Книги по тегу «новая жизнь»: ""
Пятнадцать лет Элария спасала состояние мужа-дракона, управляла его землями и исправляла последствия его решений. А потом Рейгард потребовал развод прямо перед драконьим советом и оставил ей двадцать золотых и заброшенную меняльную контору с огромным долгом.
Он был уверен: без его имени она не продержится и недели.
Но под полом старого здания Элария находит Реестр равновесия — книгу, которая помнит труд женщин, чьи заслуги, предприятия и деньги присвоили семьи и бывшие мужья.
Так появляется Банк второго имени — место, где отвергнутым жёнам не требуется чужое разрешение, чтобы открыть собственный счёт, вернуть своё дело и начать жизнь заново.
Чем успешнее становится банк, тем опаснее тайны, которые он раскрывает. Дом Арвесс требует вернуть Реестр. Королевская казна пытается закрыть учреждение. По городу расходятся поддельные обязательства с подписью Эларии.
Он был уверен: без его имени она не продержится и недели.
Но под полом старого здания Элария находит Реестр равновесия — книгу, которая помнит труд женщин, чьи заслуги, предприятия и деньги присвоили семьи и бывшие мужья.
Так появляется Банк второго имени — место, где отвергнутым жёнам не требуется чужое разрешение, чтобы открыть собственный счёт, вернуть своё дело и начать жизнь заново.
Чем успешнее становится банк, тем опаснее тайны, которые он раскрывает. Дом Арвесс требует вернуть Реестр. Королевская казна пытается закрыть учреждение. По городу расходятся поддельные обязательства с подписью Эларии.
– Я не могу поверить, что ты следила за мной! Это так на тебя не похоже!
– Не могу поверить, что ты мне изменяешь! Это так на тебя не похоже!
– Зоя...
– Ты спишь со своей сотрудницей! И ты подходишь ко мне, отослав любовницу в кафе, и возмущаешься моему появлению, обвиняя в слежке? Арсений, а ты случайно ничего не перепутал?
– Зоя... Прости, я полюбил другую. Больше мне нечего тебе сказать. Так получилось, и я в этом не виноват.
– Очень своевременное признание. А если бы я не узнала о твоём секрете, то ты бы и дальше врал мне в лицо?
– Я хотел обо всём тебе рассказать, честно... Просто не знал, как лучше это сделать. Ты... Мы с тобой слишком похожи, настолько, что ты мне скорее друг, чем жена. И в моих глазах ты скорее мужчина, чем женщина, так что...
– Я не понимаю, ты надо мной издеваешься?!
– Не могу поверить, что ты мне изменяешь! Это так на тебя не похоже!
– Зоя...
– Ты спишь со своей сотрудницей! И ты подходишь ко мне, отослав любовницу в кафе, и возмущаешься моему появлению, обвиняя в слежке? Арсений, а ты случайно ничего не перепутал?
– Зоя... Прости, я полюбил другую. Больше мне нечего тебе сказать. Так получилось, и я в этом не виноват.
– Очень своевременное признание. А если бы я не узнала о твоём секрете, то ты бы и дальше врал мне в лицо?
– Я хотел обо всём тебе рассказать, честно... Просто не знал, как лучше это сделать. Ты... Мы с тобой слишком похожи, настолько, что ты мне скорее друг, чем жена. И в моих глазах ты скорее мужчина, чем женщина, так что...
– Я не понимаю, ты надо мной издеваешься?!
— Вы знакомы? — спрашивает хозяйка квартиры, глядя то на меня, то на мужчину с пакетом лекарств.
— Мы женаты, — отвечаю я.
Мой муж должен быть в командировке. Но вместо этого он открывает своим ключом квартиру женщины, которая вызвала меня к заболевшей дочери. А в её ванной лежат часы с надписью, которую я сама заказала к нашей годовщине.
Я думала, что измена станет самым страшным открытием. Но у Сергея есть не только любовница. Есть тайная квартира, скрытая зарплата и деньги, предназначавшиеся для учёбы нашей дочери.
Муж уже обдумал развод, в котором собирается доказать, что нашей семьи давно не существовало. Только он не учёл одного: врач, которого случайно вызвала его любовница, больше не собирается терпеть.
— Мы женаты, — отвечаю я.
Мой муж должен быть в командировке. Но вместо этого он открывает своим ключом квартиру женщины, которая вызвала меня к заболевшей дочери. А в её ванной лежат часы с надписью, которую я сама заказала к нашей годовщине.
Я думала, что измена станет самым страшным открытием. Но у Сергея есть не только любовница. Есть тайная квартира, скрытая зарплата и деньги, предназначавшиеся для учёбы нашей дочери.
Муж уже обдумал развод, в котором собирается доказать, что нашей семьи давно не существовало. Только он не учёл одного: врач, которого случайно вызвала его любовница, больше не собирается терпеть.
— Мне нужны витамины для беременных, — говорит молодая женщина и кладёт телефон на аптечную кассу.
— Какой срок?
— Одиннадцать недель. Муж ждёт меня на улице.
Я поднимаю глаза и через стеклянную дверь вижу знакомую фигуру возле машины.
Моего мужа.
Павел уверял, что задерживается на работе. А сам приехал за беременной любовницей. Вместе с подругами из аптеки я решаю выяснить, кто она и как давно они встречаются. Но обычная слежка быстро превращается в историю, к которой я не была готова.
Чужая квартира оплачена нашими деньгами. На документах стоит моя подпись, которую я не ставила. А муж уже приготовил для меня новую жизнь — без дома, без накоплений и без права голоса.
Только Павел не учёл одного: я слишком долго помогала людям разбираться в рецептах и назначениях. Теперь я сама выпишу лекарство от предательства. И побочные последствия ему не понравятся.
— Какой срок?
— Одиннадцать недель. Муж ждёт меня на улице.
Я поднимаю глаза и через стеклянную дверь вижу знакомую фигуру возле машины.
Моего мужа.
Павел уверял, что задерживается на работе. А сам приехал за беременной любовницей. Вместе с подругами из аптеки я решаю выяснить, кто она и как давно они встречаются. Но обычная слежка быстро превращается в историю, к которой я не была готова.
Чужая квартира оплачена нашими деньгами. На документах стоит моя подпись, которую я не ставила. А муж уже приготовил для меня новую жизнь — без дома, без накоплений и без права голоса.
Только Павел не учёл одного: я слишком долго помогала людям разбираться в рецептах и назначениях. Теперь я сама выпишу лекарство от предательства. И побочные последствия ему не понравятся.
В день нашей двадцатой годовщины муж поднялся на сцену, представил гостям другую женщину и объявил, что я давно не имею отношения ни к его жизни, ни к созданной нами компании.
В качестве «щедрого» отступного Демьян передал мне заброшенный речной вокзал с жёстким сроком восстановления и бюджетом, которого не хватит даже на обязательные работы. Он был уверен: через несколько месяцев я признаю поражение и верну объект его человеку за бесценок.
Но в старом архиве нашлась деталь, о которой бывший предпочёл промолчать. Причал вокзала — единственная точка посадки для главного речного проекта его компании. Теперь Демьяну нужна моя подпись.
У меня пять месяцев, чтобы восстановить здание, вернуть себе профессиональное имя, доказать право на собственные идеи и не позволить бывшему снова решить всё за меня.
А ещё рядом появляется мужчина, который не обещает спасти мою жизнь. Он лишь предлагает строить её вместе — на равных.
В качестве «щедрого» отступного Демьян передал мне заброшенный речной вокзал с жёстким сроком восстановления и бюджетом, которого не хватит даже на обязательные работы. Он был уверен: через несколько месяцев я признаю поражение и верну объект его человеку за бесценок.
Но в старом архиве нашлась деталь, о которой бывший предпочёл промолчать. Причал вокзала — единственная точка посадки для главного речного проекта его компании. Теперь Демьяну нужна моя подпись.
У меня пять месяцев, чтобы восстановить здание, вернуть себе профессиональное имя, доказать право на собственные идеи и не позволить бывшему снова решить всё за меня.
А ещё рядом появляется мужчина, который не обещает спасти мою жизнь. Он лишь предлагает строить её вместе — на равных.
Ларисе сорок два. Она стоматолог, циник и убежденная одиночка. Её интимная жизнь — субботний ритуал под сериал, а главная страсть — порядок во всём. Но когда курьер привозит новую кофемашину и падает в обморок прямо в ящик с мукой, отлаженный механизм даёт сбой.
Он — инженер-неудачник с оттопыренными ушами и талантом изобретать бесполезные, но гениальные вещи. Она — женщина, которая давно забыла, что секс может быть смешным.
Их роман — это не история Золушки. Это история о том, что любовь иногда приходит в мокрой куртке и с коробкой бытовой техники. И ломает всё. Кроме чувства юмора и любви.
Он — инженер-неудачник с оттопыренными ушами и талантом изобретать бесполезные, но гениальные вещи. Она — женщина, которая давно забыла, что секс может быть смешным.
Их роман — это не история Золушки. Это история о том, что любовь иногда приходит в мокрой куртке и с коробкой бытовой техники. И ломает всё. Кроме чувства юмора и любви.
— Это пальто подарил мне Вадим. Сказал, бывшая жена его не носит. Оно дорогое.
Я смотрю на незнакомку, потом на пальто, свои инициалы на подкладке и становится дурно.
— Вадим — мой муж, — говорю ей осипшим голосом.
— Бывший.
— Пока нет. Но кажется, это ненадолго.
Пятнадцать лет я создавала мастерскую, пока он занимался документами. А потом выяснилось: муж отдал любовнице мои деньги, клиентов и моё место.
До закрытия мастерской восемь дней. Теперь у меня несколько дней, чтобы отобрать у них всё, что они уже поделили без меня.
Я смотрю на незнакомку, потом на пальто, свои инициалы на подкладке и становится дурно.
— Вадим — мой муж, — говорю ей осипшим голосом.
— Бывший.
— Пока нет. Но кажется, это ненадолго.
Пятнадцать лет я создавала мастерскую, пока он занимался документами. А потом выяснилось: муж отдал любовнице мои деньги, клиентов и моё место.
До закрытия мастерской восемь дней. Теперь у меня несколько дней, чтобы отобрать у них всё, что они уже поделили без меня.
— Подпишешь документы и сразу домой, — говорит муж. — Это обычный залог. Мы ничего не потеряем.
Я почти верю ему. Ради семьи я готова рискнуть мастерской, которую отец подарил мне ещё при жизни.
Но по дороге к нотариусу на телефоне срабатывает домашняя камера. На моей кухне Аркадий целует любовницу.
— Лада точно подпишет? — спрашивает она.
— Конечно. Поворчит и сделает как надо.
А потом они обсуждают салон в моей мастерской, ремонт в моей квартире и нашу дочь, которая якобы ко всему привыкнет.
Что ж, муж ошибся только в одном. Я не сяду в поезд. Я вернусь домой раньше него.
И ни моя мастерская, ни мои деньги, ни мой дом любовнице не достанутся.
Я почти верю ему. Ради семьи я готова рискнуть мастерской, которую отец подарил мне ещё при жизни.
Но по дороге к нотариусу на телефоне срабатывает домашняя камера. На моей кухне Аркадий целует любовницу.
— Лада точно подпишет? — спрашивает она.
— Конечно. Поворчит и сделает как надо.
А потом они обсуждают салон в моей мастерской, ремонт в моей квартире и нашу дочь, которая якобы ко всему привыкнет.
Что ж, муж ошибся только в одном. Я не сяду в поезд. Я вернусь домой раньше него.
И ни моя мастерская, ни мои деньги, ни мой дом любовнице не достанутся.
За семь минут до начала свадьбы нашей дочери мой муж вошёл в зал с любовницей.
На ней был белый костюм, сшитый по моему украденному эскизу. На пальце — кольцо, которое Глеб много лет называл потерянным. А вскоре он объявил перед гостями, что отдаёт другой женщине мою должность, мою компанию и авторство на стеклянный купол, созданный мной.
После двадцати пяти лет брака Глеб был уверен: в сорок четыре мне некуда уходить. Я подпишу развод, промолчу ради дочери и позволю стереть своё имя.
Он ошибся.
В двенадцати панелях купола спрятана золотая птица — мой авторский знак. Когда зажжётся свет, ложь увидят все.
Но вернуть себе работу проще, чем заново собрать разрушенную жизнь. Дочь знала больше, чем сказала. Муж подготовил документы с моей подписью. А рядом появился мужчина, который не обещает меня спасти — он просто признаёт моё право выбирать.
Это история о предательстве, взрослом достоинстве и новой любви, ради которой женщине не приходится становиться меньше.
На ней был белый костюм, сшитый по моему украденному эскизу. На пальце — кольцо, которое Глеб много лет называл потерянным. А вскоре он объявил перед гостями, что отдаёт другой женщине мою должность, мою компанию и авторство на стеклянный купол, созданный мной.
После двадцати пяти лет брака Глеб был уверен: в сорок четыре мне некуда уходить. Я подпишу развод, промолчу ради дочери и позволю стереть своё имя.
Он ошибся.
В двенадцати панелях купола спрятана золотая птица — мой авторский знак. Когда зажжётся свет, ложь увидят все.
Но вернуть себе работу проще, чем заново собрать разрушенную жизнь. Дочь знала больше, чем сказала. Муж подготовил документы с моей подписью. А рядом появился мужчина, который не обещает меня спасти — он просто признаёт моё право выбирать.
Это история о предательстве, взрослом достоинстве и новой любви, ради которой женщине не приходится становиться меньше.
Мой муж должен был быть в командировке. Вместо этого я застала его с любовницей в квартире, которую получила в наследство от тёти. Восемь месяцев тайных встреч, вранья и обещаний другой женщине. А теперь Павел решил, что одной измены мало, и захотел забрать ещё и моё жильё.
— Отдай мне квартиру тёти Клавы. Я оставлю тебе свою долю в нашей.
— Чемодан в руки, Павел. Выход там.
Он уверен, что ради дочери я уступлю. Его любовница уже выбирает, где поставит свою мебель. Только ни один из них ещё не понял: мой дом им не достанется. А за попытку устроить счастье на моих квадратных метрах придётся заплатить.
— Отдай мне квартиру тёти Клавы. Я оставлю тебе свою долю в нашей.
— Чемодан в руки, Павел. Выход там.
Он уверен, что ради дочери я уступлю. Его любовница уже выбирает, где поставит свою мебель. Только ни один из них ещё не понял: мой дом им не достанется. А за попытку устроить счастье на моих квадратных метрах придётся заплатить.
Выберите полку для книги