Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

— Расслабьтесь, Шаров. Устав из вас прямо через берцы лезет. Я Валерия Николаевна. Можно просто — «Ваше Спасение». Показывайте свои бумажки.
— По уставу положено обращаться по званию, товарищ старший лейтенант, — упрямо отрезал Максим.
— Какая исполнительность. Михалыч, скажи мне, этот оловянный солдатик всегда такой правильный, или сегодня особый праздник?
Появление красавицы Валерии Тополь в мотострелковом полку разрушило хвалёный армейский иммунитет за один день. Солдаты массово симулируют болезни, а офицеры выстраиваются в очередь у медпункта, лишь бы привлечь внимание нового начмеда.
Все, кроме старшего сержанта Максима Шарова. Суровый штурмовик со шрамом на щеке, привык жить строго по регламенту. Дерзкая «городская фифа» бесит его до дрожи, нарушая дисциплину одним своим видом. Она бьет по его упрямству хлёстким сарказмом, а он устраивает уставной террор. Они объявили друг другу войну. Но чья броня треснет первой? Если против приказа: любить вопреки всему — устав бессилен.

— Ты обнимаешь свою сотрудницу и ее сына на семейной фотографии. Когда об этом говорить, Андрей?

В день нашей серебряной свадьбы на экране появляется снимок, которому там не место. Мой муж, другая женщина и ее сын выглядят настоящей семьей. А меня в этом кадре нет.

Андрей предлагает все решить «цивилизованно», но я больше не соглашусь быть удобным фоном в его жизни. Впереди развод, борьба за свою долю и возвращение в профессию фотографа, от которой я когда-то отказалась ради семьи.

Михаил первым видит во мне не брошенную жену, а равного человека. Только смогу ли я поверить в новую любовь и не потерять себя снова?

— Юра, это кто?
— Диспетчер, — отвечает он.
— Правильно. Диспетчер, — срываюсь уже я. — А ещё твоя жена. Двадцать лет стажа.
— Надя, давай поговорим дома.
— А я думала, ты людей из застрявшего лифта спасаешь.
— Юра… — любовница смотрит на него. — Она и про квартиру ничего не знает?
В нашу годовщину муж сообщил, что у него аварийный вызов. А вскоре я собственными глазами увидела, как он с цветами ведёт другую женщину на теплоход, который отправляю я.
К концу этого вечера я уже знала: любовница у него уже два года, муж готовил новую жизнь заранее, а часть денег, которые мы откладывали дочери, ушла в чужой бизнес.
Я собиралась всего лишь развестись и научиться жить на одну зарплату.
Но городское реабилитационное отделение решило запустить речные прогулки для пациентов, и в моей диспетчерской появился врач Григорий Лавров — человек, который придирался к каждому порогу, спорил со мной из-за пандуса и совершенно не собирался становиться утешением для брошенной жены.

Я думала, худшее, что может случиться в ателье, — невеста передумает выходить замуж.
Ошиблась.
Хуже — когда за невестой приезжает твой собственный муж.
— Лида, давай спокойно.
— Конечно. Только сначала объясни, почему я подшиваю свадебное платье твоей любовнице.
Девятнадцать лет брака. Дочь на пороге института. Общая квартира. Деньги, которые мы откладывали на её учёбу.
И вдруг выясняется: любовнице мой муж подарил гораздо больше, чем обещание жениться.
А теперь ещё собирается продать нашу квартиру.
Кажется, жених слишком рано решил, что свадьба состоится.

Ей было больно, ее ломало, она теряла человеческий облик от ревности, но стоило ему поманить ее, стоило ему жестко взять ее — и она прощала всё. Она была готова ползать перед ним на коленях, лишь бы он не забирал у нее эти крохи внимания.

Слеза, холодная и горькая, скатилась по ее щеке, упав на бедро.

Она пустила в свое сердце человека, который не просто растоптал его. Он нагадил внутри, вытер ноги и оставил ее убирать за ним грязь. Она сама дала ему эту власть. Сама подписала контракт на собственное уничтожение. И самое страшное заключалось в том, что прямо сейчас, сидя в разгромленном кабинете, раздавленная и униженная, она знала: если вечером он позвонит и прикажет приехать к нему, она поедет.

Виолета закрыла лицо руками и беззвучно завыла, раскачиваясь на краю стола. Ломка только начиналась.

Кира сбежала из дома прямо в разгар семейного праздника, устав терпеть нападки, обвинения и равнодушие. Она никогда не была любимой дочерью, у нее не получилось стать единственной для Никиты, которого она любила три года. Он не захотел ничего знать, встав на сторону ее семьи. Бежать! Кира не думала куда, просто ушла в неизвестность...
На краю света она находит убежище, признание и тепло от совершенно посторонних людей, которые просто поверили в нее и дали крышу над головой. Она стала счастливее, но прошлое не всегда отпускает сразу. Никита стоит на пороге ее новой жизни.
Теперь выбор уже за Кирой, и только ей одной известно, как правильно поступить. Вас ждут:
- Бегство героини;
- Смелый шаг в неизвестность;
- Новая жизнь;
- Новая семья;
- Возвращение прошлого.

— Вы уверены, что жениха зовут Вадим Нечаев?
— Конечно. А что?
— Ничего. Просто моего мужа тоже зовут Вадим Нечаев.
Я пятнадцать лет прожила с человеком, который решил жениться на другой. И узнала об этом, когда его невеста пришла ко мне подгонять свадебное платье.
Только Вадим кое-чего не учёл: молча отойти в сторону и освободить ему место для новой жизни я не собираюсь.

Говорят, в одну реку не войти дважды. Но что делать, если судьба снова сталкивает тебя с бывшим в одной переговорной, а ваши взгляды до сих пор искрят так, что коллеги переглядываются? Алиса и Руслан — два профессионала, которые отлично умеют управлять чужими рисками, но совершенно не умеют управлять собственными чувствами. Им предстоит решить: похоронить прошлое или дать ему второй шанс. Ведь иногда самая выгодная инвестиция — это любовь, проверенная временем.

— Скажи правду, — говорю ровно, но настойчиво. Так, чтобы он понял, что врать бесполезно.
Он вздрагивает. Ладони сжимаются в кулаки, разжимаются.
— Это не то, что ты думаешь, — отвечает быстро. — Всё не так просто… Я не хотел, чтобы ты вот так об этом узнала…
— Значит, ты уже думал, как это объяснить? Готовился мне всё рассказать?
Он вздыхает. Проводит рукой по волосам, сжимает их между пальцев.
— Аня, послушай…
— Не надо. Ты уже сказал достаточно. Спасибо, кстати, что хотя бы не стал врать и отнекиваться. Я не хочу слышать оправдания. Не хочу знать причину.
Делаю глубокий вдох. Говорю на выдохе:
— Я подаю на развод.

Я полюбила его ещё в институте. Все видели, какой он перспективный, и знали, что в медицине он далеко пойдёт. И вот мы семейная пара врачей: он хирург, я реаниматолог. Когда приходится вместе работать на операциях, мы понимаем друг друга с полуслова. Но однажды утром я почувствовала запах чужой женщины от салфетки, которой он промокнул губы.

Я бы поставила именно эту версию — она продает попаданку, хозяйственную линию, дракона-адмирала, счетчик ста кораблей и тайну, но не раскрывает Морвена, романтический финал и развязку:

Я умерла в своем мире и очнулась в теле смотрительницы маяка, который должны закрыть через три дня.

Карстен называют устаревшим и убыточным. Персонал разогнали, деньги на ремонт исчезли, оборудование числится только на бумаге, а все торговые корабли давно отправляют к дорогим частным башням.

Вот только в первую же ночь новая башня гаснет — и мой старый маяк проводит через опасный пролив семь судов.

Теперь у меня есть шанс спасти Карстен: древняя императорская хартия дает смотрителю один месяц, чтобы провести сто кораблей без единой ошибки.

А проверять меня будет Эртан Вейр — опальный дракон и бывший Первый адмирал Северного флота. Человек, которого прислали сюда закрыть маяк.

Чем ближе мы к сотому кораблю, тем страннее становятся старые счета, пропавшее оборудование и ложные сигналы в м