Книги по тегу «неунывающая героиня»: ""
Лиза была лучшим садовником в элитном садовом центре, пока один крайне неудачно упавший кактус не отправил её прямиком в Обитель Вечной Тьмы. Теперь вместо цветущих оранжерей Майами перед ней — мрачный готический замок, заваленный вековой пылью, и его хозяин — прекрасный, но совершенно невыносимый Повелитель Тьмы.
Дариан привык, что всё живое вокруг него вянет, а подданные дрожат от ужаса. Но он ещё не сталкивался с Лизой. У неё в кармане — секатор, в сумке — чудодейственные удобрения, а в голове — твердое убеждение, что любое проклятие можно победить генеральной уборкой и правильным поливом.
Пока Тёмный Совет строит козни, а бывшие невесты насылают магическую саранчу, Лиза берется за дело.
Дариан привык, что всё живое вокруг него вянет, а подданные дрожат от ужаса. Но он ещё не сталкивался с Лизой. У неё в кармане — секатор, в сумке — чудодейственные удобрения, а в голове — твердое убеждение, что любое проклятие можно победить генеральной уборкой и правильным поливом.
Пока Тёмный Совет строит козни, а бывшие невесты насылают магическую саранчу, Лиза берется за дело.
Когда черт взял отпуск и поселился в домике под корнями каштана, он рассчитывал на несколько недель заслуженного покоя. Но в первый же день на пороге возникла фея — хозяйка отеля, которая трещит без умолку, печет печенье с клеверным медом и смотрит на него так, будто он не черт с пятьюстами годами пакостей за плечами, а просто симпатичный постоялец.
Он не должен влюбиться. Она не должна ответить ему взаимностью. У них разные миры, разные привычки, и даже паук под потолком у феи крутит лапкой у виска.
Но когда хвост черта против воли хозяина обвивает ее талию при луне, становится ясно: что-то пошло не по плану. Или наоборот — впервые все идет своим чередом.
Он не должен влюбиться. Она не должна ответить ему взаимностью. У них разные миры, разные привычки, и даже паук под потолком у феи крутит лапкой у виска.
Но когда хвост черта против воли хозяина обвивает ее талию при луне, становится ясно: что-то пошло не по плану. Или наоборот — впервые все идет своим чередом.
Книга останется БЕСПЛАТНОЙ❤️
Вам за тридцать, вы одиноки, а подруги уже обменяли коктейли на памперсы? Добро пожаловать в клуб одиноких, можно сердец, можно душ, короче, как корабль назовете, так он и поплывет.
Пока подруги Ксении блистали на семейных фото с мужьями и детьми, она, тридцатилетняя, всё ещё искала своё «идеальное совпадение» в бесконечном лабиринте знакомств. Устав от жалости в глазах близких и собственных разочарований, Ксения заключает дерзкое пари - найти достойного мужчину за месяц на «Сайте знакомств».
Выходка оборачивается ее встречей с обаятельным соседом-журналистом, который просит её стать героиней своей статьи о свиданиях.
Так начинается её одиссея по миру «Сайта знакомств» и свиданий, где каждый вечер приносит новую порцию разочарований, но и новую возможность поделиться историями с таинственным соседом, к которому ее безумно тянет.
Вам за тридцать, вы одиноки, а подруги уже обменяли коктейли на памперсы? Добро пожаловать в клуб одиноких, можно сердец, можно душ, короче, как корабль назовете, так он и поплывет.
Пока подруги Ксении блистали на семейных фото с мужьями и детьми, она, тридцатилетняя, всё ещё искала своё «идеальное совпадение» в бесконечном лабиринте знакомств. Устав от жалости в глазах близких и собственных разочарований, Ксения заключает дерзкое пари - найти достойного мужчину за месяц на «Сайте знакомств».
Выходка оборачивается ее встречей с обаятельным соседом-журналистом, который просит её стать героиней своей статьи о свиданиях.
Так начинается её одиссея по миру «Сайта знакомств» и свиданий, где каждый вечер приносит новую порцию разочарований, но и новую возможность поделиться историями с таинственным соседом, к которому ее безумно тянет.
Бабушка всегда говорит: «Неизвестно, где найдёшь, а где потеряешь».
По её теории, я должна была встретить принца, но судьба подкинула мне Никиту. Этот тип — сплошной ред флаг: холодный, властный, душный до невозможности. Однако стоит ему посмотреть на меня, как воздух вокруг начинает буквально искрить, а моё бедное сердце выскакивать из груди.
«Дорогой дневник, что происходит? Почему этот тип вызывает у меня только одно желание — проверить, насколько он горяч на самом деле? И, ради всего святого, что будет дальше?»
Она — неунывающая авантюристка, само воплощение хаоса.
Он — непробиваемый айсберг: вместо чувств у него протоколы защиты, а вместо сердца — камень.
Она взорвет его жизнь неоновыми красками, даже если он об этом не просил, а он — вправит ей мозги или хотя бы научит переходить дорогу на зелёный свет.
Он её Кольт, она — его Асечка.
По её теории, я должна была встретить принца, но судьба подкинула мне Никиту. Этот тип — сплошной ред флаг: холодный, властный, душный до невозможности. Однако стоит ему посмотреть на меня, как воздух вокруг начинает буквально искрить, а моё бедное сердце выскакивать из груди.
«Дорогой дневник, что происходит? Почему этот тип вызывает у меня только одно желание — проверить, насколько он горяч на самом деле? И, ради всего святого, что будет дальше?»
Она — неунывающая авантюристка, само воплощение хаоса.
Он — непробиваемый айсберг: вместо чувств у него протоколы защиты, а вместо сердца — камень.
Она взорвет его жизнь неоновыми красками, даже если он об этом не просил, а он — вправит ей мозги или хотя бы научит переходить дорогу на зелёный свет.
Он её Кольт, она — его Асечка.
— Ну а твой суженый когда явится? Ни за что не поверю, что ты себе не делала расклад, — спрашивает меня подруга.
— Делала. Мой Король Пентаклей появится, когда я попаду в большую беду, — вздыхаю я. — Так что я пока без суженого похожу.
Но от судьбы долго бегать нельзя. Судьба в виде здоровенного мужика в кожаном пальто настигает меня в косметологической клинике, где я работаю, и бьёт меня обухом по голове неожиданной просьбой:
— Я хочу подарить бывшей грудь.
— Делала. Мой Король Пентаклей появится, когда я попаду в большую беду, — вздыхаю я. — Так что я пока без суженого похожу.
Но от судьбы долго бегать нельзя. Судьба в виде здоровенного мужика в кожаном пальто настигает меня в косметологической клинике, где я работаю, и бьёт меня обухом по голове неожиданной просьбой:
— Я хочу подарить бывшей грудь.
Марья ждала своего жениха Ивана, тот должен был вернуться с похода на нечисть, что развелась на границе с Тридевятым царством.
Обещал вернуться, да свадебку сыграть.
Марья-искусница приданого нашила, да не только себе. Все деревенские жители шли к ней с поклоном. Поговаривали, Марья силой обладает и вещи из-под ее рук выходят заговоренные на удачу и на здоровье, а молодых ведет к любви и достатку.
Вот только вернулся Иван сам не свой, прогнал Марью, обвинил в том, что не дождалась его, с другим была.
Вся деревня отвернулась от Марьюшки, а Иван на другой жениться собрался.
Не выдержало девичье сердечко, и решила Марья попытать счастья в другой деревне, подальше от любимого и его новой невесты.
Обещал вернуться, да свадебку сыграть.
Марья-искусница приданого нашила, да не только себе. Все деревенские жители шли к ней с поклоном. Поговаривали, Марья силой обладает и вещи из-под ее рук выходят заговоренные на удачу и на здоровье, а молодых ведет к любви и достатку.
Вот только вернулся Иван сам не свой, прогнал Марью, обвинил в том, что не дождалась его, с другим была.
Вся деревня отвернулась от Марьюшки, а Иван на другой жениться собрался.
Не выдержало девичье сердечко, и решила Марья попытать счастья в другой деревне, подальше от любимого и его новой невесты.
- Дорогая моя Виолетта, надо знать законодательство. Документы хранятся три года – что ты намерена оспаривать? Следов о том, что мы разведены, в природе не существует – да в паспорте у тебя нет штампа о браке, но и о разводе нет.
Да, когда меняла, то не стала ставить… Думала, а зачем, если мы разведены.
Ноги подкашиваются, я хватаюсь за край туалетного столика, чтобы устоять.
- Даже, если всё так, как ты тут говоришь, это не означает, что ты вернёшься в мою жизнь! – набрав побольше воздуха, на выдохе твёрдо произношу я.
- Если ты не заметила, уже вернулся!
Во-первых, я узнаю, зачем это бывшему понадобилось! А, во-вторых, хотя, возможно, и во-первых, он об этом точно пожалеет! Уж я об этом позабочусь!
***
Мы в разводе пять лет. У каждого своя жизнь. И вдруг мой бывший заявляется и утверждает, что нет никакого развода и наш брак всё ещё в силе. Это как?
Да, когда меняла, то не стала ставить… Думала, а зачем, если мы разведены.
Ноги подкашиваются, я хватаюсь за край туалетного столика, чтобы устоять.
- Даже, если всё так, как ты тут говоришь, это не означает, что ты вернёшься в мою жизнь! – набрав побольше воздуха, на выдохе твёрдо произношу я.
- Если ты не заметила, уже вернулся!
Во-первых, я узнаю, зачем это бывшему понадобилось! А, во-вторых, хотя, возможно, и во-первых, он об этом точно пожалеет! Уж я об этом позабочусь!
***
Мы в разводе пять лет. У каждого своя жизнь. И вдруг мой бывший заявляется и утверждает, что нет никакого развода и наш брак всё ещё в силе. Это как?
Меня зовут Варвара Красова, я офис-менеджер в редакции модного журнала. Заказываю бумагу, воду, кофе, спасаю фотосъёмки и чужие нервные клетки.
А ещё я тайно веду модный блог “Варвара-Краса”, где учу женщин не бояться ярких платьев.
Только вот на работе об этом никто не знает.
Потому что я работаю среди моделей, стилистов и людей, которые считают сельдерей на завтрак обед и ужин полноценным приёмом пищи.
А ещё у нас есть он – холодный, безупречный и пугающе красивый директор Данил Воскресенский, для которого всё в жизни должно быть идеально.
Но всё меняется, когда я попадаю в вирусное видео. Интернет в восторге, журнал в панике, а мой босс смотрит на меня так, словно я лично устроила ему модный апокалипсис.
И это было бы полбеды… Если б интернет не решил, что мы встречаемся.
А ещё я тайно веду модный блог “Варвара-Краса”, где учу женщин не бояться ярких платьев.
Только вот на работе об этом никто не знает.
Потому что я работаю среди моделей, стилистов и людей, которые считают сельдерей на завтрак обед и ужин полноценным приёмом пищи.
А ещё у нас есть он – холодный, безупречный и пугающе красивый директор Данил Воскресенский, для которого всё в жизни должно быть идеально.
Но всё меняется, когда я попадаю в вирусное видео. Интернет в восторге, журнал в панике, а мой босс смотрит на меня так, словно я лично устроила ему модный апокалипсис.
И это было бы полбеды… Если б интернет не решил, что мы встречаемся.
Руки блуждают по моей спине, требовательно вжимая меня всё ближе. Теплый воздух обжигает кожу, его откровенный, пропитанный желанием шепот проходится по самому уху:
— Какая же ты... Иди ко мне, — хрипло выдыхает он.
Его горячие ладони скользят ниже, притягивая меня вплотную к крепкому телу, и я окончательно растворяюсь в этом сумасшествии. Это неправильно. Аморально. Так категорически нельзя. Но к черту праведность — именно сейчас мне можно абсолютно всё.
Губы обжигают шею, задевают мочку уха, и снова этот сводящий с ума жаркий шепот, от которого по позвоночнику бьет током:
— Плавишься в моих руках... Хочешь, чтобы я зашел дальше?
Только не спрашивай. Не надо меня ни о чем спрашивать, я обдумаю все эти последствия потом... Такое искрящееся напряжение нельзя разрушать словами и лишними вопросами.
И тут прямо за моей спиной
— И что за закрытое представление вы тут устроили без меня? — раздается позади низкий, гортанный и опасно тягучий голос.
— Какая же ты... Иди ко мне, — хрипло выдыхает он.
Его горячие ладони скользят ниже, притягивая меня вплотную к крепкому телу, и я окончательно растворяюсь в этом сумасшествии. Это неправильно. Аморально. Так категорически нельзя. Но к черту праведность — именно сейчас мне можно абсолютно всё.
Губы обжигают шею, задевают мочку уха, и снова этот сводящий с ума жаркий шепот, от которого по позвоночнику бьет током:
— Плавишься в моих руках... Хочешь, чтобы я зашел дальше?
Только не спрашивай. Не надо меня ни о чем спрашивать, я обдумаю все эти последствия потом... Такое искрящееся напряжение нельзя разрушать словами и лишними вопросами.
И тут прямо за моей спиной
— И что за закрытое представление вы тут устроили без меня? — раздается позади низкий, гортанный и опасно тягучий голос.
АННОТАЦИЯ
Что вы будете делать, если вместо того, чтобы разбирать хлам в бабушкином доме в XXI веке, очнётесь в теле собственной прапрабабки в 1905 году? В запущенном гостевом доме, где даже помыться — целое приключение.
У меня диплом врача-терапевта и голова, полная знаний из будущего. Только здесь я не могу признаться, кто я на самом деле. Женщина-врач в начале двадцатого века или сумасшедшая, или шарлатанка.
Придётся скрываться, выкручиваться и делать вид, что я просто хозяйка, которая что-то слышала о лаванде и мудра не по годам. А заодно возрождать гостевой дом, обустраивать ванную комнату из кладовки, приручать местного доктора-соседа и искать клад, о котором говорится в загадочном письме.
Что вы будете делать, если вместо того, чтобы разбирать хлам в бабушкином доме в XXI веке, очнётесь в теле собственной прапрабабки в 1905 году? В запущенном гостевом доме, где даже помыться — целое приключение.
У меня диплом врача-терапевта и голова, полная знаний из будущего. Только здесь я не могу признаться, кто я на самом деле. Женщина-врач в начале двадцатого века или сумасшедшая, или шарлатанка.
Придётся скрываться, выкручиваться и делать вид, что я просто хозяйка, которая что-то слышала о лаванде и мудра не по годам. А заодно возрождать гостевой дом, обустраивать ванную комнату из кладовки, приручать местного доктора-соседа и искать клад, о котором говорится в загадочном письме.
Выберите полку для книги