Книги по тегу «предательство»: ""

— Ты пожалеешь, – прошипела она. – Ты пожалеешь, что вообще родилась на свет.
Она шагнула ко мне и вдруг ее лицо изменилось.
Я не успела понять, что произошло.
Она сделала вид, что споткнулась. Резко взмахнула руками, как будто потеряла равновесие и… толкнула меня со всей силы.
Я не ожидала. Я стояла близко к лестнице, слишком близко. И когда ее ладони ударили меня между лопаток, я не смогла удержаться.
Мир перевернулся.
Я полетела вниз.
Ступени. Холодный бетон. Перила, которые я попыталась схватить, но они только больно ударили по руке.
Я падала, прижимая руки к животу. по матерински, защищая то, что было внутри меня.

- Значит, дети твои, Кузнецов? Хотя ты врал мне, что твоя бывшая родила от нового мужа!
Мы с Гришей прожили десять лет. И вот выясняется, что у него есть дочь-первоклассница и сын, который только пошел в садик.
И водит их на занятия не какой-то там рандомный дядя, а отец - мой супруг!
- Да, Марта. Дети мои и я тебе врал. Хотя бы потому, что их официально записал на себя муж Тони. Но теперь все иначе…
Он растер лицо ладонью и добавил:
- Теперь придется их нам забрать и растить как своих. Ты же поможешь мне, раз бесплодна?

– Мне надоело ждать. – я замерла, услышав голос Риты, моей двоюродной сестры. – Когда ты разведёшься с ней? – продолжила она.
Секунда. Две. Три.
Я перестала дышать.
Ответ моего мужа прозвучал спокойно и обыденно.
– Потерпи ещё немного. План почти готов.
В этот момент внутри у меня словно что-то оборвалось. План?
– Ты всё это говоришь уже не первый месяц, – раздражённо сказала Рита. – Я устала быть любовницей, Лёш. Это унизительно.
– Я же сказал – осталось недолго, – ответил он, и в его голосе не было ни капли сомнения. – Я практически всё закончил.
– И что дальше? – спросила она. – Ты просто разведёшься с ней, и всё?
– Не совсем. У меня идеальный план. Через пару месяцев я подставлю Дашу в бизнесе. Все махинации, которые я проводил, повесят на неё. Она останется без денег… и, скорее всего, сядет.

Тогда я поняла одно. Я сделаю всё, чтобы он ответил за то, что собирался сделать со мной. Даже если для этого мне придётся стать такой же жестокой.

— Ты часом не загулял у меня, Паш? — опаленная догадкой, выдала Катя, пока он обувался пригнувшись, орудуя «ложкой» для обуви.

Мужчина напрягся. Шумно выдохнул, что приходится именно сейчас ей все сказать, когда Павла ждет та, другая… Желанная. Легкая. Светлая.

Не дожидаясь «судного дня», Хмелев признался, что полюбил другую. На ней, Катьке, женился только по «залету», как честный человек. Но, теперь хочет быть счастлив и свободен от обязательств, которые ему навязали.

— Пошел вон, козлина! — Катя обиделась и выгнала его в этот же день.

Я готовилась к встрече со спонсорами и ждала мужа. Все шло как обычно, пока во двор не заехала его машина.
Я вышла — и замерла. Он вышел не один. Рядом с ним стояла женщина. А за руку он держал мальчика.
— Нам надо поговорить, — сказал он спокойно, а женщина ухмыльнулась.
И в этот момент стало ясно: меня предали. Просто я об этом узнала последней.
Только я еще не знала, что это будет не самое страшное. Самое страшное — когда он решит, что после всего этого я все равно останусь рядом и буду разгребать последствия его жизни.

Отец продал меня прямо за помолвочным столом, подкладывая под врага как разменную монету, а мой жених лично снял кольцо с моего пальца и вытер губы после прощального поцелуя. Меня скормили чудовищу, чей отец двенадцать лет назад покончил с собой из-за махинаций моей семьи. Теперь я — живой долг в триста сорок семь миллионов рублей, запертый в доме Александра Минина, человека, который мечтает стереть мою фамилию в порошок. Он купил меня, чтобы ломать, раздевать и уничтожать, уверенный, что я — мозг преступной схемы, а не жертвенная овца с пятьдесят вторым размером одежды и разбитым сердцем.

В этой золотой клетке нет места жалости: здесь либо подчиняются, либо гибнут. Но что делать рейдеру, когда ненависть превращается в одержимость, а унижение — в порочную близость, от которой плавится воздух?
Это история о том, как выжить, когда тебя предали все, и как заставить дьявола встать на колени перед женщиной, которую он поклялся растоптать.

Я пришла в себя в теле женщины, которую при дворе драконов уже почти похоронили при жизни. Опальная жена императора, лишенная любви, доверия и права голоса, должна была тихо исчезнуть, уступив место другой. Но они не знали, что в ее теле проснусь я.

Теперь у меня чужое имя, чужой муж и чужие враги. Император-дракон смотрит на меня так, будто однажды я уже предала его. Двор ждет, что я снова стану удобной, сломанной и покорной. А я слишком быстро понимаю: прежнюю хозяйку этого тела уничтожали не из ревности и не из-за каприза власти. Она узнала то, за что здесь убивают.

Чтобы выжить, мне придется научиться играть по правилам дворца, где улыбки опаснее кинжалов, а брак с драконом связан не только клятвами, но и древней магией крови. Чтобы вернуть себе имя и место, я должна раскрыть заговор, в котором замешаны те, кому доверять нельзя даже шепотом. И самое страшное — мужчина, которого я должна ненавидеть, с каждым днем становится не только моим главным риском, но и моей самой опасно

— Это Алина.
— Мы знакомы?
— Нет. Но я родила от вашего мужа.
После этого звонка моя жизнь разделилась на «до» и «после».
Я ничего не подозревала. Не проверяла, не копала, не искала подвоха. Просто жила, работала, верила ему и думала, что у нас всё нормально. А оказалось — у него давно другая жизнь. С ребёнком, с деньгами, с планами, в которых меня не было.
Он был уверен, что выкрутится. Что я закрою глаза и всё останется как есть. Не останется.
Я не буду устраивать истерики и умолять меня не бросать. Я просто заберу своё и выйду из этой истории так, что он ещё долго будет вспоминать, где именно всё пошло не так.
Придется за всё ответить, милый.

– Жанна, давай спокойно поговорим, – начал он. – Это не то, что ты думаешь.
– Не то?! – я расхохоталась. Дико, надрывно. – Вы спали в моей постели, Виктор! В обнимку! Твоя рука лежала на её талии! Что там может быть «не то»? Она проверяла, как твой храп влияет на качество её сна?
Я заметалась по комнате, хватая его вещи. Рубашки, брюки, носки – всё летело в коридор. Я швыряла их в стену, в дверь, на лестничный пролёт.
– Жанна, прекрати! – гаркнул он. – Люди проснутся!
– Пусть просыпаются! Пусть все видят, какой ты есть! – я вытащила его чемодан с антресолей, раскрыла, перевернула, вытряхнула на пол иначала складывать вещи в него, бросать комками.
Виктор стоял, смотрел. Потом сказал тихо, зло, совсем другим голосом – не просящим, не виноватым, а каким-то новым, незнакомым:
– Ты ещё пожалеешь, Жанна.

Меня бросили за четыре часа до Нового года.
Без объяснений. Без шанса что-то сказать.

Чтобы не сойти с ума в пустой квартире с «Оливье» и шампанским на двоих, я вышла в город… и столкнулась с мужчиной, которого только что предали так же, как и меня.

Один вечер.
Два разбитых сердца.
И договор — просто пережить эту ночь вместе.