Книги по тегу «офицеры»: ""

‼️‼️‼️ЗАВЕРШЕНО‼️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА ПЕРВЫЕ ДНИ‼️‼️‼️
— Я подал на развод. Просто нажми согласие в госуслугах и ты свободна.
— Кир, ты шутишь? — выдыхаю я, чувствуя, как мир рушится. — Мы же только недавно поженились!
Гудки. Заблокированный номер. Десять лет я жила с мыслью, что он бросил меня, и не понимала, почему. Десять лет я оплакивала его в глубине души, пока война не свела нас снова.
Теперь я хирург-доброволец. Оперирую в полевом госпитале и учусь жить заново. Но однажды на мой операционный стол попадает полковник с осколочным ранением в грудь. И я узнаю в нём того, кто когда-то был моим мужем.
Я заношу скальпель. Его жизнь — в моих руках. И я очень хочу знать, почему же он развёлся со мной?

ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! 🔥

— Повтори, — говорю я.
Он смотрит мне прямо в глаза. Ни одна жилка не дрогнула.
— Ты слышала.
— Ты стоишь во дворе, где мы восемнадцать лет назад договорились уехать вместе. И говоришь мне «здравствуй»?
— Да.
— Почему ты не пришёл?
— Это уже неважно.
— Егор. Посмотри на меня. Назови причину.
— Причина не имеет значения.
— Для меня имеет.
— Дом на двоих, — говорит он. — Продавай, я подпишу что надо. Деньги забирай все. Больше между нами ничего нет.
Ничего нет.
Я стою во дворе чужого дома, в куртке не по погоде, и держусь за штакетину, как старуха.
— У нас было четыре года.
— Я помню.
— Тогда не говори «ничего нет».
— Так проще, — отвечает он.
***
Я вышла замуж через три месяца, не сказав ему о беременности. Родила сына, записала на чужую фамилию и вырастила одна.
Восемнадцать лет я считала, что знаю всё о том дне.
Но когда я вернулась в этот город, выяснилось, что я всю жизнь ошибалась…

За час до того, как перестала быть женой, я стояла на кассе и держала в руках футболку с надписью “Будущий отец”.
А потом все полетело к чертям. Мой муж поверил четырем фотографиям и рассказам кого угодно, но у меня не спросил ни разу, правда ли то, что он видел. И после всего этого…
– Я могу простить их, Борь. Потому что они меня не любили. Твоя сестра меня терпела три года, а этот... этот вообще ко мне дышал неровно. Им и не полагалось мне верить. С них какой спрос? – бывший муж молчал. – А ты меня любил. Ты меня семь лет любил. Ты знал, какая я. Знал, что я скорее умру, чем изменю тебе. Но ты увидел четыре фотографии и увидел на них ту, кем я никогда не была. Я никогда тебя не предавала.

Белое платье, свадьба мечты, взволнованный жених у алтаря… 
И его любовница, которая пришла ко мне за пять минут до церемонии сообщить, что скоро у них появится ребенок…
Когда я решила остановить свадьбу, жених мой не растерялся.
— Настя, давай начистоту, — признался он. — Да, у меня к тебе не было пылкой любви, но для брака она и не нужна.
— Как интересно, — горько хмыкаю я. — Тут ты прав. Это любовница от слова “любовь”, а жена — это про другое, не так ли?
— Она не помешает нашей жизни, — вздыхает Александр. — Это вообще ошибка. Ее я оставлю в прошлом. В будущем будешь только ты, клянусь. Давай не будем рушить наши планы.
— Твои планы! Твои и моего отца. Я в них больше не участвую!


Вот только свадьба не состоялась совсем по другой причине… 
Уже в следующую секунду случилось то, что сломало слишком много жизней…
А мне подарило встречу, в которую я еще долго не могла поверить…

— Пошли отсюда нахрен! Какие документы? Ничего я показывать не буду! Ты вообще знаешь, чья эта машина! – слышу визг из машины, попавшей в аварию.

Интересно, как эта дамочка оказалась в машине моего мужа? Да еще и за рулем?
Замечаю подъезжающий черный джип с номерами администрации. Из внедорожника выходит мой Никишин …

***
Выехала на место ДТП, а застукала мужа с любовницей!

Деревню снова трясёт.
Где-то впереди с сухим треском рушится крыша. Над дорогой летят куски шифера. В одном из дворов вспыхивает сарай.
– Вера Сергеевна! Вера!
Она там. Не сидит даже. Скрючилась на полу. Её трясёт.
– Ты чего? Жить надоело? Пошли! – пытаюсь схватить ее за руку.
Она аж пятками в пол упирается, отстраняется.
Кровь! У нее на халате кровь!
– Вера! – резко притягиваю ее к себе, – Осколок? Ранило? Куда?
Еще до того, как замолкаю, понимаю, что не осколок.
– Вера! – ору, забыв про все, – Ты что, беременна?

— Мне нужен развод, — произносит женщина, которую я не видел шесть лет.
— Мы давно разведены, София.
— Оказалось, что нет. По документам я до сих пор твоя жена.
За моей спиной кто-то роняет ложку.
Еще бы. В гостиной сидит девушка, которую моя семья сегодня решила объявить моей невестой.
— Кажется, я не вовремя, — София смотрит поверх моего плеча на притихших родственников. А возле ворот начинает сигналить такси.
— Девушка, я больше ждать не буду! — кричит водитель. — Забирайте детей!
Из машины выбираются два темноволосых мальчика лет пяти. Одинакового роста, в одинаковых куртках.
Близнецы.
— Мам, — шепчет один из мальчиков, разглядывая меня. — А это тот дядя, который держал тебя на руках на фотографии?
— Даня, сейчас не время.
— А вы случайно не наш папа? — спрашивает один, а второй подхватывает:
— Просто вы целовали маму на старом фото, а от поцелуев рождаются детки…

– Мы раньше не встречались, Валерия Сергеевна? – смотрит на меня так внимательно, будто пытается вспомнить и не хочет вспоминать.
– Мужчины обычно хорошо помнят женщин, с которыми поступили достойно, Глеб Андреевич. Видимо, я не тот случай.
Воронцов сводит брови на переносице.
– Вы сейчас что себе позволяете?
– Отвечаю на вопрос.
– Нет. Вы хамите командиру воинской части.
– Тогда не задавайте вопросов, на которые не готовы услышать ответ.
– Если у вас есть что мне сказать… – Он медленно закрывает папку. – И если вы считаете, что я когда-то повел себя некорректно, говорите прямо. Без намеков и дешевых выпадов.
– Мужчине обычно не нужно объяснять, где он повел себя некорректно. А если нужно – значит, объяснять уже бесполезно.
– Если вы позволяете себе личные обвинения в служебном кабинете, будьте готовы их обосновать. Объяснительную мне на стол через десять минут.
– Так точно, товарищ командир, – поднимаюсь, – таблеточки для улучшения памяти в объяснительной порекомендовать?

Настя побледнела, в голубых глазах плескался неподдельный страх. Она инстинктивно отпрянула назад, но упёрлась лопатками в стену.
— Я патруль вызову, — она дрожащей рукой достала мобильный телефон из кармана халата.
Мужчина, стоящий перед ней, был просто огромный: высокий, широкоплечий, с мощной грудной клеткой, обтянутой пропотевшей тельняшкой. Его руки — массивные, жилистые, с выступающими венами и грубыми мозолями — внушали ужас одной своей тяжестью. Одну руку он упёр в стену возле её головы — ладонь легла на обои с глухим хлопком, как лапа медведя, пригвоздившая жертву к земле.
Карие глаза Крюкова не мигали, смотрели холодно и расчётливо. Он знал, что сильнее, знал, что может делать что угодно, и это знание доставляло ему мрачное удовольствие.
Он наклонился ближе — так, что Настя почувствовала запах перегара и пота, — и произнёс почти шёпотом, но с отчётливой угрозой:
— И что же сделает твой патруль? — в голосе звучала насмешка, но за ней таилась угроза.

– Мне бабы в подразделении не нужны. Здесь не санаторий и не курорт, а тренировочная база спецназа. Тут суровые жесткие мужики, нянькаться и слезки вытирать ей никто не будет. Нормального спеца мне в инструктора привези, а не это недоразумение, – недовольно рычит на моего сопровождающего до боли знакомый голос.
Я без труда узнаю в нем бывшего мужа, с которым мы тяжело расстались шесть лет назад.
– Я тебе и привез первоклассного спеца! Знаешь, скольких сил стоило ее уговорить сюда приехать?! – возмущается капитан, сопровождавший меня до базы.
– Да плевать мне, я сказал…
Малинин осекается на полуслове, когда я, не выдержав, выхожу из машины.
Мгновенно помрачнев, он ругается сквозь зубы и зыркает на меня волком.
– Ты еще какого хрена тут забыла?
– Как видишь, теперь я тут работаю. Я и есть тот самый спец, инструктор БПЛА, – хмыкаю, скрестив руки на груди.
Капитан оглядывает нас со странным выражением лица.
– Вы что, знакомы?