Книги по тегу «новая любовь»: ""
⚡️ЗАВЕРШЕНА. НИЗКАЯ ЦЕНА⚡️
— Ты ничего не получишь. Я вышвырну тебя на улицу. Голую. Без гроша. Ты — ничто. Удобная. Пустая. Жалкая, — рявкает муж, наступая на меня.
Он хватает меня за руки. Впивается пальцами в запястья. Замахивается.
— Я знаю всё, — произношу твёрдо. — Про вас с Ксенией. Про ваш план. Про то, как моя сестра пыталась меня отравить.
Виталий замирает. Бледнеет.
— Ты врёшь…
— Нет. И ты это знаешь, — смотрю пристально ему в глаза. — Ты — соучастник. Вы планировали это вместе. Были уверены, что я ничего не узнаю.
Он отступает. В его глазах — ненависть.
— Ты ничего не докажешь.
— Докажу, — достаю телефон, нажимаю на запись. — Ты проиграл. Вы оба проиграли.
Виталий бросается на меня…
— Ты ничего не получишь. Я вышвырну тебя на улицу. Голую. Без гроша. Ты — ничто. Удобная. Пустая. Жалкая, — рявкает муж, наступая на меня.
Он хватает меня за руки. Впивается пальцами в запястья. Замахивается.
— Я знаю всё, — произношу твёрдо. — Про вас с Ксенией. Про ваш план. Про то, как моя сестра пыталась меня отравить.
Виталий замирает. Бледнеет.
— Ты врёшь…
— Нет. И ты это знаешь, — смотрю пристально ему в глаза. — Ты — соучастник. Вы планировали это вместе. Были уверены, что я ничего не узнаю.
Он отступает. В его глазах — ненависть.
— Ты ничего не докажешь.
— Докажу, — достаю телефон, нажимаю на запись. — Ты проиграл. Вы оба проиграли.
Виталий бросается на меня…
— Давай договоримся, Эля. Мы забудем этот эпизод и не будем к нему возвращаться. У нас семья, дочь, я не собираюсь ничего менять.
— Да что ты говоришь?! А я вот собираюсь! — возмущаюсь в ответ. — Или ты думаешь, погулял и всё?
— Во многих семьях мужчины гуляют, расслабились, а потом возвращаются в семью, и всё отлично. Ну бывает, оступился, что же теперь, мне голову пеплом посыпать и уйти в монастырь?
— Ну, в монастырь тебе точно не светит, — хмыкаю я. — Но и принимать тебя после подруги я не собираюсь.
— А если бы не подруга была, что изменилось? — ухмыляется муж. — Ты видела Лариску, а себя? Ты вообще в зеркало смотришься?
— Причем тут я? — удивленно смотрю на Вадима. — Я тебе не изменяла.
— Да кто тебя такую… — начинает муж, но вовремя затыкается, отводит взгляд. — К сожалению, ты уже не мой формат, Эля.
— Да что ты говоришь?! А я вот собираюсь! — возмущаюсь в ответ. — Или ты думаешь, погулял и всё?
— Во многих семьях мужчины гуляют, расслабились, а потом возвращаются в семью, и всё отлично. Ну бывает, оступился, что же теперь, мне голову пеплом посыпать и уйти в монастырь?
— Ну, в монастырь тебе точно не светит, — хмыкаю я. — Но и принимать тебя после подруги я не собираюсь.
— А если бы не подруга была, что изменилось? — ухмыляется муж. — Ты видела Лариску, а себя? Ты вообще в зеркало смотришься?
— Причем тут я? — удивленно смотрю на Вадима. — Я тебе не изменяла.
— Да кто тебя такую… — начинает муж, но вовремя затыкается, отводит взгляд. — К сожалению, ты уже не мой формат, Эля.
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
Я стою в проходе поезда, прижавшись спиной к холодной стене, и слушаю, как рушится моя жизнь.
Когда в кармане платья лежит такой долгожданный положительный тест на беременность.
Из-за двери пятого купе доносится шуршание одежды, звон пряжки мужского ремня, и тихий, довольный смех.
Не помню, как я толкаю дверь вперед.
И вижу.
Мой муж изменяет мне прямо на столе вагона СВ Москва-Сочи.
— Дверь закрой и зайди, — говорит Родион строго, будто я провинившаяся школьница, а не его жена, заставшая его с любовницей. — Поднимешь шум – убью!
Я стою в проходе поезда, прижавшись спиной к холодной стене, и слушаю, как рушится моя жизнь.
Когда в кармане платья лежит такой долгожданный положительный тест на беременность.
Из-за двери пятого купе доносится шуршание одежды, звон пряжки мужского ремня, и тихий, довольный смех.
Не помню, как я толкаю дверь вперед.
И вижу.
Мой муж изменяет мне прямо на столе вагона СВ Москва-Сочи.
— Дверь закрой и зайди, — говорит Родион строго, будто я провинившаяся школьница, а не его жена, заставшая его с любовницей. — Поднимешь шум – убью!
Алина поднялась на небольшую сцену. Взяла микрофон. Зал затих. Она посмотрела на мужа. Потом на Кристину, которая стояла у стены, бледная, сжимая руки. — Дорогие гости, — сказала Алина. Голос не дрожал. — Сегодня мы отмечаем сорок лет компании. И я хочу поздравить Олега не только с этим юбилеем. Олег сделал едва заметный шаг вперёд. Глаза расширились. — Я хочу поздравить его с будущим ребёнком. Кристина ждёт. И это… — Алина сделала паузу, глядя прямо на мужа, — это замечательная новость. Тишина стала абсолютной. Кто-то уронил бокал. Звук разбитого стекла показался оглушительным.
Ещё вчера я была счастливой невестой и строила планы на будущее, а сегодня застаю жениха в постели с другой.
Артём не хочет меня отпускать, преследует. Поэтому, когда главный врач предлагает мне отправиться хирургом в военный госпиталь, я соглашаюсь не раздумывая.
В первый же день на мой операционный стол попадает тяжелораненый офицер. Егор Соколов. Мой одноклассник. Моя первая любовь. Мужчина, с которым судьба развела нас на долгие двенадцать лет
Он открывает глаза, смотрит на меня сквозь боль и усмехается:
— Если вытащишь меня с того света, женюсь.
И теряет сознание.
Артём не хочет меня отпускать, преследует. Поэтому, когда главный врач предлагает мне отправиться хирургом в военный госпиталь, я соглашаюсь не раздумывая.
В первый же день на мой операционный стол попадает тяжелораненый офицер. Егор Соколов. Мой одноклассник. Моя первая любовь. Мужчина, с которым судьба развела нас на долгие двенадцать лет
Он открывает глаза, смотрит на меня сквозь боль и усмехается:
— Если вытащишь меня с того света, женюсь.
И теряет сознание.
Застать жениха и бизнес-партнера в постели со стажеркой? Худший кошмар. Но Мира не устраивает истерик. Она включает ледяное спокойствие, выставляет предателя с чемоданом и забирает управление их общим архитектурным бюро в свои руки. Расти ради неё он не захотел, а опускаться на его уровень она не станет.
Но бывший решает отомстить и уничтожить дело её жизни. В разгар этого кризиса на горизонте появляется Артур Покровский — 38-летний миллиардер, акула инвестиционного рынка и циничный стратег, привыкший просчитывать людей как пешек. Он предлагает защиту, но у него свои скрытые мотивы.
Сможет ли сильная женщина принять его помощь, не потеряв независимость? И что делать, если под маской жесткого хищника скрывается мужчина, готовый сжечь весь мир ради неё, а предательство прошлого станет её прямой дорогой к настоящему счастью?
Но бывший решает отомстить и уничтожить дело её жизни. В разгар этого кризиса на горизонте появляется Артур Покровский — 38-летний миллиардер, акула инвестиционного рынка и циничный стратег, привыкший просчитывать людей как пешек. Он предлагает защиту, но у него свои скрытые мотивы.
Сможет ли сильная женщина принять его помощь, не потеряв независимость? И что делать, если под маской жесткого хищника скрывается мужчина, готовый сжечь весь мир ради неё, а предательство прошлого станет её прямой дорогой к настоящему счастью?
— Эвелина, — начал говорить муж. — Нам нужно серьезно поговорить. Я долго думал и пришел к выводу, что наш брак себя исчерпал.
— Неужели? — переспросила я, и мой голос прозвучал ровно настолько пренебрежительно, насколько это было возможно.
Виктор замер. Он явно не ожидал такой реакции.
— Ты... ты поняла, что я сказал? — растерянно спросил он. — Я говорю о разводе. Я полюбил другую женщину.
— И что ты хочешь от меня, Витя? — спросила я почти ласково. — Чтобы я упала тебе в ноги? Чтобы умоляла дать нашему браку еще один шанс? Или чтобы поблагодарила тебя за то, что ты, наконец-то, перестал изображать из себя любящего мужа?
— Неужели? — переспросила я, и мой голос прозвучал ровно настолько пренебрежительно, насколько это было возможно.
Виктор замер. Он явно не ожидал такой реакции.
— Ты... ты поняла, что я сказал? — растерянно спросил он. — Я говорю о разводе. Я полюбил другую женщину.
— И что ты хочешь от меня, Витя? — спросила я почти ласково. — Чтобы я упала тебе в ноги? Чтобы умоляла дать нашему браку еще один шанс? Или чтобы поблагодарила тебя за то, что ты, наконец-то, перестал изображать из себя любящего мужа?
🔥В КОНЦЕ КНИГИ ПРИЯТНЫЙ БОНУС! 🔥
— Мама сейчас придёт, я ей всё расскажу!
— А я ей расскажу, что ты попугаю сказал «налоговая»!
Потом что-то звонко падает. Ольга бледнеет, — и тут же изнутри вылетает голос:
— Арчи, вон отсюда!
Следом попугай орёт:
— Дурак! Дурак!
Ольга мгновенно захлопывает дверь. Причём не рукой. Она резко разворачивается и прижимает её… задом.
Ее лицо начинает краснеть от шеи к щекам.
— Это… — она сглатывает. — Это не всегда так.
За дверью снова грохот и чей-то голос:
— Настя, не плачь! Это не кровь, это кетчуп!
Ольга закрывает глаза.
— Ладно. Почти всегда, — бормочет она. — Извините. На чай предлагать не буду. Как видите, у нас сегодня культурная программа с элементами шапито и уголовщины.
— Я понимаю.
— Ещё раз спасибо, что подвезли. И проводили. И… за всё, — она неловко поправляет сумку на плече.
Мне вдруг хочется сказать что-то нормальное, человеческое. Но я не умею. Я стою как идиот и не знаю, что сказать женщине.
— Мама сейчас придёт, я ей всё расскажу!
— А я ей расскажу, что ты попугаю сказал «налоговая»!
Потом что-то звонко падает. Ольга бледнеет, — и тут же изнутри вылетает голос:
— Арчи, вон отсюда!
Следом попугай орёт:
— Дурак! Дурак!
Ольга мгновенно захлопывает дверь. Причём не рукой. Она резко разворачивается и прижимает её… задом.
Ее лицо начинает краснеть от шеи к щекам.
— Это… — она сглатывает. — Это не всегда так.
За дверью снова грохот и чей-то голос:
— Настя, не плачь! Это не кровь, это кетчуп!
Ольга закрывает глаза.
— Ладно. Почти всегда, — бормочет она. — Извините. На чай предлагать не буду. Как видите, у нас сегодня культурная программа с элементами шапито и уголовщины.
— Я понимаю.
— Ещё раз спасибо, что подвезли. И проводили. И… за всё, — она неловко поправляет сумку на плече.
Мне вдруг хочется сказать что-то нормальное, человеческое. Но я не умею. Я стою как идиот и не знаю, что сказать женщине.
❤️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
– Ты сама виновата, Вера, – устало отмахивается муж. – Если бы ты не потеряла нашего ребенка, ничего бы не произошло...
Это незаслуженные обвинения, и я знаю это, но горло все равно стискивает от боли.
Через боль, гордо вскинув подбородок отвечаю:
– Лжешь. Ты устроил себе "запасной аэродром" уже задолго до этого.
– Теперь это неважно, Вера. Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, но прошу об одном... Спаси моего сына!
– Ты сама виновата, Вера, – устало отмахивается муж. – Если бы ты не потеряла нашего ребенка, ничего бы не произошло...
Это незаслуженные обвинения, и я знаю это, но горло все равно стискивает от боли.
Через боль, гордо вскинув подбородок отвечаю:
– Лжешь. Ты устроил себе "запасной аэродром" уже задолго до этого.
– Теперь это неважно, Вера. Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, но прошу об одном... Спаси моего сына!
— Мне нужна образцовая семья, Влада. У меня скоро выборы.
— И что ты предлагаешь?
— Разведёмся через год. А пока Анжела поживёт с нами. Представим её моей младшей сестрой.
Перевожу взгляд на блондинку, которая годится мне если не в дочери, то в очень младшие родственницы.
— То есть ты предлагаешь поселить свою любовницу в нашем доме?
— Я не любовница! — возмущается девица. — Я любимая женщина!
Вот даже как.
Пятнадцать лет в браке я помогала мужу строить карьеру, писала ему речи, улыбалась нужным людям и верила, что однажды наступит время пожить для нас.
А сегодня узнаю, что любимая у него, оказывается, другая.
Что ж.
Пусть теперь она за тобой подтирает. Рубашки гладит, кисель таскает и больничные утки выносит.
А я, пожалуй, впервые за пятнадцать лет поживу для себя!
Тем более на моём горизонте уже маячит мужчина, который ждать моего развода целый год не собирается...
— И что ты предлагаешь?
— Разведёмся через год. А пока Анжела поживёт с нами. Представим её моей младшей сестрой.
Перевожу взгляд на блондинку, которая годится мне если не в дочери, то в очень младшие родственницы.
— То есть ты предлагаешь поселить свою любовницу в нашем доме?
— Я не любовница! — возмущается девица. — Я любимая женщина!
Вот даже как.
Пятнадцать лет в браке я помогала мужу строить карьеру, писала ему речи, улыбалась нужным людям и верила, что однажды наступит время пожить для нас.
А сегодня узнаю, что любимая у него, оказывается, другая.
Что ж.
Пусть теперь она за тобой подтирает. Рубашки гладит, кисель таскает и больничные утки выносит.
А я, пожалуй, впервые за пятнадцать лет поживу для себя!
Тем более на моём горизонте уже маячит мужчина, который ждать моего развода целый год не собирается...
Выберите полку для книги