Книги по тегу «нежная но сильная героиня»: ""
Мой жених велел перед свадьбой купить раба - самого ужасного, какого только удастся найти, чтобы никто не смел ко мне приблизиться. И я купила огромного страшного орка в надежде, что он спасет меня от нежеланного брака.
— Но ведь у нас нет денег на раба, — говорю я растерянно.
— Лорд Корвин дал деньги, — отец кивает на стол. — Хотел, чтобы мы выбрали сами.
На столе лежит кожаный мешочек. Небольшой, но увесистый. Отец передаёт его мне, и я заглядываю внутрь. Пять серебряных монет. Цена чьей-то свободы. Цена моей жизни.
Я смотрю на монеты, и в голове медленно складывается план. Глупый. Отчаянный. Детский.
«Купите ей зверя».
Что ж. Я куплю зверя. Самого страшного. Самого огромного. Самого свирепого на вид. Такого, чтобы лорд Корвин, увидев его, сам побоялся ко мне приближаться и отказался от свадьбы.
— Но ведь у нас нет денег на раба, — говорю я растерянно.
— Лорд Корвин дал деньги, — отец кивает на стол. — Хотел, чтобы мы выбрали сами.
На столе лежит кожаный мешочек. Небольшой, но увесистый. Отец передаёт его мне, и я заглядываю внутрь. Пять серебряных монет. Цена чьей-то свободы. Цена моей жизни.
Я смотрю на монеты, и в голове медленно складывается план. Глупый. Отчаянный. Детский.
«Купите ей зверя».
Что ж. Я куплю зверя. Самого страшного. Самого огромного. Самого свирепого на вид. Такого, чтобы лорд Корвин, увидев его, сам побоялся ко мне приближаться и отказался от свадьбы.
Спускаясь по лестнице я споткнулся обо что-то. Чертово ведро, оно покатилось по ступенькам разбрызгивая воду. Этот грохот болью отзывался у меня в голове.
Повернув голову я увидел девушку. Наверное новая горничная, Аглая говорила мне, что им необходима ещё одна, чтобы разгрузить обязанности. Я был не против. Вообще плевать.
-Ты ещё кто-такая? – задал я вопрос этой испуганной мыши.
-Я новая горничная. Анна. – пропищала мне эта мышь.
Я очень хорошо расслышал её имя. Самое ненавистное имя на свете. Но всё равно захотелось, чтобы она повторила его ещё раз. Хотел насладиться её испугом.
Анна. Чёрт. Я её уже ненавижу только за имя. Мне захотелось унизить и сделать ей больно. Я желал этого.
Я со всей силы пнул то ведро и приказал ей всё убрать. Кажется, что мне стало легче...кажется я нашёл себе жертву.
Я ежедневно за ней следил. Как маньяк. Я подмечал всё. У меня везде есть камеры. Я параноик. Про некоторые камеры не знает никто из персонала.
Повернув голову я увидел девушку. Наверное новая горничная, Аглая говорила мне, что им необходима ещё одна, чтобы разгрузить обязанности. Я был не против. Вообще плевать.
-Ты ещё кто-такая? – задал я вопрос этой испуганной мыши.
-Я новая горничная. Анна. – пропищала мне эта мышь.
Я очень хорошо расслышал её имя. Самое ненавистное имя на свете. Но всё равно захотелось, чтобы она повторила его ещё раз. Хотел насладиться её испугом.
Анна. Чёрт. Я её уже ненавижу только за имя. Мне захотелось унизить и сделать ей больно. Я желал этого.
Я со всей силы пнул то ведро и приказал ей всё убрать. Кажется, что мне стало легче...кажется я нашёл себе жертву.
Я ежедневно за ней следил. Как маньяк. Я подмечал всё. У меня везде есть камеры. Я параноик. Про некоторые камеры не знает никто из персонала.
— Перестаньте, вы, оба! Я не вещь и не ваш приз! — пытаюсь быть строгой, но мои ноги подкашиваются. Они так близко, что я чувствую их жар.
— Глупенькая, будешь моей. Вопрос времени, — говорит холодный, расчетливый Алекс.
— Облезешь, это моя женщина, — спорит с ним темпераментный Вега.
— Я буду с тем, кто выиграет гонку! — выкрикнула это и вижу огонь азарта в их глазах.
Мне конец…
— Глупенькая, будешь моей. Вопрос времени, — говорит холодный, расчетливый Алекс.
— Облезешь, это моя женщина, — спорит с ним темпераментный Вега.
— Я буду с тем, кто выиграет гонку! — выкрикнула это и вижу огонь азарта в их глазах.
Мне конец…
Между Евой и таинственным Максимилианом Вулфом вспыхивает непреодолимое влечение, но тайны вокруг загадочного клана продолжают множиться. Одна за другой погибают девушки и остаётся главный вопрос: кто же оборотень?
И в один из дней Ева узнаёт тайну Вулфов...
И в один из дней Ева узнаёт тайну Вулфов...
— Закрыто, — говорю я, уже поворачивая ключ в двери мастерской.
— Для всех — да. Для меня — нет, — в щель между дверью просовывается ладонь.
— Ты вообще нормальный?
— Нет, — спокойно отвечает наглый старшекурсник. — Но сегодня ты мне поможешь.
— С чего бы?
— С того, что ты уже испортила мой проект, Громова. А теперь будешь спасать его. Со мной. До утра.
Я приехала учиться, работать по вечерам и как-то выживать в большом городе, а не влюбляться в самоуверенного нахала с третьего курса, которого знает весь факультет. Он богатый, дерзкий, привык командовать и смотреть так, что у меня сбивается дыхание. Я клялась держаться от него подальше. Честно. Но одна ночь в мастерской, случайный поцелуй на набережной, сплетни на весь институт — и моя спокойная жизнь летит к черту.
— Для всех — да. Для меня — нет, — в щель между дверью просовывается ладонь.
— Ты вообще нормальный?
— Нет, — спокойно отвечает наглый старшекурсник. — Но сегодня ты мне поможешь.
— С чего бы?
— С того, что ты уже испортила мой проект, Громова. А теперь будешь спасать его. Со мной. До утра.
Я приехала учиться, работать по вечерам и как-то выживать в большом городе, а не влюбляться в самоуверенного нахала с третьего курса, которого знает весь факультет. Он богатый, дерзкий, привык командовать и смотреть так, что у меня сбивается дыхание. Я клялась держаться от него подальше. Честно. Но одна ночь в мастерской, случайный поцелуй на набережной, сплетни на весь институт — и моя спокойная жизнь летит к черту.
Я потеряла сестер, но обрела мать и истинную пару. Я бы назвала далекую стаю Веросса раем на земле, если бы не одно «но» - она населена медведями. Мой сводный братец – один из них. Еще и альфа. И моя пара. А ведь это уже не одно «но», верно? Прежде чем я увижу сестер, мне предстоит принять настоящую себя и спасти любовь всей своей жизни от козней гадкой ведьмы. Этот мишка мой!
Альмира всегда знала, как быть «правильной»: безупречные дизайн-проекты, мягкий свет пастельных тонов и уютное, предсказуемое счастье рядом с Тимом. Её жизнь была аккуратным эскизом, в котором не было места острым углам и оглушительным звукам.
Решив всего лишь «попробовать» бас-гитару на одном занятии, Альмира не подозревала, что низкие частоты выбьют из-под её ног привычный фундамент.
Теперь вместо нежных оттенков в её руках — холодный металл струн и брутальный бетон индустриальных лофтов. Но чем увереннее она держит ритм, тем сильнее растёт пропасть между той, кем она была, и той, кем становится. Это история о болезненном перерождении и о тонкой грани между созиданием и разрушением. Сможет ли Альмира найти свой истинный голос, когда наставником в её новой реальности становится тот, кто привык играть только на поражение?
Решив всего лишь «попробовать» бас-гитару на одном занятии, Альмира не подозревала, что низкие частоты выбьют из-под её ног привычный фундамент.
Теперь вместо нежных оттенков в её руках — холодный металл струн и брутальный бетон индустриальных лофтов. Но чем увереннее она держит ритм, тем сильнее растёт пропасть между той, кем она была, и той, кем становится. Это история о болезненном перерождении и о тонкой грани между созиданием и разрушением. Сможет ли Альмира найти свой истинный голос, когда наставником в её новой реальности становится тот, кто привык играть только на поражение?
Я пришел сюда искать призрака.
Каждую ночь я раз за разом переживал свой личный ад. Ослепительная вспышка небесного клинка. Ее хрупкое тело, бросившееся наперерез. И то, как она, залитая кровью, срывается в мертвые воды Реки Забвения. Моя Синь-эр. Девушка, чья душа была соткана из лунного света и дикой свободы нашего мира.
Логика кричала мне, что она мертва. Триста лет я искал ее следы во всех мирах и находил лишь пепел. Но три дня назад мои соглядатаи донесли: на задворках Дворца Огня замечен странный, мимолетный всплеск искаженной лунной ци, который кто-то грубо подавил магией. Ничтожный шанс. Безумная надежда.
Каждую ночь я раз за разом переживал свой личный ад. Ослепительная вспышка небесного клинка. Ее хрупкое тело, бросившееся наперерез. И то, как она, залитая кровью, срывается в мертвые воды Реки Забвения. Моя Синь-эр. Девушка, чья душа была соткана из лунного света и дикой свободы нашего мира.
Логика кричала мне, что она мертва. Триста лет я искал ее следы во всех мирах и находил лишь пепел. Но три дня назад мои соглядатаи донесли: на задворках Дворца Огня замечен странный, мимолетный всплеск искаженной лунной ци, который кто-то грубо подавил магией. Ничтожный шанс. Безумная надежда.
Я умерла в своём мире — и проснулась на эшафоте в чужом теле.
Меня должны были казнить… но вместо смерти меня забрал он.
Лорд, которого боятся даже собственные слуги.
Человек, чьё прикосновение убивает.
Он не умеет чувствовать.
Не умеет доверять.
И давно забыл, что такое любовь.
Теперь я живу в его замке — на расстоянии трёх шагов от него.
Трёх шагов, которые нельзя сократить.
Но я всё равно говорю с ним.
Слушаю его.
И шаг за шагом учу его тому, что он считает давно умершим.
Любви.
Даже если за это придётся заплатить жизнью.
Меня должны были казнить… но вместо смерти меня забрал он.
Лорд, которого боятся даже собственные слуги.
Человек, чьё прикосновение убивает.
Он не умеет чувствовать.
Не умеет доверять.
И давно забыл, что такое любовь.
Теперь я живу в его замке — на расстоянии трёх шагов от него.
Трёх шагов, которые нельзя сократить.
Но я всё равно говорю с ним.
Слушаю его.
И шаг за шагом учу его тому, что он считает давно умершим.
Любви.
Даже если за это придётся заплатить жизнью.
События стремительно разворачиваются после вечернего джема в школе. Напряжение между Альмирой и Хэнком нарастает, постепенно стирая границы профессионального интереса и превращаясь в нечто более глубокое и опасное. Марк и Дэн предлагают Альмире перспективы, которые могут открыть перед ней новые возможности. Она мечется не только между понятным миром дизайна и рок-н-роллом, но и мужчинами, олицетворяющими эти две важные для девушки стороны жизни. Как поступит Альмира и какое решение она примет?
Выберите полку для книги