Книги по тегу «противостояние характеров»: ""

⭐ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА⭐
⭐САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ⭐
"Мы не взлетим" — сказал он, глядя на меня. И засмеялся.
В новом фуксиевом платье, на каблуках… Я лечу на неделю рая. Конференция, горы, никаких ночных смен.
Все рушится, когда я упираюсь в него. Двухметрового. Наглого. Красивого хама.
— Я не пройду. Я сломаю вам колени. Это я как травматолог говорю.
— Мы не взлетим, — он даже глаз не поднимает. — Я вам точно говорю.
Он смеется над моим весом.
***
"Учебники открывайте чаще, коллега. Они помогают" — бросаю я после того, как он чуть не угробил пассажира.
А в отместку он выливает на меня сок.
Зато я пересаживаюсь в бизнес-класс бесплатно.
Кажется, мы квиты.
Но интерн шепчет: это Лев Морозов. Знаменитый ортопед. Он летит на нашу конференцию.
Семь дней. В одной гостинице.
Красивый. Злой. Умный. Опасный.
И почему-то мне уже не все равно.

— Класс. И кто отправил мне ребенка? — рычу на курьера, который доставил в отдел годовалую девочку.
— А у вас… там… не написано?
— “Там” это где? Внутри хрустального шара?
— В письме…
Застываю и чувствую, как лицо перекашивает. Письмо же было!
Сую руку в карман джинсов, куда положил конверт, разрываю.
“Артем, надеюсь, ты меня вспомнишь. Мы были вместе совсем недолго, но ты оставил мне яркое напоминание о себе. Девочку зовут Мила и она твоя дочь…”
Здрасьте, приехали! Дочь! У меня и так забот полон рот, только дочери и недоставало.
Сперва гонялся за рыжей нахалкой, разгромившей чужую тачку, теперь это.
Только никак не мог подумать, что наши судьбы так тесно переплетутся.

– Ты что творишь? – зло рычит он, надвигаясь на меня. – Ты намеренно ставишь все под удар? Лишь бы наперекор мне?
Я вскидываю подбородок, хотя внутри все сжимается от этого его напора.
– Я делаю свою работу, – отвечаю ровно, сдерживая дрожь. – В отличие от некоторых, я не прячусь за регламентами, когда речь идет о жизни.
– Регламенты существуют не для красоты! – рявкает Огнев. – Они написаны кровью. А ты ведешь себя как глупая курица, которой плевать на всех, кроме себя!
Я вспыхиваю от гнева и делаю шаг вперед. Звонкая пощечина рассекает тишину, и на его щеке остается красный след.
________________________
Он герой, спасающий других. И строго следует правилам. Она считает, что жизнь пациента превыше всего. Они терпеть не могут друг друга, но им приходится работать вместе. Что победит – регламент или чувства?

— Мама, папа должен жить с нами! — безапелляционно заявляет малышка, уперев руки в бока.
— Да! — поддакивает ей брат, — будет читать нам сказки перед сном, а утром готовить завтрак.
Тоня явно не ожидала такого заявления от детей. Растерянно смотрит на меня. Думает, я откажу?
Напрасно .
— Согласен с вами. Вы сегодня же переедете ко мне.


***
Моей безмятежной жизни пришёл конец, когда ко мне в кабинет ворвались два мелких коллектора. Они требуют вернуть им долг: шесть лет жизни, в которые меня не было рядом. Ведь они утверждают, что я их отец!

Тимур врывается в спальню без стука.
— Что за истерика была? Ты понимаешь, кто был за столом?
Перед глазами всё ещё ресторанный свет… и она — рядом с ним.
— А мне плевать. Главное, что там была твоя любовница, Тимур.
Он замирает на секунду, а потом усмехается — удивлённо.
— И что? Я разве гарантировал тебе верность в нашем браке?
Слова режут и я вдруг понимаю: хуже уже не будет.
— Вот и прекрасно, — говорю я тихо. — Значит, мы друг другу ничего не гарантировали. Потому что я подала на развод. Прямо за этим проклятым столом, Тимур.
— Ты шутишь? — его голос становится жестче. — Ты же понимаешь, что это невозможно. Слишком много на кону. Наш брак — не про любовь. Там огромные деньги. Компания твоего отца…огромные вложения моей семьи.
— А мне плевать, — отвечаю я. — Как и тебе. Ты обещал, что я не буду видеть твоих девок одноразовых. Но никто из нас не смог сдержать слово. Не так ли?
Он смотрит на меня так, будто впервые видит по-настоящему.

БЕСПЛАТНО до 31 АВГУСТА!!!
– Твой отец отдал тебя. Как плату. Как пешку. Меня не интересуют твои чувства. Меня интересует факт. Ты – моя жена. На бумаге. И по закону этого болота, в котором мы все барахтаемся. И сегодня ночью этот факт станет… осязаемым.
Поднимаю руку и провожу обратной стороной пальцев по ее щеке. Легко, едва касаясь. Ее кожа невероятно мягкая, горячая.
Девушка вздрагивает, как от удара током, и открывает глаза. В них помимо ненависти теперь полная растерянность.
– Боишься? – спрашиваю тихо, почти ласково, и этот контраст пугает, наверное, сильнее любой грубости.
Молчит, судорожно глотая воздух. Грудь вздымается в тесном корсете.
– Ты должна бояться, – продолжаю, отводя руку. – И помнить: ты первая затеяла эту игру. И теперь придется играть до конца. Раздевайся.

За год я перевела двадцать восемь писем Сарека Тарна и ни разу не видела его лично. В двадцать девятом он выдвинул условие: переговоры о мире проведет только Найра Велин. То есть я.

До начала войны семь дней. Люди и орки делят одну реку, старый договор на двух языках обещает сторонам разное, а командиры уже получили боевые приказы. Моя задача — добиться, чтобы каждая строка имела один смысл и могла быть исполнена. Даже если ради этого придется спорить с собственным начальником, представителями шести орочьих кланов и вождем, который читает мои замечания внимательнее, чем придворные советники.

Сарек не просит меня стать удобной. Он защищает мое право говорить правду — пока эта правда не начинает стоить ему власти.

Одна неточная фраза сорвет переговоры. Один неверный приказ приведет армии к границе. А мне предстоит понять, можно ли доверить сердце мужчине, которому я пока не готова доверить ни единого слова без проверки.

Морвенна Торн привыкла выживать. В Академии Вельдорн, где правят магия и кровь, простолюдинка с окраины может рассчитывать только на свои руки и знания. Она синтезирует лучшие зелья, годами пробивает себе путь к архиву древних трактатов и не смотрит в сторону аристократов. Особенно в сторону Цириона Эктелиона — идеального, недосягаемого, опасного.
Но когда случайный взгляд открывает чужую тайну, Морвенна понимает: за безупречной улыбкой лучшего дуэлянта академии скрывается нечто тёмное. Что-то, что нельзя исцелить обычными зельями. И если она вмешается — потеряет всё: стипендию, репутацию... Возможно, даже жизнь.

Эктелион не привык, чтобы его разгадывали. Особенно — та, на кого он не привык тратить своё время.

Увидеть чужой тёмный секрет и выжить? Только если есть чем выжечь последствия.

Господи, этого не может быть!
— В-вы? — пищу мышкой и как провинившаяся школьница стою перед будущим начальником.
Пришла, называется, на работу устраиваться!
— М, моя знакомая блондиночка, — лукаво хмылится и потирает свои губы. — На собеседование пришли?
Вот это я попала!
— Д-да... — глазами бегаю по красивой мордахе этого мужчины. Он просто тащится от моего тотального позора.
— Тогда можете приступать, — и с коварной ухмылочкой победителя ставит передо мной люльку с ребёнком.
***
Пришла устраиваться на работу, а там... ОН!
Мужчина, которого я пристыдила и отчитала на улице за несерьёзное отношение к ребенку.
Теперь я — нянька для сына моего возможного босса!

ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА! СЕГОДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!

- Я подаю на развод, Катя, - говорит муж, едва сев за стол, - и больше не собираюсь есть твои помои на ужин.
Вот это незабываемый подарок на годовщину свадьбы!
- Милый, - удивлённо смотрю на мужа, - ты несвежую уху поел? Какой развод? О чём ты вообще?
- О том, что никогда тебя не любил, Катя, ты для меня всегда была так... запасным аэродромом. И женился я на тебе, чтобы забыть другую, ту, с которой не мог быть вместе. Но сейчас она снова рядом, и ты не нужна...
С трудом сдерживаюсь, чтобы не швырнуть тарелку в мужа.
Не нужна ему больше...
Будто я игрушка, которую можно в любой момент выкинуть на улицу!
А подлец-муж добивает окончательно, когда говорит:
- Кстати, деньги, которые ты копила на открытие своего кафе, я потратил на ресторан любовницы. Но не расстраивайся, мы готовы взять тебя посудомойкой в наше новое заведение, ведь на большее ты не сгодишься…