает серьезно Рита. — Чтобы это изменило? Твое отношение ко мне? Или ты бы резко увидел во мне красивую женщину?
— Да я всегда ее видел! — закричал в отчаянии я. — Ты всегда была слишком красивой.
— Это тебе дошло до того, как ты о детях узнал, или уже после? Или это озарение случилось в моменте, когда тебе колесо на ногу упало?
— Язва!
***
Он тот, кто украл моё сердце, как только я его впервые увидела. И тот, кто его безжалостно растоптал. Я надеялась, что переболела и больше никогда его не встречу, но всё вышло наоборот. И вот спустя девять лет он снова стоит на том же месте, только взгляд его направлен на моих детей, так похожих на него.
А бабуля говорила, что достойные мужчины на дороге не валяются. Вот он – лежит и сверкает голым задом! Он еще и не женатый – метки нет. Ой, демон меня утащи, еще и истинный! Какой прекрасный подарок под Рождество, идеальный прямо-таки. Все, муженёк, трепещи! Ты еще пожалеешь, что променял меня на эту змеюку из Средиземья и опорочил мою драконью честь! Только подарочек оказался с подвохом. Мало того, что смотрит на меня как на лучшее золотое вино, так еще и рогатый, как демон! Как это он демон…?
— Подари мне своего мужа на эту ночь. Он мне обещал.
Я стояла в своей квартире, за накрытым новогодним столом, и смотрела на женщину, которая сказала это вслух. При моей семье. При моём сыне.
В этот момент стало ясно: мой муж жил на две семьи. Врал. Выбирал. И был уверен, что я смолчу.
Но измена — это не случайность. Это осознанный шаг.
Новый год, который должен был стать праздником, превратился в точку невозврата.
Скандал, унижение, предательство — всё вылезло наружу сразу. И вопрос был уже не в том, кого он выберет.
Вопрос был в том, что выберу я.
Я стояла в своей квартире, за накрытым новогодним столом, и смотрела на женщину, которая сказала это вслух. При моей семье. При моём сыне.
В этот момент стало ясно: мой муж жил на две семьи. Врал. Выбирал. И был уверен, что я смолчу.
Но измена — это не случайность. Это осознанный шаг.
Новый год, который должен был стать праздником, превратился в точку невозврата.
Скандал, унижение, предательство — всё вылезло наружу сразу. И вопрос был уже не в том, кого он выберет.
Вопрос был в том, что выберу я.
– Алевтина Григорьевна. Нам поговорить надо. У нас с вами проблема! – проговаривает незнакомка, садясь за мой столик.
– У вас со мной?! Я вас даже не знаю.
– Ну, мы это сейчас исправим, – проговаривает, приторно улыбаясь, – меня зовут Алла, и я – любимая женщина вашего мужа!
– Что?!
– То! Уйди от Бори ты! Он все не решается, жалеет тебя, клушу возрастную!
Почти двадцать лет брака, двое детей и оглушительная новость: у мужа другая!
Подаю на развод. Решаю уйти, так и не сказав мужу, что под сердцем ношу третьего ребенка, только однажды муж вновь влетает в мою жизнь со словами:
«Я совершил ошибку. Ты должна вернуться ко мне!»
– У вас со мной?! Я вас даже не знаю.
– Ну, мы это сейчас исправим, – проговаривает, приторно улыбаясь, – меня зовут Алла, и я – любимая женщина вашего мужа!
– Что?!
– То! Уйди от Бори ты! Он все не решается, жалеет тебя, клушу возрастную!
Почти двадцать лет брака, двое детей и оглушительная новость: у мужа другая!
Подаю на развод. Решаю уйти, так и не сказав мужу, что под сердцем ношу третьего ребенка, только однажды муж вновь влетает в мою жизнь со словами:
«Я совершил ошибку. Ты должна вернуться ко мне!»
Такая нежная, хрупкая, маленькая воительница в моей власти. Предлагает себя - и я возьму абсолютно всё, что она мне даст. И даже больше.
Дрожь предвкушения охватила меня целиком, словно я голодал десятилетиями, когда ее прохладные ладони уперлись в мою грудь.
– Вождь Люменгарда волен выбирать в спутницы любую, – зашептал истину на ушко, вслушиваясь в ее короткие, жадные глотки воздуха. – И сейчас ты рискуешь стать ею, не осознавая последствий.
– Ты хочешь причинить мне физический вред? – тихо отозвалась Кай, напрягшись всем телом.
В этот миг я уже не разделял, когда за меня говорил зверь. Близость этой девчонки пьянила как никогда раньше.
– Нет. Я причиню вред любому, кто посмеет посмотреть в твою сторону, если станешь моей.
Дрожь предвкушения охватила меня целиком, словно я голодал десятилетиями, когда ее прохладные ладони уперлись в мою грудь.
– Вождь Люменгарда волен выбирать в спутницы любую, – зашептал истину на ушко, вслушиваясь в ее короткие, жадные глотки воздуха. – И сейчас ты рискуешь стать ею, не осознавая последствий.
– Ты хочешь причинить мне физический вред? – тихо отозвалась Кай, напрягшись всем телом.
В этот миг я уже не разделял, когда за меня говорил зверь. Близость этой девчонки пьянила как никогда раньше.
– Нет. Я причиню вред любому, кто посмеет посмотреть в твою сторону, если станешь моей.
— Шикарная квартира! То, что нам с Петей нужно! – щебечет беременная клиентка, которой я показываю квартиру. – Он сейчас подъедет, тоже хочет посмотреть!
Дверь распахивается, и на пороге появляется мой муж с букетом роз в руках.
Три секунды тишины, я считаю их как удары сердца, и за эти три секунды вижу все: как улыбка сползает с его лица, как в его глазах вспыхивает злость.
— Объяснишь? – спрашиваю у мужа.
— Дома поговорим, – говорит он и уходит, швырнув розы на пол…
Дверь распахивается, и на пороге появляется мой муж с букетом роз в руках.
Три секунды тишины, я считаю их как удары сердца, и за эти три секунды вижу все: как улыбка сползает с его лица, как в его глазах вспыхивает злость.
— Объяснишь? – спрашиваю у мужа.
— Дома поговорим, – говорит он и уходит, швырнув розы на пол…
— Браво! Текстура феноменальная. Кто автор? — восхитился критик, пробуя мой десерт.
Я сделала шаг из тени, ожидая похвалы мужа. Но Антон улыбнулся не мне. Он притянул к себе молоденькую любовницу:
— Это творение нашей юной звездочки, Алисы.
В тот вечер я потеряла всё. «Ты устарела, Лена. Твои рецепты — скука. Ты просто технолог, а Алиса — вдохновение», — заявил муж, вышвыривая меня из бизнеса, который мы строили вместе. — «Всё, что ты делала в браке, принадлежит мне! По закону! Если ты посмеешь подать хоть одну позицию из моего меню, я засужу тебя! Я раздену тебя догола, Лена! Ты будешь милостыню просить у метро! Ты поняла меня?!»
Я ушла с одним набором ножей. Сменила блеск семейного ресторана на запах пережаренного масла в придорожном кафе.
Я думала, это конец.
Пока однажды в эту дыру не зашёл...
Я сделала шаг из тени, ожидая похвалы мужа. Но Антон улыбнулся не мне. Он притянул к себе молоденькую любовницу:
— Это творение нашей юной звездочки, Алисы.
В тот вечер я потеряла всё. «Ты устарела, Лена. Твои рецепты — скука. Ты просто технолог, а Алиса — вдохновение», — заявил муж, вышвыривая меня из бизнеса, который мы строили вместе. — «Всё, что ты делала в браке, принадлежит мне! По закону! Если ты посмеешь подать хоть одну позицию из моего меню, я засужу тебя! Я раздену тебя догола, Лена! Ты будешь милостыню просить у метро! Ты поняла меня?!»
Я ушла с одним набором ножей. Сменила блеск семейного ресторана на запах пережаренного масла в придорожном кафе.
Я думала, это конец.
Пока однажды в эту дыру не зашёл...
Словно канатоходец стою на каменном выступе отвесной скалы, наблюдаю, как мотоцикл летит в пропасть.
- Строптивая “кукла”, решила тигра за усы подергать, - рычит мой покровитель, связывая мне руки веревкой. - Ты могла погибнуть…
Поднимаюсь на пальчики, чтобы не оторваться от земли.
Во мне от страха дрожит каждая клеточка. Но…
Я гордо смотрю ему в глаза, не зная, что ждет меня впереди…
Два горячих темперамента - один холодный расчёт. Что может пойти не так?..
- Строптивая “кукла”, решила тигра за усы подергать, - рычит мой покровитель, связывая мне руки веревкой. - Ты могла погибнуть…
Поднимаюсь на пальчики, чтобы не оторваться от земли.
Во мне от страха дрожит каждая клеточка. Но…
Я гордо смотрю ему в глаза, не зная, что ждет меня впереди…
Два горячих темперамента - один холодный расчёт. Что может пойти не так?..
Выберите полку для книги