Книги по тегу «неунывающая героиня»: ""
— Твой личный дневник останется у меня, — сообщает он.
— Что? — потрясенно выдыхаю я.
— Что слышала, — беспечно отзывается Боголюбов, легким движением закинув дневник в свой черный рюкзак. — И если ты хочешь, чтобы о твоем милом секрете никто не узнал…
— Да что тебе надо?! — взрываюсь я.
— Смотря, что ты можешь мне дать, — расплывается в хищной улыбке Марк. Шагнув ко мне, он с легкостью подхватывает меня на руки и усаживает на парту. — Есть интересные идеи?
***
Так вышло, что я задела эго местной звезды универа – Марка Боголюбова. И теперь он мне мстит! Мало того, что забрал мой личный дневник себе, так ещё и узнал, что я влюблена в его лучшего друга и грозится раскрыть мой секрет! Чтобы вернуть дневник, мне приходится выполнять дурацкие поручения мажора. Но зато благодаря этому я познакомилась с Елисеем – тем самым парнем, в которого влюблена. Правда, чем дольше я прислуживаю Боголюбову, тем сильнее гаснут мои чувства к его другу… и это мне совсем не нравится!
— Что? — потрясенно выдыхаю я.
— Что слышала, — беспечно отзывается Боголюбов, легким движением закинув дневник в свой черный рюкзак. — И если ты хочешь, чтобы о твоем милом секрете никто не узнал…
— Да что тебе надо?! — взрываюсь я.
— Смотря, что ты можешь мне дать, — расплывается в хищной улыбке Марк. Шагнув ко мне, он с легкостью подхватывает меня на руки и усаживает на парту. — Есть интересные идеи?
***
Так вышло, что я задела эго местной звезды универа – Марка Боголюбова. И теперь он мне мстит! Мало того, что забрал мой личный дневник себе, так ещё и узнал, что я влюблена в его лучшего друга и грозится раскрыть мой секрет! Чтобы вернуть дневник, мне приходится выполнять дурацкие поручения мажора. Но зато благодаря этому я познакомилась с Елисеем – тем самым парнем, в которого влюблена. Правда, чем дольше я прислуживаю Боголюбову, тем сильнее гаснут мои чувства к его другу… и это мне совсем не нравится!
«Ваша (цензура) прекрасна. Дайте потрогать», — написано на листке.
Я рассмотрела его со всех сторон, ища какую-нибудь дополнительную информацию.
Я посмотрела на наглого мужчину, который откинулся на диванчике и откровенно пялился на меня. Хам. Я прикрылась накидкой, и сальный взгляд сменился недовольством.
— Что там написано? — спрашивает меня подруга. Вижу, как ей хочется заглянуть в бумажку, но она у меня воспитанная. Без спроса никогда и ничего не скажет, даже телефон из моей сумки не достанет.
— Глупость там написана, — отвечаю ей и убираю записку в свою сумочку.
— Ты ему ответишь? Щёки у тебя бордовые аж. Что там такое написано?
— Не отвечу, непотребства всякие предлагает, — я стрельнула взглядом в ухажёра и снова увидела в его руке бокал красного вина. Напиток мне неинтересен, а вот огромная ладонь...
— Ох... — вздохнула я, представляя, что можно сделать такой ручищей.
— Дашуньчик, он на тебя так смотрит...
— Пусть смотрит, — я кокетливо улыбнулась и перекинула свои длин
Я рассмотрела его со всех сторон, ища какую-нибудь дополнительную информацию.
Я посмотрела на наглого мужчину, который откинулся на диванчике и откровенно пялился на меня. Хам. Я прикрылась накидкой, и сальный взгляд сменился недовольством.
— Что там написано? — спрашивает меня подруга. Вижу, как ей хочется заглянуть в бумажку, но она у меня воспитанная. Без спроса никогда и ничего не скажет, даже телефон из моей сумки не достанет.
— Глупость там написана, — отвечаю ей и убираю записку в свою сумочку.
— Ты ему ответишь? Щёки у тебя бордовые аж. Что там такое написано?
— Не отвечу, непотребства всякие предлагает, — я стрельнула взглядом в ухажёра и снова увидела в его руке бокал красного вина. Напиток мне неинтересен, а вот огромная ладонь...
— Ох... — вздохнула я, представляя, что можно сделать такой ручищей.
— Дашуньчик, он на тебя так смотрит...
— Пусть смотрит, — я кокетливо улыбнулась и перекинула свои длин
— Ждала, что я сорвусь? Что поцелую тебя? — его ледяной шепот обжигает мои губы. — Не льсти себе. Ты для меня грязное пятно. И я не успокоюсь, пока не ототру его до блеска.
Он — ледяной король элитного университета, у которого есть всё. Я — девчонка в старых кедах, у которой нет ничего, кроме тайны, ради которой я должна была стать невидимкой.
Но один дерзкий ответ этому несносному мажору разрушил всё.
Теперь моя жизнь висит на волоске, а он сделал меня своей мишенью.
И я не знаю, что пугает меня больше: его жестокий шантаж или то, как предательски колотится мое сердце, когда мы остаемся наедине...
Он — ледяной король элитного университета, у которого есть всё. Я — девчонка в старых кедах, у которой нет ничего, кроме тайны, ради которой я должна была стать невидимкой.
Но один дерзкий ответ этому несносному мажору разрушил всё.
Теперь моя жизнь висит на волоске, а он сделал меня своей мишенью.
И я не знаю, что пугает меня больше: его жестокий шантаж или то, как предательски колотится мое сердце, когда мы остаемся наедине...
Сгореть на работе в столице, чтобы воскреснуть в средневековой дыре с убитым бизнесом? Могу, умею, практикую. Вместо подчиненных - вороватые слуги, вместо отчетов - долговая книга, а вместо премии - маленькая девочка, которую мне подкинули под покровом ночи.
За единственной внучкой герцога охотится половина королевства, так что мой трактир срочно переводится на осадное положение. Пока малышка прячет в тайнике свои любимые игрушки, я прячу её саму. Только вот мрачный наемник, снявший комнату наверху, задает слишком много вопросов. Придется выяснить: он моя главная проблема или единственный шанс на спасение?
За единственной внучкой герцога охотится половина королевства, так что мой трактир срочно переводится на осадное положение. Пока малышка прячет в тайнике свои любимые игрушки, я прячу её саму. Только вот мрачный наемник, снявший комнату наверху, задает слишком много вопросов. Придется выяснить: он моя главная проблема или единственный шанс на спасение?
— Твоя дочь беременна, — говорю подруге во время дружеской встречи наших семей.
— Что?! От кого? — в ужасе шепчет она.
Я пристально смотрю на своего мужа Тараса, с которым прожила двадцать пять лет.
— От Тараса.
Любовнице моего мужа двадцать. Я знаю её с пелёнок. Она дочь наших лучших друзей. Но…
Самое страшное я узнаю позже… Потому что Тарас предал не только меня…
— Что?! От кого? — в ужасе шепчет она.
Я пристально смотрю на своего мужа Тараса, с которым прожила двадцать пять лет.
— От Тараса.
Любовнице моего мужа двадцать. Я знаю её с пелёнок. Она дочь наших лучших друзей. Но…
Самое страшное я узнаю позже… Потому что Тарас предал не только меня…
Всё началось с трусов! Да. Да, вы же знаете эту примету? Красные трусы повесить на люстру? Вот я и повесила!
И начался Армагеддон!
Сначала мне изменил мой мужчина. Ну, как мужчина? Теперь уже нет.
Потом оказалось, что у меня новый начальник, шикарный мужчина, кавказец с огромными руками, носом и… сами знаете чем.
Чувством юмора, конечно.
Он даже не ругал меня за трусы, висящие на люстре в его приёмной.
Вернее, он меня, конечно, наказал, но…
В общем, обо всём по порядку!
Читайте рассказ и всё узнаете!
И начался Армагеддон!
Сначала мне изменил мой мужчина. Ну, как мужчина? Теперь уже нет.
Потом оказалось, что у меня новый начальник, шикарный мужчина, кавказец с огромными руками, носом и… сами знаете чем.
Чувством юмора, конечно.
Он даже не ругал меня за трусы, висящие на люстре в его приёмной.
Вернее, он меня, конечно, наказал, но…
В общем, обо всём по порядку!
Читайте рассказ и всё узнаете!
— Вы привыкли, что женщины сами падают вам в руки?
— Нет. Некоторые сначала кусаются.
— Тогда держитесь от меня подальше.
Тимур делает ровно наоборот — приближается.
— Почему? Боитесь?
— Вас? Не смешите.
— Не меня, Аня. Себя рядом со мной.
Удар ниже пояса.
После измены мужа я долго училась не нуждаться в мужчинах. Не верить комплиментам. Не надеяться. Не чувствовать.
И тут появляется ОН — наглый, властный и совершенно уверенный, что знает, чего я хочу.
Хуже всего то, что это на самом деле так, потому что между нами ХИМИЯ...
— Нет. Некоторые сначала кусаются.
— Тогда держитесь от меня подальше.
Тимур делает ровно наоборот — приближается.
— Почему? Боитесь?
— Вас? Не смешите.
— Не меня, Аня. Себя рядом со мной.
Удар ниже пояса.
После измены мужа я долго училась не нуждаться в мужчинах. Не верить комплиментам. Не надеяться. Не чувствовать.
И тут появляется ОН — наглый, властный и совершенно уверенный, что знает, чего я хочу.
Хуже всего то, что это на самом деле так, потому что между нами ХИМИЯ...
Я немного успокоилась и приняла решение. Я сейчас зайду в дом, и сама всё увижу.
— Кто там? — услышала я женский голос.
Мне открыла молодая девушка. Совсем молодая.
— А чего ты пришла сегодня?
— В смысле? — я просто опешила.
— По телефону мы договорились с тобой, что ты придёшь завтра в десять часов, разве не так? Ладно, — смилостивилась она, — пойдём покажу тебе кухню.
— Ксенечка, кто там? — раздался со второго этажа голос моего мужа.
— Прислуга пришла, всё перепутала и пришла сегодня. Сейчас пять минут, я ей всё покажу и приду.
— Скажи-ка мне, Ксения, а ты живёшь здесь с мужем? — прервала я поток её слов.
— Да, с мужем, а какое тебе дело, с кем я здесь живу? И потом, чего это ты мне тыкаешь?
— Так вроде ты первая начала тыкать.
— Нина! Я — хозяйка, ты — прислуга. Поэтому ко мне только на «вы», это не обсуждается. Если что-то не устраивает — пошла вон отсюда! Быдло деревенское!
— Проблема в том, дорогуша, что я не Нина. Я — Людмила Евсеева. Жена твоего мужа, так сказать.
— Кто там? — услышала я женский голос.
Мне открыла молодая девушка. Совсем молодая.
— А чего ты пришла сегодня?
— В смысле? — я просто опешила.
— По телефону мы договорились с тобой, что ты придёшь завтра в десять часов, разве не так? Ладно, — смилостивилась она, — пойдём покажу тебе кухню.
— Ксенечка, кто там? — раздался со второго этажа голос моего мужа.
— Прислуга пришла, всё перепутала и пришла сегодня. Сейчас пять минут, я ей всё покажу и приду.
— Скажи-ка мне, Ксения, а ты живёшь здесь с мужем? — прервала я поток её слов.
— Да, с мужем, а какое тебе дело, с кем я здесь живу? И потом, чего это ты мне тыкаешь?
— Так вроде ты первая начала тыкать.
— Нина! Я — хозяйка, ты — прислуга. Поэтому ко мне только на «вы», это не обсуждается. Если что-то не устраивает — пошла вон отсюда! Быдло деревенское!
— Проблема в том, дорогуша, что я не Нина. Я — Людмила Евсеева. Жена твоего мужа, так сказать.
❗️ЗАВЕРШЕННЫЙ РАССКАЗ. ПРИЯТНАЯ ЦЕНА❗️
— Чье это? — спрашиваю мужа, держа красное кружево, найденное в кармане его пиджака.
Козланова блеет и заикается.
— Их, наверное, в химчистке подбросили.
— Чудесно! Завтра шубу отнесу. Вдруг вернут с брутальным мужиком в кармане.
Брезгливо рассматриваю то, что держу пальцами.
— Господи, и нашлась же любительница…
Смотрю на мужа. Пытаюсь понять женскую мотивацию. Достаю чемодан.
— Складывай вещи, Козланова.
— Я никуда не собираюсь!
— Я тебя никуда и не приглашала. Я тебя выставляю.
— Ты сдурела? Мы двадцать лет в браке?! — начинает блеять козлина.
— За всё надо платить, — говорю, ещё не зная, что чужие красные трусы — пропуск в новую жизнь.
Потом будут бусики. Настоящий мужчина, с которым я вспомню, что значит быть королевой...
— Чье это? — спрашиваю мужа, держа красное кружево, найденное в кармане его пиджака.
Козланова блеет и заикается.
— Их, наверное, в химчистке подбросили.
— Чудесно! Завтра шубу отнесу. Вдруг вернут с брутальным мужиком в кармане.
Брезгливо рассматриваю то, что держу пальцами.
— Господи, и нашлась же любительница…
Смотрю на мужа. Пытаюсь понять женскую мотивацию. Достаю чемодан.
— Складывай вещи, Козланова.
— Я никуда не собираюсь!
— Я тебя никуда и не приглашала. Я тебя выставляю.
— Ты сдурела? Мы двадцать лет в браке?! — начинает блеять козлина.
— За всё надо платить, — говорю, ещё не зная, что чужие красные трусы — пропуск в новую жизнь.
Потом будут бусики. Настоящий мужчина, с которым я вспомню, что значит быть королевой...
Выберите полку для книги