Книги по тегу «остросюжетный любовный роман»: ""
Как и многие девушки, я люблю читать романы и детективы. Но никогда не думала, что моя, казавшаяся простой и понятной, жизнь на самом деле полна тайн и недомолвок. Оказалось, что дорогие мне люди лишь лгали и скрывали правду. И одна случайная встреча перевернёт всё, что я знала о себе и окружающих.
Когда жизнь разрушается, мы жадно ищем в себе силы начать все с нуля. Опустошенная, разбитая и одинокая Ксения находится в точке невозврата, когда прошлое нужно сбросить с себя, как потертую временем шубу, и приодеться в новую жизнь. Но увы, старые боли не позволяют поверить в себя. Ей на помощь приходит маленькое чудо - фантастический дневник. И с ним героиня не только делится своими бедами, разбирает по полочкам свою душу, но и узнаёт, что было бы, ЕСЛИ БЫ…
"Король рейтингов" - роман Надежды Мамаевой, жанр современный любовный роман, юмористическая проза.
История о том, что бывает, когда сталкиваются два профессионала с непростыми характерами.
Дана – та, кто каждый день спасает жизни. Дэн – тот, кто управляет настроением и мнениями толпы, протаскивает в топ бренды и делает из ноунеймов звезд.
Они никогда бы не встретились, если бы не случай. Но теперь Дане нужна его помощь. А Дэну нужно от нее… Стоп. А что именно ему нужно от Даны?
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ТАБАКОКУРЕНИЯ. КУРЕНИЕ УБИВАЕТ.
© Мамаева Надежда
© ИДДК
История о том, что бывает, когда сталкиваются два профессионала с непростыми характерами.
Дана – та, кто каждый день спасает жизни. Дэн – тот, кто управляет настроением и мнениями толпы, протаскивает в топ бренды и делает из ноунеймов звезд.
Они никогда бы не встретились, если бы не случай. Но теперь Дане нужна его помощь. А Дэну нужно от нее… Стоп. А что именно ему нужно от Даны?
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ТАБАКОКУРЕНИЯ. КУРЕНИЕ УБИВАЕТ.
© Мамаева Надежда
© ИДДК
И вот я снова стою перед этим человеком, потому что только он может мне помочь.
- Ай-яй-яй, Тина! Ну как же так неосторожно! Я же говорил, что могу пригодиться, - он усмехался ехидно, а я терпела.
Ещё и не это стерплю, чтобы стать прежней, только бы согласился.
Подошел близко, такой лощеный, хозяин положения, внимательно осмотрел лицо со шрамами, потрогал длинными холодными пальцами и резюмировал:
- Все поправимо, ещё лучше станешь и носик чуть вздернем, да? Слишком классический. Только ведь все имеет свою цену, ты же понимаешь. Моя клиника не из дешевых, любая пластика достаточно дорога. Потянешь ли ты?
Все ведь знает, нет у меня столько денег, а жить с таким лицом невозможно. Я молча помотала головой.
- Взяться за это я могу, но ты понимаешь, как тебе придется заплатить за это.
Да, будь ты проклят, негодяй! Знаю, когда шла сюда уже знала, решилась оттого, что вариантов нет.
- Я согласна, - тихо ответила я.
- Вот и прекрасно. Только не думай, что сможешь улизнуть.
- Ай-яй-яй, Тина! Ну как же так неосторожно! Я же говорил, что могу пригодиться, - он усмехался ехидно, а я терпела.
Ещё и не это стерплю, чтобы стать прежней, только бы согласился.
Подошел близко, такой лощеный, хозяин положения, внимательно осмотрел лицо со шрамами, потрогал длинными холодными пальцами и резюмировал:
- Все поправимо, ещё лучше станешь и носик чуть вздернем, да? Слишком классический. Только ведь все имеет свою цену, ты же понимаешь. Моя клиника не из дешевых, любая пластика достаточно дорога. Потянешь ли ты?
Все ведь знает, нет у меня столько денег, а жить с таким лицом невозможно. Я молча помотала головой.
- Взяться за это я могу, но ты понимаешь, как тебе придется заплатить за это.
Да, будь ты проклят, негодяй! Знаю, когда шла сюда уже знала, решилась оттого, что вариантов нет.
- Я согласна, - тихо ответила я.
- Вот и прекрасно. Только не думай, что сможешь улизнуть.
Они любили друг друга так сильно, что это казалось невозможным. Но их связь оборвалась в тот момент, когда должна была только начаться.
Много лет прошло. Много боли накопилось. А правда так и осталась нерассказанной.
Теперь они снова вместе. Работают под одной крышей, дышат одним воздухом, стараются не смотреть друг на друга. Но чем больше Матвей пытается ненавидеть Леру, тем сильнее тянется к ней. Чем больше она молчит, тем громче кричит её боль.
Санкт-Петербург. Маскарад. Тот самый вечер, который должен был стать случайностью… но стал судьбой. В масках, в воспоминаниях, в обмане — их губы встречаются в поцелуе, полном отчаяния. И именно тогда Матвей бросает фразу, которая как клеймо выжигается в её сердце.
— Кое-что изменилось, теперь это поцелуй с предательницей…
Это история не о мести, а о спасении. Не о предательстве, а о жертве. Это история о том, как любовь выживает даже там, где, казалось бы, давно ничего не осталось.
Много лет прошло. Много боли накопилось. А правда так и осталась нерассказанной.
Теперь они снова вместе. Работают под одной крышей, дышат одним воздухом, стараются не смотреть друг на друга. Но чем больше Матвей пытается ненавидеть Леру, тем сильнее тянется к ней. Чем больше она молчит, тем громче кричит её боль.
Санкт-Петербург. Маскарад. Тот самый вечер, который должен был стать случайностью… но стал судьбой. В масках, в воспоминаниях, в обмане — их губы встречаются в поцелуе, полном отчаяния. И именно тогда Матвей бросает фразу, которая как клеймо выжигается в её сердце.
— Кое-что изменилось, теперь это поцелуй с предательницей…
Это история не о мести, а о спасении. Не о предательстве, а о жертве. Это история о том, как любовь выживает даже там, где, казалось бы, давно ничего не осталось.
Алессандро Де Стефано — монстр во плоти, наследник криминальной империи Неаполя, чье имя произносят шепотом. В его мире нет места слабости, есть только власть, деньги и кровь. Кьяра Росси — луч света в его прогнившем мире, талантливая студентка-художница, чья единственная вина — долги ее семьи. Случайная встреча на подпольном аукционе, где она — живой лот, а он — самый опасный покупатель, навсегда меняет их жизни. Он покупает ее свободу, но взамен требует нечто большее: ее время, ее тело, ее покорность. Кьяра не собирается становиться красивой игрушкой в руках чудовища, но Алессандро не привык получать отказ. За стеной его жестокости она начинает видеть проблески израненной души, а он в ее непокорности находит то, чего ему не хватало всю жизнь. Сможет ли запретная страсть растопить лед в сердце монстра, или она погубит их обоих, сгорев в пламени порочного желания?
– Видите? – прошептал он, его голос был хриплым от сдерживаемой страсти.
– Пустыня умеет дарить незабываемые моменты. И разжигать самый сокрытый огонь. – его палец скользнул по ее разгоряченной нижней губе,
– Ваш огонь… он прекрасен, Майя. И я хочу видеть его больше.
– Пустыня умеет дарить незабываемые моменты. И разжигать самый сокрытый огонь. – его палец скользнул по ее разгоряченной нижней губе,
– Ваш огонь… он прекрасен, Майя. И я хочу видеть его больше.
Я вернулась в Россию, чтобы вступить в наследство.
Кроме меня в кабинете друг отца. Огромный, мощный, взрослый, кажется, за годы, что я не видела его, стал только шире в плечах. Но вызывает во мне все те же ощущения. Хочется исчезнуть, спрятаться. Беру себя в руки. Потерпеть надо от силы полчаса.
Отец и ему что-то завещал? Я не против, хоть всё. Роль наследницы, за которой толпами ходят телохранители, мне не нравится.
— Приступим, — объявляет нотариус, позволяя понять, что мы больше никого не ждём.
Пока меня прожигает мужской взгляд, нотариус перечисляет, что я наследую, а потом произносит:
— По воле умершего, опекуном его дочери, Анны Андреевны Королевой, станет Вадим Викторович Воронцов.
Челюсть едва на падает на грудь.
— Что? Какой опекун? Мне двадцать один год! — выкрикиваю резко.
Я совершенно не готова к такому исходу.
— Если тебе станет легче, я тоже не в восторге, — произносит мужчина, сверкнув глазами.
Но легче мне не становится.
Кроме меня в кабинете друг отца. Огромный, мощный, взрослый, кажется, за годы, что я не видела его, стал только шире в плечах. Но вызывает во мне все те же ощущения. Хочется исчезнуть, спрятаться. Беру себя в руки. Потерпеть надо от силы полчаса.
Отец и ему что-то завещал? Я не против, хоть всё. Роль наследницы, за которой толпами ходят телохранители, мне не нравится.
— Приступим, — объявляет нотариус, позволяя понять, что мы больше никого не ждём.
Пока меня прожигает мужской взгляд, нотариус перечисляет, что я наследую, а потом произносит:
— По воле умершего, опекуном его дочери, Анны Андреевны Королевой, станет Вадим Викторович Воронцов.
Челюсть едва на падает на грудь.
— Что? Какой опекун? Мне двадцать один год! — выкрикиваю резко.
Я совершенно не готова к такому исходу.
— Если тебе станет легче, я тоже не в восторге, — произносит мужчина, сверкнув глазами.
Но легче мне не становится.
— Ада — для семьи. А Катя — для удовольствия, — услышала я голос моего жениха.
Он смеялся. А я стояла за дверью и слушала, как Вадим обсуждает свои планы… на меня.
Он изменял мне с моей лучшей подругой. Унижал меня за спиной.
И всё ещё собирался жениться.
Мир рухнул за секунду.
Я любила его, верила… А он просто использовал меня.
Я попыталась всё остановить, но Вадим начал угрожать мне.
Теперь я должна выбраться из этой ловушки.
Но чтобы спастись, мне придётся обратиться за помощью к мужчине, которого я ненавижу всем сердцем.
Он — мой враг. И, возможно… моя последняя надежда.
Он смеялся. А я стояла за дверью и слушала, как Вадим обсуждает свои планы… на меня.
Он изменял мне с моей лучшей подругой. Унижал меня за спиной.
И всё ещё собирался жениться.
Мир рухнул за секунду.
Я любила его, верила… А он просто использовал меня.
Я попыталась всё остановить, но Вадим начал угрожать мне.
Теперь я должна выбраться из этой ловушки.
Но чтобы спастись, мне придётся обратиться за помощью к мужчине, которого я ненавижу всем сердцем.
Он — мой враг. И, возможно… моя последняя надежда.
— Вы не можете управлять моей жизнью! — воскликнула она, глядя на родителей с огнем в глазах.— Я не выйду замуж за убийцу!
— Мы — твои родители, — ответил отец, стараясь сохранить спокойствие. — Мы можем больше, чем просто управлять твоей жизнью.
— Если вы и правда это сделаете, — произнесла она с горечью, — вы больше никогда не увидите меня.
— Надеюсь, — мягко сказала мать, — это будет единственная наша проблема.
— Мы — твои родители, — ответил отец, стараясь сохранить спокойствие. — Мы можем больше, чем просто управлять твоей жизнью.
— Если вы и правда это сделаете, — произнесла она с горечью, — вы больше никогда не увидите меня.
— Надеюсь, — мягко сказала мать, — это будет единственная наша проблема.
Выберите полку для книги