Книги по тегу «предательство»: ""

— Ты поздно… — её голос прозвучал, как упрёк.
Адам глухо вздохнул, снял пальто и начал свой монолог, едва ли не с хрипотцой в голосе:
— Дарина, есть вещи, которые нельзя объяснять слишком долго… Я…
— Перестань. — Она махнула рукой. — Только не говори, что снова был на совещании. Только не надо врать, я устала уже не высыпаться каждую ночь.
Он замолчал, опустил глаза и понял: ей не нужна ложь. Всё, что было между ними, хранилось на честном слове, а теперь это слово сгорело.
— Дарина… Я… Я решил… — слова застряли словно ком в горле, но пульсация в висках гнала его говорить. — Я… хочу развестись. Я всё решил. Я хочу быть с Мартой…

- Прости, подруга… - ухмыляется, глядя мне прямо в глаза. - Но кто-то же должен родить твоему мужу ребенка, раз ты не в состоянии…

Она была моей лучшей подругой и лечащим врачом. И именно она вынесла мне приговор, сообщив о бесплодии.
Я верила ей. Слепо. Ровно до того дня, пока не застала ее в постели... с моим мужем.
В тот самый момент, когда я хотела рассказать ему о чуде, случившемся, вопреки ее диагнозу...

- Хочешь, она станет твоей новой мамой? - слышен вопрос мужа.
Я замираю. Весь мир сужается до этого диалога за стеной.
- Но у меня уже есть мама! - звонкий, чистый голосок дочери.
- Твоя мама... очень больна, она не может быть настоящей мамой, не может за тобой присматривать. Иди с тетей Настей, познакомьтесь поближе.
Шаги. Никита появляется на пороге.
- Я соберу твои вещи. Такси сейчас вызову. Уезжай, так будет лучше.
- Лучше для кого, Никит? - я делаю шаг к нему, смотрю прямо в глаза.
Стоять невыносимо тяжело. Кажется, вот-вот упаду.
- Для всех нас! Для Маши!
- Я не отдам тебе дочь, - цежу сквозь зубы.
Он морщится.
- Ты... все равно без меня не справишься, - видимо, окончательно поставил на мне крест из-за затяжной болезни.
Вот только он ошибается. Я буду бороться, пока есть силы, пока вообще дышу. Ради дочери, ради себя!

– Сколько еще ждать, Андрей? – звучит капризный голос нашей няни.
Надо же, никогда не замечала у нее таких стервозно-требовательных интонаций. Обычно с Маришей она сама доброта.
– Еще совсем немного, кис, – обещает мой муж. – Мне осталось только дом продать, и я буду все так же богат, но зато свободен.
– Я уже восемь месяцев жду! Так никакого терпения не хватит, – обиженно выговаривает Олеся. – Когда ты упрашивал меня быть с тобой, обещал, что скоро выгонишь свою женушку. А по факту она мне почти год глаза мозолит!
***
Что ж, в этом раскладе у меня единственный козырь – информация, да немного времени в запасе. И я сделаю все, чтобы воспользоваться ими с умом!

— Ева прости, что не сказала тебе сразу. Просто… я не знала как это сделать.
— Да уж могла, как-то! — вспыхиваю еще сильнее.
— Евусь, ну вы же больше не вместе. И ты сама говорила, что он тебе даром не нужен.
— Говорила, — но почему все равно так больно.
— Но это еще не все, — смотрит на меня виновато. — Я жду ребенка. От Данила.
— Что?
— Вот так и станем наконец-то родственниками! — улыбается. — Наши детки будут друг другу братьями, или сестрами. Будем одной большой семьей, — произносит подруга, выбивая почву у меня из-под ног.

Юбилей любимой подруги, превращается для меня в конец света, когда я узнаю, что ее новый мужчина не кто иной, как мой бывший муж, после развода с которым я едва оправилась. И это не все потрясения. Она беременна от него.

Мы сидели на пыльном полу, плечом к плечу, и я чувствовала, как сильно меня тянет к нему. Его запах кружил голову пока я перебирала украшения. На самом дне сундучка, я увидела пожелтевший тетрадный листок, вытащила его аккуратно.
Это была записка от бабушки. Для меня. И в ней была только одна фраза. «Дарья, если я умерла, прочти дневник». Я медленно сложила записку, убирая ее в карман.
– Спасибо, что показала мне это, – прошептал Макс, наклоняясь ближе. Его губы нашли мои, страстный, голодный поцелуй застал меня врасплох.
Я замерла, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Его страсть и напор пугали и возбуждали одновременно. Его руки скользили по моему телу, мы прижались друг к другу.
– Пойдем вниз, – сказал он, отстраняясь от моего рта. Его дыхание обжигало кожу, а взгляд говорил о том, что этот поцелуй будет не последним сегодня. Я смотрела на него и не могла сказать нет.
Мы спустились в жилые комнаты, и я, потупившись, повела его к своей спальне.

Праздники ещё не начались, но у Кристины уже подошли к концу.
Измена мужа разрушает привычный мир, оставляя только усталость и пустоту.
Неожиданная встреча с незнакомцем становится её передышкой.
Новогодняя история о том, что жизнь может повернуть не тогда, когда ждёшь…

— Да, Ань, она родила от меня, — убивает словами муж. — Раз ты все знаешь, тогда я расскажу тебе, как будет дальше.
Влад выпрямляется, в упор глядя на меня.
— Я увезу ее с сыном в Сочи. Уже купил им там квартиру. Буду ездить к ним, навещать пару раз в месяц, а жить останусь с тобой и нашими детьми.
— Мы разводимся! — заявляю я. — Можешь ехать в Сочи и воспитывать с ней вашего сына.
— Мам, ну что за чушь ты несешь? — выходит из комнаты дочь. — Папа любит тебя. И ее тоже любит. Пусть будет так, как он сказал.
— Твоего мнения я не спрашивала, — сверлю ее взглядом. — Ты полтора года знала, что он мне изменяет с ней, и молчала.
— Да, молчала, и что с того? — отрезает дочь. — Я так-то общаюсь с ней. И продолжу общаться дальше. Мы теперь одна семья.

- Это кто с вами на фото? - мой голос дрожит.
- А это? - Даша берёт одну из рамок с полки, и на её лице расплывается такая нежная, влюблённая улыбка, что мне хочется вырвать эту рамку из её рук и разбить. - Это мой муж.
«Мой муж».
Эти два слова взрываются в моей голове, как бомба.
- Муж? Он ваш муж? - я повторяю, и эти слова режут изнутри.
- И давно вы вместе?
- Больше года уже! - она произносит гордо.
БОЛЬШЕ ГОДА мой муж мне изменяет.
Больше года он живёт двойной жизнью.

“Любимый, спасибо за чудесный вечер и прекрасный браслет. Жду не дождусь нашей следующей встречи. Твоя принцесса.”
Когда я читаю это сообщение на смарт-часах мужа, мой мир переворачивается.
- Получается, ты правда мне изменяешь, - выдавливаю я из себя и слышу, как дрожит мой голос.
- Давно. - Илья проводит рукой по лицу и смотрит на меня так, будто я чертовски его утомила.
- Почему? - спрашиваю, и в глазах скапливаются слезы. - Мы же… мы же через столькое прошли. У нас двое детей. Наконец наступила стабильность, а ты…
- Видишь, Лера, - произносит он, глядя на меня со смесью отвращения и жалости, - все изменилось, а ты нет. Так и осталась скучной канцелярской крысой, которая только и знает три позы в постели при выключенном свете и под одеялом. А я еще молод, Лера, чтобы пренебрегать своими потребностями.
Меня предала вся семья. Дети поддержали мужа. Мать считает, что я сама виновата в том, что позволила ему так себя вести. Я осталась одна. С разбитым сердцем.