Книги по тегу «откровенная эротика»: ""
Его руки двигались вместе с моими, подчиняя всё моё существо особому ритму. Тепло теста, тепло кожи Аристова, едва уловимый запах его парфюма, мягкие наставления, произносимые почти на ухо…
– Сегодня вечером жду в кабинете, – проговорил шеф, наклонившись ещё ближе. Его подбородок слегка коснулся моей щеки.
Я вздрогнула и с силой сжала пышный кусок будущей сдобы. Внутри одновременно проснулись страх и желание.
Шеф ресторана и его подельники поставили мне условие. Если я его не выполню, о карьере кондитера в «Ноктюрне» можно забыть. Мне предстоит решиться: переступить через стыд и страх или вновь оказаться на дне.
Нечто запретное готово ворваться в мою жизнь, и, кажется, я не в силах этому противостоять.
––
– Сегодня вечером жду в кабинете, – проговорил шеф, наклонившись ещё ближе. Его подбородок слегка коснулся моей щеки.
Я вздрогнула и с силой сжала пышный кусок будущей сдобы. Внутри одновременно проснулись страх и желание.
Шеф ресторана и его подельники поставили мне условие. Если я его не выполню, о карьере кондитера в «Ноктюрне» можно забыть. Мне предстоит решиться: переступить через стыд и страх или вновь оказаться на дне.
Нечто запретное готово ворваться в мою жизнь, и, кажется, я не в силах этому противостоять.
––
Карина - дочь председателя. Когда её родители уезжают, Саид с братом похищают девушку, чтобы надавить на её отца и заставить подписать документы. Но всё пошло не по плану. Родители Карины не возвращаются, а Саид теперь не может вернуть её домой из соображений безопасности.
Ей приходится остаться у него в "гостях". А Саид сам себе не признаётся, что не хочет её никуда отпускать...
Ей приходится остаться у него в "гостях". А Саид сам себе не признаётся, что не хочет её никуда отпускать...
Ей - тридцать четыре, она - заведующая химической лабораторией, мать восьмилетней девочки и одиночка. Ему - двадцать девять, он - кандидат на должность её лаборанта и пациент психотерапевта, который помогает ему бороться с психологическим мазохизмом. Она любит, когда вокруг царят порядок и строгость, а все предыдущие лаборанты от неё сбегали: работать в таком контроле и таком подчинении невозможно, даже когда начальница - красивая, стройная и умная Ксения Лаврова. Но только не для Максима Орлова - теперь, став Её лаборантом, он не может представить жизнь без Её контроля, Её правил и Её власти, которые неожиданно стали восприниматься обоими как элементы не только их рабочих отношений, но и любовных.
История о том, как химическая лаборатория постепенно превратилась в БДСМ-пространство для двух её сотрудников незаметно для всех остальных. Но есть ли у этих отношений шанс на жизнь за пределами этого пространства?
История о том, как химическая лаборатория постепенно превратилась в БДСМ-пространство для двух её сотрудников незаметно для всех остальных. Но есть ли у этих отношений шанс на жизнь за пределами этого пространства?
Их сразу двое — два голубоглазых орка, два вождя. Они напали на наш замок и решили, что я — царевна. И я хочу им сказать, что я — служанка, что они ошиблись, но… но не могу. Потому что знаю — как они сурово наказывают тех, кто их обманывает.
— Я не узнаю себя, — сказала я, глядя в отражение на гладком металле. — Та девушка, что пришла на станцию... она бы никогда не осталась. Она бы убежала. Она бы спряталась за отчётами и правилами.
— Ты не спряталась, — ответил Кай, и его голос был твёрже, чем я ожидала. — Ты осталась. Ты выбрала нас. Но дело не в нас.
Я подняла голову, встретив его взгляд.
— Тогда в чём?
— В том, что ты наконец позволила себе быть настоящей. Не той, кем тебя учили быть, а той, кого ты всегда боялась увидеть.
— И что же я увидела? — прошептала я, чувствуя, как внутри дрожит что-то хрупкое.
Он шагнул ближе.
— Ты увидела, что быть сильной — это не значит контролировать всё. Это значит доверять. Отпускать. Позволять другим нести тебя, когда твои ноги подкашиваются. И ты это сделала. Ты не сломалась. Ты расправила крылья.
Я зажмурилась, потому что его слова проникали глубже любых прикосновений.
— А что дальше? — спросила я. — Что будет, когда я перестану бояться?
— Ты не спряталась, — ответил Кай, и его голос был твёрже, чем я ожидала. — Ты осталась. Ты выбрала нас. Но дело не в нас.
Я подняла голову, встретив его взгляд.
— Тогда в чём?
— В том, что ты наконец позволила себе быть настоящей. Не той, кем тебя учили быть, а той, кого ты всегда боялась увидеть.
— И что же я увидела? — прошептала я, чувствуя, как внутри дрожит что-то хрупкое.
Он шагнул ближе.
— Ты увидела, что быть сильной — это не значит контролировать всё. Это значит доверять. Отпускать. Позволять другим нести тебя, когда твои ноги подкашиваются. И ты это сделала. Ты не сломалась. Ты расправила крылья.
Я зажмурилась, потому что его слова проникали глубже любых прикосновений.
— А что дальше? — спросила я. — Что будет, когда я перестану бояться?
– Ну что, сладкая, готова к дегустации? – прошептал Фёдоров. – С чего начнём?
Он забрал из моих рук бокал шампанского и поднёс его к моим губам. Вторая ладонь скользила по платью вдоль груди. Прозрачное кружево почти сливалось с кожей и приятно скользило, усиливая ощущения.
– Что хочешь попробовать сегодня? – спросил Белов, подходя ко мне. Во взгляде Алексея было что-то особенно плотское, совсем не вязавшееся с его обычной холодностью.
––
В один вечер моя жизнь перевернулась с ног на голову. Теперь я кондитер в «Ноктюрне» и готовлюсь к участию в конкурсе, создавая собственный десерт под руководством шефа. Но бывший жених строит козни, пытаясь лишить меня всего. Мне предстоит последнее испытание, которое определит мою дальнейшую судьбу.
––
Он забрал из моих рук бокал шампанского и поднёс его к моим губам. Вторая ладонь скользила по платью вдоль груди. Прозрачное кружево почти сливалось с кожей и приятно скользило, усиливая ощущения.
– Что хочешь попробовать сегодня? – спросил Белов, подходя ко мне. Во взгляде Алексея было что-то особенно плотское, совсем не вязавшееся с его обычной холодностью.
––
В один вечер моя жизнь перевернулась с ног на голову. Теперь я кондитер в «Ноктюрне» и готовлюсь к участию в конкурсе, создавая собственный десерт под руководством шефа. Но бывший жених строит козни, пытаясь лишить меня всего. Мне предстоит последнее испытание, которое определит мою дальнейшую судьбу.
––
Она потеряла мужа, сына и свой мир. И перестала бояться смерти.
Археолог Белла Бестужева хотела забыться в работе, но древний артефакт перенёс её на другой конец вселенной — на мёртвую планету, кишащую чудовищами. И он пришёл за ней.
Капитан звёздного десанта Нигс — альфа с кровью дракона. Его Кровь выбрала Беллу, тело тянется к ней, хвост обвивает без приказа. Но запечатление одностороннее: она не чувствует его, а он привязан навечно.
Она — дремлющее оружие. Нохтрае — кара небесная, уничтожавшая целые планеты. Одна способна разнести корпус флота. Белла — одна из них. И не подозревает об этом.
В империи дракорианцев женщины не воюют. Но Белла хочет стать бойцом. Она сдаёт экзамены, выдерживает психологические атаки, вытаскивающие гибель её семьи на глазах Совета. Марил жаждет уничтожить соперницу. Вейра хочет отнять запечатлённого. Зарк плетёт заговоры.
Они нужны друг другу как воздух. Порознь они рискуют обречь на гибель миллиарды жизней этой галактики.
Археолог Белла Бестужева хотела забыться в работе, но древний артефакт перенёс её на другой конец вселенной — на мёртвую планету, кишащую чудовищами. И он пришёл за ней.
Капитан звёздного десанта Нигс — альфа с кровью дракона. Его Кровь выбрала Беллу, тело тянется к ней, хвост обвивает без приказа. Но запечатление одностороннее: она не чувствует его, а он привязан навечно.
Она — дремлющее оружие. Нохтрае — кара небесная, уничтожавшая целые планеты. Одна способна разнести корпус флота. Белла — одна из них. И не подозревает об этом.
В империи дракорианцев женщины не воюют. Но Белла хочет стать бойцом. Она сдаёт экзамены, выдерживает психологические атаки, вытаскивающие гибель её семьи на глазах Совета. Марил жаждет уничтожить соперницу. Вейра хочет отнять запечатлённого. Зарк плетёт заговоры.
Они нужны друг другу как воздух. Порознь они рискуют обречь на гибель миллиарды жизней этой галактики.
Когда почувствовала, что начала замерзать, встала по пояс в воде и стала отжимать длинные волосы.
– У тебя родинка на левом плече, – услышала я знакомый голос.
Я с ужасом подняла глаза и увидела Виктора Павловича, стоявшего у самой кромки воды.
Инстинктивно сделала шаг назад, погружаясь глубже, но вода лишь предательски очертила плечи, ключицы, голую грудь – всё, что я пыталась скрыть.
Виктор же и не думал отворачиваться. Вместо этого он медленно снял пиджак и бросил его на песок.
Мне хотелось и открыться, и сбежать от этого властного, глубокого взгляда.
– Выходи, – сказал Виктор.
––
День свадьбы должен был стать самым счастливым в моей жизни, но обернулся трагедией. Муж изменил мне с моей лучшей подругой: я застукала их прямо перед торжественным разрезанием торта.
Я заперлась в четырёх стенах и проводила дни в депрессии, пока однажды на моём пороге не появился Виктор, мой бывший свёкор. Он сделал мне предложение, с которого началось самое жаркое лето в моей жизни.
––
– У тебя родинка на левом плече, – услышала я знакомый голос.
Я с ужасом подняла глаза и увидела Виктора Павловича, стоявшего у самой кромки воды.
Инстинктивно сделала шаг назад, погружаясь глубже, но вода лишь предательски очертила плечи, ключицы, голую грудь – всё, что я пыталась скрыть.
Виктор же и не думал отворачиваться. Вместо этого он медленно снял пиджак и бросил его на песок.
Мне хотелось и открыться, и сбежать от этого властного, глубокого взгляда.
– Выходи, – сказал Виктор.
––
День свадьбы должен был стать самым счастливым в моей жизни, но обернулся трагедией. Муж изменил мне с моей лучшей подругой: я застукала их прямо перед торжественным разрезанием торта.
Я заперлась в четырёх стенах и проводила дни в депрессии, пока однажды на моём пороге не появился Виктор, мой бывший свёкор. Он сделал мне предложение, с которого началось самое жаркое лето в моей жизни.
––
Что ты сделаешь, если в одну ночь разрушится всё, что ты считала своим?
Я была идеальной женой. Верной. Терпеливой. Я ждала его с работы, готовила ужин, улыбалась, когда хотелось плакать. Я думала, что если буду хорошей — он останется. Что если буду тихой — он заметит. Что если буду любить — он полюбит в ответ.
Я ошибалась.
Всё случилось случайно. Пьяный вечер. Перепутанные комнаты. Чужой мужчина, который шептал мне в темноте чужое имя. И я позволила ему. Я не остановила его. Я не закричала.
А потом я увидела своего мужа с ней. С той, чьё имя он шептал мне в ухо. И я поняла, что мы квиты. Что мы обе предали. Что мы обе лгали. Что мы обе хотели одного и того же — быть желанными. Быть любимыми. Быть живыми.
Но что будет, когда мы перестанем врать? Когда я скажу ему правду? Когда мы все встретимся за одним столом и посмотрим друг другу в глаза? Кто из нас сможет уйти? Кто останется? И что мы выберем — привычную ложь или новую правду, которая разрушит всё?
Я не знала отве
Я была идеальной женой. Верной. Терпеливой. Я ждала его с работы, готовила ужин, улыбалась, когда хотелось плакать. Я думала, что если буду хорошей — он останется. Что если буду тихой — он заметит. Что если буду любить — он полюбит в ответ.
Я ошибалась.
Всё случилось случайно. Пьяный вечер. Перепутанные комнаты. Чужой мужчина, который шептал мне в темноте чужое имя. И я позволила ему. Я не остановила его. Я не закричала.
А потом я увидела своего мужа с ней. С той, чьё имя он шептал мне в ухо. И я поняла, что мы квиты. Что мы обе предали. Что мы обе лгали. Что мы обе хотели одного и того же — быть желанными. Быть любимыми. Быть живыми.
Но что будет, когда мы перестанем врать? Когда я скажу ему правду? Когда мы все встретимся за одним столом и посмотрим друг другу в глаза? Кто из нас сможет уйти? Кто останется? И что мы выберем — привычную ложь или новую правду, которая разрушит всё?
Я не знала отве
Выберите полку для книги