Книги по тегу «принуждение»: ""
Бывший не оставляет меня в покое. Нет, он не сторожит меня у подъезда с букетом цветом, умоляя вернуться. Артем возвращается ко мне, когда ему вздумается, и пользуется мной так, словно я - всего лишь вещь, принадлежащая ему навсегда.
— Расслабься, — спокойно сказал Артем Владимирович, надевая стерильные перчатки. Но в этом спокойствии звучала властная нотка, против которой спорить было просто невозможно.
— Я… я стараюсь… — прошептала я, но тело не слушалось.
Он пододвинул к себе табурет, и его колено случайно коснулось моей ноги. От неожиданного прикосновения я вздрогнула.
— Ты вся дрожишь, — он приподнял бровь. — Не бойся. Если будешь зажиматься, будет больно.
— Я… я стараюсь… — прошептала я, но тело не слушалось.
Он пододвинул к себе табурет, и его колено случайно коснулось моей ноги. От неожиданного прикосновения я вздрогнула.
— Ты вся дрожишь, — он приподнял бровь. — Не бойся. Если будешь зажиматься, будет больно.
Лена и подумать не могла, что обычный поход в ночной клуб резко изменит всю её жизнь. Ведь там оказался тот, кто признал в ней свою истинную пару и забрал в свой мир. Но стоило ей принять одну реальность, как она столкнулась со вторым альфой, также признавшем в ней свою пару.
Пустой сосуд нельзя наполнить, если в нем трещины.
Я разбита, опустошена. Оболочка, а не человек, но тут появляется ОН.
И жизнь превращается в сущий ад.
Я разбита, опустошена. Оболочка, а не человек, но тут появляется ОН.
И жизнь превращается в сущий ад.
Интересуетесь, как попасть в сексуальное рабство? Очень просто. Приходите вместо богатой подруги в массажный салон… И вуаля! Попадаете в ловушку, поставленную на её отца. Готовы?.. Тогда поехали!
P.S. Только не рассчитывайте, что отработать свободу будет легко. Ведь вы станете разменной монетой в чужих играх. Притом отнюдь не политических. А значит, и методы достижения цели будут далеки от обычной подлости…
P.S. Только не рассчитывайте, что отработать свободу будет легко. Ведь вы станете разменной монетой в чужих играх. Притом отнюдь не политических. А значит, и методы достижения цели будут далеки от обычной подлости…
— Упрямица. — он уложил меня в постель и я ,не поднимая глаз, затаила дыхание, прикрывшись руками.
Но свекор не ушел, а наклонился, поймал мой взгляд и словно приковал к себе. В нем было сейчас что-то дикое, неуправляемое и едва сдерживаемое. Грубые пальцы прошли по щеке, потом по шее, ниже к ключице. Я всхлипнула, не в силах отвернуться.
— Скажи "нет" — выдохнул он, задержав палец у края груди. — Скажи, и я уйду.
Но я не сказала, смотря в его серые глаза, которые словно туча перед наступающей грозой, вмиг потемнели, засасывая меня в бездну безумия.
Игорь Сергеевич подождал и не дождавшись моего ответа, сел рядом.
— Значит “да” — он легко убрал мои руки, крепко прижатые к груди и усмехнулся.
Но свекор не ушел, а наклонился, поймал мой взгляд и словно приковал к себе. В нем было сейчас что-то дикое, неуправляемое и едва сдерживаемое. Грубые пальцы прошли по щеке, потом по шее, ниже к ключице. Я всхлипнула, не в силах отвернуться.
— Скажи "нет" — выдохнул он, задержав палец у края груди. — Скажи, и я уйду.
Но я не сказала, смотря в его серые глаза, которые словно туча перед наступающей грозой, вмиг потемнели, засасывая меня в бездну безумия.
Игорь Сергеевич подождал и не дождавшись моего ответа, сел рядом.
— Значит “да” — он легко убрал мои руки, крепко прижатые к груди и усмехнулся.
Когда-то я была королевой школы, а он - моей игрушкой. Сейчас мне нечем гордиться. Я повзрослела, изменилась и обо всем забыла. Но не забыл он. Когда он появился на встрече выпускников, я потеряла дар речи. Из неудачника он превратился в состоятельного мужчину, от которого потеряли головы все одноклассницы.
Я извинилась. Но было слишком поздно.
Теперь я... его игрушка.
Я извинилась. Но было слишком поздно.
Теперь я... его игрушка.
— «Скоро он даст мне нужную сумму», — так ты сказала, да?
Я не успела ответить. За спиной раздался скрип двери.
— Что ты сказал? — низкий голос, знакомый до мурашек, прорезал тишину.
Глеб усмехнулся.
— О, отец! Как вовремя! Что, под дверью стоял?
— Повтори то, что только что сказал, — голос Дмитрия звучал как рык зверя.
— Удивлён, что твоя «хорошая девочка» — хитрая обманщица? — Глеб скрестил руки на груди. — Я слышал, как она говорила подруге, что ты уже давал ей деньги… И что она «раскошелит» тебя на большую сумму. Что осталось чуть-чуть тебя дожать… И ты будешь её.
— Это неправда! — вырвалось у меня. Голос дрожал. — Всё было не так! Дима…
Дмитрий смотрел на меня. Его взгляд был пуст.
— Так как было? — спросил он тихо. — Ты была со мной ради денег? И поэтому вышла за Глеба?
— Да, скажи ему правду! — подначивал Глеб. — Давай же, Алён.
Я не успела ответить. За спиной раздался скрип двери.
— Что ты сказал? — низкий голос, знакомый до мурашек, прорезал тишину.
Глеб усмехнулся.
— О, отец! Как вовремя! Что, под дверью стоял?
— Повтори то, что только что сказал, — голос Дмитрия звучал как рык зверя.
— Удивлён, что твоя «хорошая девочка» — хитрая обманщица? — Глеб скрестил руки на груди. — Я слышал, как она говорила подруге, что ты уже давал ей деньги… И что она «раскошелит» тебя на большую сумму. Что осталось чуть-чуть тебя дожать… И ты будешь её.
— Это неправда! — вырвалось у меня. Голос дрожал. — Всё было не так! Дима…
Дмитрий смотрел на меня. Его взгляд был пуст.
— Так как было? — спросил он тихо. — Ты была со мной ради денег? И поэтому вышла за Глеба?
— Да, скажи ему правду! — подначивал Глеб. — Давай же, Алён.
Увидев на рынке рабов необычного мужчину, любительница всего необычного герцогиня Лиана не удержалась от покупки. Но купить намного проще, чем подчинить своей воле...
Свобода? Ее цена – она сама. Лира принадлежит Кассиану Грейру. Его правила: «Только "Да, сэр"». Его прикосновения властны, его приказы не терпят возражений. Ее тело должно подчиниться договору. Но в глазах Лиры – не только стыд, но и вызов. А в жестокой игре хозяина внезапно проступает трещина... Опаленная бархатом страсть, где власть оборачивается пленом для обоих.
Выберите полку для книги