Книги по тегу «нежная героиня»: ""
- Где я прокололся? Почему ты начала меня в чём-то подозревать?
- Ты нигде не прокололся, ты всегда был безупречен и вёл себя естественно. Просто однажды я заметила, как на тебя смотрит Кристина Андреевна.
- Как смотрит? - поднял бровь Платон.
- Так, будто ты ей принадлежишь. Понимаешь, это сложно объяснить... Есть женский взгляд, в котором сосредоточено желание обладать мужчиной. А есть другой взгляд. В нём тоже есть желание обладать, но понятно, что женщина уже была с этим мужчиной, познала его в библейском смысле.
...Всё-таки Алёне удалось вывести его на эмоции. Платон в течение нескольких секунд таращил глаза на девушку, а потом захохотал. Долго смеялся, насилу успокоился.
- Женщины, - Платон покачал головой и вытер глаза. - Я дурак. Разве можно было связываться с женщинами? Любая, самая продуманная и выверенная операция слетит к чертям из-за нюанса во взгляде. То есть, взгляд Кристины дал толчок твоему мыслительному процессу, повернул его в новое русло?
- Ты нигде не прокололся, ты всегда был безупречен и вёл себя естественно. Просто однажды я заметила, как на тебя смотрит Кристина Андреевна.
- Как смотрит? - поднял бровь Платон.
- Так, будто ты ей принадлежишь. Понимаешь, это сложно объяснить... Есть женский взгляд, в котором сосредоточено желание обладать мужчиной. А есть другой взгляд. В нём тоже есть желание обладать, но понятно, что женщина уже была с этим мужчиной, познала его в библейском смысле.
...Всё-таки Алёне удалось вывести его на эмоции. Платон в течение нескольких секунд таращил глаза на девушку, а потом захохотал. Долго смеялся, насилу успокоился.
- Женщины, - Платон покачал головой и вытер глаза. - Я дурак. Разве можно было связываться с женщинами? Любая, самая продуманная и выверенная операция слетит к чертям из-за нюанса во взгляде. То есть, взгляд Кристины дал толчок твоему мыслительному процессу, повернул его в новое русло?
Странно... Интересно, кто внушает женщинам мысль о том, что все мужчины - туповатые и вечно озабоченные самцы, которые дальше носа своего не видят? И кто подогревает в женщинах это заблуждение?
Теперь у Платона к Алёне было два вопроса. Первый: когда они провели выходные на горнолыжной базе, догадывалась ли уже Алёна о нём и о Кристине? И второй: почему Алёна ничего не сказала ему о том, что беременна?
Пока он не задаст эти вопросы и не получит на них ответы, выводы делать рано. А задаст он эти вопросы лично, глядя Алёне в глаза.
Теперь у Платона к Алёне было два вопроса. Первый: когда они провели выходные на горнолыжной базе, догадывалась ли уже Алёна о нём и о Кристине? И второй: почему Алёна ничего не сказала ему о том, что беременна?
Пока он не задаст эти вопросы и не получит на них ответы, выводы делать рано. А задаст он эти вопросы лично, глядя Алёне в глаза.
- Что-то скучновато жить,- вздыхает Кира.- Хочется интрижки, действий вопреки логике.
- А ты влюби в себя вон его,- Ольга мотает головой в сторону Димы.
Смотрят на нашего ботаника.
- Это не интересно, он же моментально сомлеет, стоит подмигнуть,- недовольно цедит Кира.
- А я бы так не сказала,- заявляет Жанна.– Мне как-то захотелось блестящих глаз в свою сторону, и я пыталась подкатить к нему с полным арсеналом. Но ботан есть ботан, не понял, не отреагировал. Вряд ли победа будет лёгкой.
- Спорим?- Кира стоит на своём.
- А давай! Даже не так. Поспорим все вместе, посмотрим, кто выиграет. А чтобы не филонить, скажем, на десятку. На большее он не потянет.
Втроём, сложив руки, протягивают мне.
- Разбей. И забудь, что слышала.
Мне жаль Диму, он такой беспомощный и доверчивый, поверит чувствам одной из них и станет настоящим посмешищем.
- А ты влюби в себя вон его,- Ольга мотает головой в сторону Димы.
Смотрят на нашего ботаника.
- Это не интересно, он же моментально сомлеет, стоит подмигнуть,- недовольно цедит Кира.
- А я бы так не сказала,- заявляет Жанна.– Мне как-то захотелось блестящих глаз в свою сторону, и я пыталась подкатить к нему с полным арсеналом. Но ботан есть ботан, не понял, не отреагировал. Вряд ли победа будет лёгкой.
- Спорим?- Кира стоит на своём.
- А давай! Даже не так. Поспорим все вместе, посмотрим, кто выиграет. А чтобы не филонить, скажем, на десятку. На большее он не потянет.
Втроём, сложив руки, протягивают мне.
- Разбей. И забудь, что слышала.
Мне жаль Диму, он такой беспомощный и доверчивый, поверит чувствам одной из них и станет настоящим посмешищем.
Наследница шахт с волшебным минералом — самая желанная невеста королевства. Впереди волнующий воображение бал-маскарад, идеальный жених, высокий титул и процветание. Казалось бы, что может помешать выгодному замужеству? Разве что популярный крепостной театр, приглашенный во дворец на новогодние праздники...
- Нет!.. – мой протест был слаб против бури его желания.
Его руки сковали меня, дыхание замерло. Взгляд, горячий и темный, лишил надежды. Я пыталась бороться, но он был сильнее и просто поднял меня.
- Мерзкое животное! – кричала я, но отчаяние смешивалось с нарастающим ужасом и… странным, запретным желанием. - Отпусти!
- Отпущу, как только мы доберемся до спальни. – его слова звучали как приговор, который я сама себе вынесла. - Я и так слишком долго ждал...
Никогда не думала, что юбилей компании моего брата обернётся кошмаром. Саша, вечно устраивающий розыгрыши, ввязался в пари, и мне пришлось ему помогать. Вечер начался идеально: бокалы шампанского, улыбки… И встреча с самым притягательным мужчиной, с которым я планировала провести ночь.
Но случилось так, что меня опоили.
Мы трое — я, мой брат и мужчина моей мечты — объединились, чтобы найти того, кто это сделал. Это оказалось сложнее, чем казалось на первый взгляд и теперь мне совсем не смешно.
Его руки сковали меня, дыхание замерло. Взгляд, горячий и темный, лишил надежды. Я пыталась бороться, но он был сильнее и просто поднял меня.
- Мерзкое животное! – кричала я, но отчаяние смешивалось с нарастающим ужасом и… странным, запретным желанием. - Отпусти!
- Отпущу, как только мы доберемся до спальни. – его слова звучали как приговор, который я сама себе вынесла. - Я и так слишком долго ждал...
Никогда не думала, что юбилей компании моего брата обернётся кошмаром. Саша, вечно устраивающий розыгрыши, ввязался в пари, и мне пришлось ему помогать. Вечер начался идеально: бокалы шампанского, улыбки… И встреча с самым притягательным мужчиной, с которым я планировала провести ночь.
Но случилось так, что меня опоили.
Мы трое — я, мой брат и мужчина моей мечты — объединились, чтобы найти того, кто это сделал. Это оказалось сложнее, чем казалось на первый взгляд и теперь мне совсем не смешно.
Властный, строгий и невероятно серьёзный — таким я впервые увидела отца моей лучшей подруги. Но стоило нам оказаться рядом друг с другом, как я узнала его тёмную сторону. Порочный и опасный мужчина! Мужчина , укравший у меня душу!
– Что вы делаете?! – воплю.
Так больно, что слезы из глаз.
– Наказываю тебя, – поясняет Риткин папа. – Нечего было ложиться в таком виде в постель ко взрослому мужику! Чего ты ждала?
Чего угодно! Только не этого!
***
Осталась ночевать у подружки. Легла в спальне ее отца, которого не было дома, а он вернулся внезапно и сразу приступил к делу. Перепутал меня с одной из своих пассий!
Так больно, что слезы из глаз.
– Наказываю тебя, – поясняет Риткин папа. – Нечего было ложиться в таком виде в постель ко взрослому мужику! Чего ты ждала?
Чего угодно! Только не этого!
***
Осталась ночевать у подружки. Легла в спальне ее отца, которого не было дома, а он вернулся внезапно и сразу приступил к делу. Перепутал меня с одной из своих пассий!
– Так зачем вы меня вызвали, Максим Сергеевич? – переспросила я.
Невольно коснулась черного пушистого свитера, словно проверяя, на месте ли он. Слишком пристальным и жадным был взгляд Максима.
– Лучше бы ты сегодня оделась так же, как вчера, – улыбнулся он и положил на стол перед собою какие-то фотографии. – Подойди, посмотри.
Его голос звучал будоражаще. В коленях была такая зыбкость, что я боялась, что грохнусь, не дойдя.
Что он хочет мне показать? Пока я медленно приближалась, Максим не сводил с меня глаз, заставляя гореть изнутри от смущения и страха.
Чем я ближе подходила, тем яснее видела то, что на фотографиях. Тем сильнее хотелось убежать. В горле встал ком.
Когда я подошла, Максим положил мне на поясницу ладонь и провел вверх, чуть-чуть залезая под свитер.
– Сними его, – тихо, но очень четко сказал он, а я даже не могла вздохнуть, не то, что сопротивляться, сбросить с себя его ладонь. – Я же говорил, что возьму за срочный кредит…
Невольно коснулась черного пушистого свитера, словно проверяя, на месте ли он. Слишком пристальным и жадным был взгляд Максима.
– Лучше бы ты сегодня оделась так же, как вчера, – улыбнулся он и положил на стол перед собою какие-то фотографии. – Подойди, посмотри.
Его голос звучал будоражаще. В коленях была такая зыбкость, что я боялась, что грохнусь, не дойдя.
Что он хочет мне показать? Пока я медленно приближалась, Максим не сводил с меня глаз, заставляя гореть изнутри от смущения и страха.
Чем я ближе подходила, тем яснее видела то, что на фотографиях. Тем сильнее хотелось убежать. В горле встал ком.
Когда я подошла, Максим положил мне на поясницу ладонь и провел вверх, чуть-чуть залезая под свитер.
– Сними его, – тихо, но очень четко сказал он, а я даже не могла вздохнуть, не то, что сопротивляться, сбросить с себя его ладонь. – Я же говорил, что возьму за срочный кредит…
Он любит её больше жизни.
Она любит его, как бога, сошедшего с небес.
Но нелепая ошибка, рассеянного, замотавшегося в праздничный день с доставками подарков, курьера, чуть не стала для них причиной для расставания.
Победила любовь. Ну и вредная чихуахуашка по имени Люси. Именно она помогла разобраться в неразберихе с подарками.
Она любит его, как бога, сошедшего с небес.
Но нелепая ошибка, рассеянного, замотавшегося в праздничный день с доставками подарков, курьера, чуть не стала для них причиной для расставания.
Победила любовь. Ну и вредная чихуахуашка по имени Люси. Именно она помогла разобраться в неразберихе с подарками.
Будущий муж увел мою дочь к пруду рыбачить, но доверить своё любимое шило не могу. Сердце не на месте. Что, если он отвлёкся? За Алиской нужен глаз да глаз, особенно возле пруда.
Режу бутерброды, чтобы был повод нагрянуть, и иду к своим рыбакам.
Дочку вижу сразу, но рядом с ней не Лёша. Дочь заливисто смеётся, дергает удочку, а мужчина пытается распутать леску, которая закрутилась вокруг его плеча.
— Смотли, как я тебя поймала! Ты теперь на ключке, никуда не денешься влюбишься и на маме женишься. Да, папа?
Ноги слабеют, когда я смотрю на мужчину.
Алиса не ошибается, рядом с ней действительно её папа. Но про влюбиться и жениться она, конечно, загнула. У Макса одна любовь – работа.
Но куда больше меня интересует, откуда он взялся. А ещё то, что, по всей видимости, раз не падает в обморок от обращения, он знает, что вопреки тому, что он её не хотел, я родила дочь.
Режу бутерброды, чтобы был повод нагрянуть, и иду к своим рыбакам.
Дочку вижу сразу, но рядом с ней не Лёша. Дочь заливисто смеётся, дергает удочку, а мужчина пытается распутать леску, которая закрутилась вокруг его плеча.
— Смотли, как я тебя поймала! Ты теперь на ключке, никуда не денешься влюбишься и на маме женишься. Да, папа?
Ноги слабеют, когда я смотрю на мужчину.
Алиса не ошибается, рядом с ней действительно её папа. Но про влюбиться и жениться она, конечно, загнула. У Макса одна любовь – работа.
Но куда больше меня интересует, откуда он взялся. А ещё то, что, по всей видимости, раз не падает в обморок от обращения, он знает, что вопреки тому, что он её не хотел, я родила дочь.
Выберите полку для книги