Подборка книг по тегу: "настоящий мужчина"
— Собирайся, — отчеканил я, — ты едешь со мной!
— Нет, — отрезала Регина, обнимая себя руками.
Два шага, и я оказался напротив нее. Оперся ладонями о стену, запирая ее в кольце своих рук:
— Да, Регина! Сейчас ты соберешь свои вещи и поедешь со мной. Плевать на все, слышишь, — зашептал я, склонившись к ней. — Ты моя. И всегда была моей. Ты разведешься, а я забуду, что десять лет назад ты не захотела родить моего ребенка…
Она резко вскинула голову, замахнулась… Хлопок, но я не чувствовал боли. Видел только голубые глаза, которые метали молнии, и ничего не понимал.
— Регина… — голос сел и охрип. — Ты сделала тогда аборт?
История Капацкого.
Альтернативная Россия. Книга самостоятельная! Однотомник!
Внимание! Герой ругается матом!
— Нет, — отрезала Регина, обнимая себя руками.
Два шага, и я оказался напротив нее. Оперся ладонями о стену, запирая ее в кольце своих рук:
— Да, Регина! Сейчас ты соберешь свои вещи и поедешь со мной. Плевать на все, слышишь, — зашептал я, склонившись к ней. — Ты моя. И всегда была моей. Ты разведешься, а я забуду, что десять лет назад ты не захотела родить моего ребенка…
Она резко вскинула голову, замахнулась… Хлопок, но я не чувствовал боли. Видел только голубые глаза, которые метали молнии, и ничего не понимал.
— Регина… — голос сел и охрип. — Ты сделала тогда аборт?
История Капацкого.
Альтернативная Россия. Книга самостоятельная! Однотомник!
Внимание! Герой ругается матом!
Я всегда был убежденным холостяком. Брак считал пережитком прошлого, а серьезные отношения меня никогда не интересовали. Пока в одну прекрасную ночь в мои объятия не кинулась девица с самыми прекрасными глазами на свете и криком о помощи. Эта оторва умудрилась перевернуть мой мир с ног на голову... И теперь моя главная задача – окончательно не тронуться рассудком.
Если бы я только знал, какие креативные подарочки ожидают меня в будущем…
Если бы я только знал, какие креативные подарочки ожидают меня в будущем…
— Я беременна от вашего мужа, Карина, — блондинистая пигалица хлопала ресницами, прикидываясь наивной ромашкой. — Мы любим друг друга…
— Что ты несёшь? — Левон разразился громким смехом. Во взгляде возмущение, шок и полное отрицание.
— Почему ты мне это говоришь, деточка? — держусь из последних сил, не показывая предателю слёз. — Мы развелись три недели назад!
— Ой, а у меня тоже сюрприз, — Левон обернулся, сверкнув злобой в глазах. — Наш развод аннулирован, Карина… Я тебя не отпущу!
Это был фиктивный брак, решение двух семей. Мы с Левоном были детьми, лишенными права выбора! Не желая мириться с волей наших отцов, мы договорились развестись через год. Но одна ночь перечеркнула все планы, растянув брак на долгие двадцать лет.
И вот когда я наконец-то свободна, у мужа резко поменялись планы…
— Что ты несёшь? — Левон разразился громким смехом. Во взгляде возмущение, шок и полное отрицание.
— Почему ты мне это говоришь, деточка? — держусь из последних сил, не показывая предателю слёз. — Мы развелись три недели назад!
— Ой, а у меня тоже сюрприз, — Левон обернулся, сверкнув злобой в глазах. — Наш развод аннулирован, Карина… Я тебя не отпущу!
Это был фиктивный брак, решение двух семей. Мы с Левоном были детьми, лишенными права выбора! Не желая мириться с волей наших отцов, мы договорились развестись через год. Но одна ночь перечеркнула все планы, растянув брак на долгие двадцать лет.
И вот когда я наконец-то свободна, у мужа резко поменялись планы…
— Ты ему нужна только из-за детей! — Инна делает шаг ко мне, её губы искривляются в презрительной усмешке, она толкает меня в плечо. — Они тебя любят. И ради них он готов на тебе жениться! Алан даже не хочет тебя, наивная ты дура!
Я судорожно втягиваю воздух, сил ответить нет.
— Он любит меня! — не унимается она, её голос уже не просто колет, он рвёт меня на части. — Каждую ночь он мечтает только обо мне! Он сам мне это сказал!
Я стою перед ней, сражаясь с нахлынувшими чувствами. Верить ли ей? Или довериться тому, что я чувствовала в его объятиях, в его взгляде, в его голосе?
Я судорожно втягиваю воздух, сил ответить нет.
— Он любит меня! — не унимается она, её голос уже не просто колет, он рвёт меня на части. — Каждую ночь он мечтает только обо мне! Он сам мне это сказал!
Я стою перед ней, сражаясь с нахлынувшими чувствами. Верить ли ей? Или довериться тому, что я чувствовала в его объятиях, в его взгляде, в его голосе?
- Это кто у тебя на руках?! – спрашивает босс, смотрит с прищуром.
Я малыша своего к груди прижимаю и отвечаю спокойно:
- Мой сын. Простите пожалуйста. Больше не повторится. У меня просто форс – мажор.
Красивый брюнет кивает, смотрит из-под широких бровей внимательно и недовольно.
- Больше, чтобы на рабочем месте детей не видел. Вы нарушаете регламент!
Киваю судорожно и личико своего мальчика к груди прижимаю, не даю ему повернуть голову, потому что тогда… тогда мой босс увидит его глаза…
Такие же, как и у него…
Боюсь, что узнает тайну. Узнает о том, что на руках я держу его сына…
🚩МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 89р временная!🚩
Я малыша своего к груди прижимаю и отвечаю спокойно:
- Мой сын. Простите пожалуйста. Больше не повторится. У меня просто форс – мажор.
Красивый брюнет кивает, смотрит из-под широких бровей внимательно и недовольно.
- Больше, чтобы на рабочем месте детей не видел. Вы нарушаете регламент!
Киваю судорожно и личико своего мальчика к груди прижимаю, не даю ему повернуть голову, потому что тогда… тогда мой босс увидит его глаза…
Такие же, как и у него…
Боюсь, что узнает тайну. Узнает о том, что на руках я держу его сына…
🚩МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 89р временная!🚩
– Как ты мог, Влад?! Эта женщина… как давно ты с ней?!
– Прекрати истерику. Ты – моя жена. На этом точка, – парирует муж, при этом смотрит на меня своими яркими глазами, заставляя остановится и не устраивать скандал.
– Ах, жена – и точка… Хорошо устроился, Поляков! – проговариваю зло, затем беру со стола тарелку пассии моего мужа и со всего маха залепляю салатом в лицо Полякова.
– Галя! С ума сошла?! – рычит муж и вскакивает с места, с грохотом роняя стул.
– Ты лучше скажи мне, как давно спишь с чужой женой, Влад! Пока твоя собственная тебя дома ждет!
– Прекрати истерику. Ты – моя жена. На этом точка, – парирует муж, при этом смотрит на меня своими яркими глазами, заставляя остановится и не устраивать скандал.
– Ах, жена – и точка… Хорошо устроился, Поляков! – проговариваю зло, затем беру со стола тарелку пассии моего мужа и со всего маха залепляю салатом в лицо Полякова.
– Галя! С ума сошла?! – рычит муж и вскакивает с места, с грохотом роняя стул.
– Ты лучше скажи мне, как давно спишь с чужой женой, Влад! Пока твоя собственная тебя дома ждет!
Алиса - преподаватель в юридическом университете, холодная и отстранённая, давно построила стены вокруг своего сердца.
Артур, её талантливый и целеустремлённый студент, видит за её маской ту самую хрупкую женщину, которую она скрывает ото всех.
Их страсть вспыхнула вопреки всему — правилам, условностям, голосу разума. Казалось, они обрели друг в друге спасение. Но счастье оказалось хрупким.
Артур, её талантливый и целеустремлённый студент, видит за её маской ту самую хрупкую женщину, которую она скрывает ото всех.
Их страсть вспыхнула вопреки всему — правилам, условностям, голосу разума. Казалось, они обрели друг в друге спасение. Но счастье оказалось хрупким.
— Ты серьёзно считаешь, что я это придумала?
— Конечно. Ты устала. У тебя фантазии.
Я вернулась с дежурства первого января и сразу поняла — в квартире был кто-то ещё. Чужая мелочь в ванной, запах, не мой. Муж смеялся, смотрел в глаза и уверял, что мне кажется.
Я почти поверила. Пока не поехала за ним.
Он ехал уверенно. Как домой. А следом в тот же подъезд зашла женщина с заметным животом. Оказалось, у моего мужа две жизни. Две женщины. И одна ложь на всех.
Он не собирался разводиться. Он хотел, чтобы я молчала.
Но я — врач. Я умею видеть правду. И если уж резать — то точно и до конца.
— Конечно. Ты устала. У тебя фантазии.
Я вернулась с дежурства первого января и сразу поняла — в квартире был кто-то ещё. Чужая мелочь в ванной, запах, не мой. Муж смеялся, смотрел в глаза и уверял, что мне кажется.
Я почти поверила. Пока не поехала за ним.
Он ехал уверенно. Как домой. А следом в тот же подъезд зашла женщина с заметным животом. Оказалось, у моего мужа две жизни. Две женщины. И одна ложь на всех.
Он не собирался разводиться. Он хотел, чтобы я молчала.
Но я — врач. Я умею видеть правду. И если уж резать — то точно и до конца.
- Где Славка?
- Уехала, - ответила мама, подливая ему кофе.
- В смысле? – нахмурился мужчина.
- А за ней мальчик заехал.
Даня выпрямился и более пристально посмотрел на мать. Такое чувство, что ему только что кол в позвоночник втащили. Ни черта не прикольно.
- Какой. Ещё. Мальчик.
Мама снисходительно улыбнулась.
- Ухаживает за ней.
- Зашибись. Мам, а более точная информация есть?
Мама странно моргнула
У Дани кадык дернулся.
- Ты куда?
- Ей позвоню.
- Ааа… Хорошо. И, слушай, Дань, я кое-что ещё не поняла. Ты не пригласил Славу на сегодняшнюю вечеринку? Ты же вроде с друзьями сегодня день рождение отмечаешь.
- Вот именно, ма, с друзьями. Что Славка одна будет делать среди парней?
О том, чтобы пригласить Славку к себе на днюху не могло идти и речи.
Ей достаточно просто быть, чтобы парни слюни начали пускать.
А его это бесило. Злило так, что кулаки каждый раз начинали чесаться, когда он замечал, что кто-то из мужиков на неё пялится.
- Уехала, - ответила мама, подливая ему кофе.
- В смысле? – нахмурился мужчина.
- А за ней мальчик заехал.
Даня выпрямился и более пристально посмотрел на мать. Такое чувство, что ему только что кол в позвоночник втащили. Ни черта не прикольно.
- Какой. Ещё. Мальчик.
Мама снисходительно улыбнулась.
- Ухаживает за ней.
- Зашибись. Мам, а более точная информация есть?
Мама странно моргнула
У Дани кадык дернулся.
- Ты куда?
- Ей позвоню.
- Ааа… Хорошо. И, слушай, Дань, я кое-что ещё не поняла. Ты не пригласил Славу на сегодняшнюю вечеринку? Ты же вроде с друзьями сегодня день рождение отмечаешь.
- Вот именно, ма, с друзьями. Что Славка одна будет делать среди парней?
О том, чтобы пригласить Славку к себе на днюху не могло идти и речи.
Ей достаточно просто быть, чтобы парни слюни начали пускать.
А его это бесило. Злило так, что кулаки каждый раз начинали чесаться, когда он замечал, что кто-то из мужиков на неё пялится.
Она распахнула глаза и повернулась к трещотке. До сих пор, Зарина не переходила черту.
Но теперь....
Только что сказанное – это даже не просто бестактность! Это – хамство и открытый наезд заинтересованного человека.
Не постороннего! Не особы, которой привычно лезть не в своё дело.
Внутри вдруг засветились неоновые буквы: без отчества, а просто «Геннадий», острое недовольство тем, что клиника (и именно, из-за неё!) до сих пор не «озолотилась», плюс, дифирамбы внешности чужого мужа, завязанные на то, чтобы заземлить жену.
- Ты хочешь мне что-то сказать? – протянула женщина, стараясь задержать лишнее и не дать прорваться сквозь зубы, - Ну, так, я слушаю. Говори!
- А что говорить? Вы ж не дура! - теперь на неё смотрело не беззаботное и беспредельно глупое счастье, а острый и ненавидящий взгляд стервы. Взгляд женщины, готовой зубами рвать за своё...
Но теперь....
Только что сказанное – это даже не просто бестактность! Это – хамство и открытый наезд заинтересованного человека.
Не постороннего! Не особы, которой привычно лезть не в своё дело.
Внутри вдруг засветились неоновые буквы: без отчества, а просто «Геннадий», острое недовольство тем, что клиника (и именно, из-за неё!) до сих пор не «озолотилась», плюс, дифирамбы внешности чужого мужа, завязанные на то, чтобы заземлить жену.
- Ты хочешь мне что-то сказать? – протянула женщина, стараясь задержать лишнее и не дать прорваться сквозь зубы, - Ну, так, я слушаю. Говори!
- А что говорить? Вы ж не дура! - теперь на неё смотрело не беззаботное и беспредельно глупое счастье, а острый и ненавидящий взгляд стервы. Взгляд женщины, готовой зубами рвать за своё...
Выберите полку для книги