Книги по тегу «психологическая драма»: ""
У неё 80 тысяч подписчиков, зелёное платье и любовь к себе без всяких «несмотря на».
У него — дорогие часы, бизнес-аккаунт и репутация, которая важнее человека.
Они флиртуют две недели. Он ставит лайки, называет её «настоящей». А на свидании предлагает сделку.
Эта книга — честный, ироничный и тёплый роман о том, как женщина, которая уже любит себя, сталкивается с миром, где каждому есть что сказать о её теле. И выбирает не оправдываться, а просто быть.
С крылышками. Кофе. И без единого «похудела».
У него — дорогие часы, бизнес-аккаунт и репутация, которая важнее человека.
Они флиртуют две недели. Он ставит лайки, называет её «настоящей». А на свидании предлагает сделку.
Эта книга — честный, ироничный и тёплый роман о том, как женщина, которая уже любит себя, сталкивается с миром, где каждому есть что сказать о её теле. И выбирает не оправдываться, а просто быть.
С крылышками. Кофе. И без единого «похудела».
«У него тридцать семь шрамов. Она приехала сказать, что он убил брата. Но правда страшнее: у неё есть сын. Их сын. Который идёт на Гленросс с армией. Финн Мактавиш не боится смерти. Он боится, что если победит — потеряет сына. А если проиграет — потеряет её. Снова.
Шотландия, снег, кинжалы и любовь, ради которой убивают и воскресают. Вы не сможете оторваться».
Если вы готовы плакать на двадцатой странице, ненавидеть героя на сороковой, а на шестидесятой — понять, что вы — это он, — тогда вперёд.
Шотландия, снег, кинжалы и любовь, ради которой убивают и воскресают. Вы не сможете оторваться».
Если вы готовы плакать на двадцатой странице, ненавидеть героя на сороковой, а на шестидесятой — понять, что вы — это он, — тогда вперёд.
В его кабинете она кричала от боли. А через пять минут умоляла не убирать руки.
Доктор Штерн называет это «возвращением чувствительности». Она — пыткой, которая стала единственным, что заставляет её чувствовать себя живой.
Его голос ровный. Его пальцы знают каждую её мышцу. А её тело отвечает на прикосновения раньше, чем разум успевает испугаться.
В клинике шепчутся о тех, кто выздоровел, но не ушёл. О пациентках, которые остались не ради терапии, а ради него. Она слушает. И всё равно открывает его дверь.
Потому что когда он касается её, ей плевать на слухи. Плевать на правила.
Он не лечит. Он пересобирает. А она больше не хочет, чтобы её касался кто-то другой.
Тёмная романтика, психологический триллер, врач и пациентка. Жёсткая эротика, властный герой, одержимость. История о том, как боль становится близостью, а лечение — зависимостью.
ISBN: 978-5-0070-4174-4
Доктор Штерн называет это «возвращением чувствительности». Она — пыткой, которая стала единственным, что заставляет её чувствовать себя живой.
Его голос ровный. Его пальцы знают каждую её мышцу. А её тело отвечает на прикосновения раньше, чем разум успевает испугаться.
В клинике шепчутся о тех, кто выздоровел, но не ушёл. О пациентках, которые остались не ради терапии, а ради него. Она слушает. И всё равно открывает его дверь.
Потому что когда он касается её, ей плевать на слухи. Плевать на правила.
Он не лечит. Он пересобирает. А она больше не хочет, чтобы её касался кто-то другой.
Тёмная романтика, психологический триллер, врач и пациентка. Жёсткая эротика, властный герой, одержимость. История о том, как боль становится близостью, а лечение — зависимостью.
ISBN: 978-5-0070-4174-4
«Крылья огня» — научно-фантастическая драма о цене одержимости и тонкой грани между гениальностью и безумием.
Чилийские Анды, 2245 год. Астрофизик Элис Варра улавливает со звезды Каэлис-9b пульсирующие сигналы, которые коллеги списывают на ошибку калибровки. Но она уверена: в инфракрасном спектре дышит нечто огромное и разумное. Назвав аномалию Аэрионом, Элис посвящает себя попытке установить контакт — ценой сна, здоровья и рассудка.
Единственный, кто верит в её открытие, — биолог Лео Меррик, привыкший искать жизнь в экстремальных условиях Земли. Между ними вспыхивает любовь, но одержимость Элис растёт: сенсорная депривация, психоделики, отчаянные поиски портала в небесный мир. Финальная экспедиция к андской шаманке оборачивается трагедией, которая навсегда разделит их мечты и реальность.
Современная фантастика, сплетающая технологии XXIII века (нейросети, биоинженерию, умные автомобили) с древними мистическими практиками. История о том, как жажда космоса разрушает земное счас
Чилийские Анды, 2245 год. Астрофизик Элис Варра улавливает со звезды Каэлис-9b пульсирующие сигналы, которые коллеги списывают на ошибку калибровки. Но она уверена: в инфракрасном спектре дышит нечто огромное и разумное. Назвав аномалию Аэрионом, Элис посвящает себя попытке установить контакт — ценой сна, здоровья и рассудка.
Единственный, кто верит в её открытие, — биолог Лео Меррик, привыкший искать жизнь в экстремальных условиях Земли. Между ними вспыхивает любовь, но одержимость Элис растёт: сенсорная депривация, психоделики, отчаянные поиски портала в небесный мир. Финальная экспедиция к андской шаманке оборачивается трагедией, которая навсегда разделит их мечты и реальность.
Современная фантастика, сплетающая технологии XXIII века (нейросети, биоинженерию, умные автомобили) с древними мистическими практиками. История о том, как жажда космоса разрушает земное счас
Когда Паша возвращается домой, я стою посреди гостиной с его ноутбуком в руках.
– Это не то, чем кажется, – произносит муж.
– Месяцы переписки не то, чем кажется? – переспрашиваю тихо.
– Просто интрижка. Это уже в прошлом.
Два слова. Просто интрижка. И ни разу: прости.
Я думала, что знаю масштаб катастрофы. Я ошибалась.
Я не искала правду. Просто зашла в кабинет мужа и увидела открытый ноутбук. Три секунды и мир раскололся пополам.
Четырнадцать лет брака. Двое детей. Дом, который я обустраивала с любовью. И переписка, которая всё это перечёркивает.
– Это не то, чем кажется, – произносит муж.
– Месяцы переписки не то, чем кажется? – переспрашиваю тихо.
– Просто интрижка. Это уже в прошлом.
Два слова. Просто интрижка. И ни разу: прости.
Я думала, что знаю масштаб катастрофы. Я ошибалась.
Я не искала правду. Просто зашла в кабинет мужа и увидела открытый ноутбук. Три секунды и мир раскололся пополам.
Четырнадцать лет брака. Двое детей. Дом, который я обустраивала с любовью. И переписка, которая всё это перечёркивает.
Он владеет ею, не вставая с дивана. Она заперта в цифровой клетке своего смартфона в ожидании редких сообщений. История о том, как близость превращается в технический процесс, а живой человек — в удобную функцию гаджета.
Она потеряла сына. Он пришёл его заменить.
Когда сын Анны выпадает из окна девятого этажа, полиция не сомневается — самоубийство. Но мать не верит: Максим боялся высоты с детства.
На похоронах единственным, кто плачет по-настоящему, оказывается Лёша — друг погибшего, выросший в детдоме. Анна пускает его в дом. Доверяет ему ключи, счета — всю свою жизнь.
Лёша знает, что она не ест гречку, как заваривать её кофе и где лежат полотенца. Анна думает: «Как хорошо, что у Макса был такой друг».
Но почему он носит часы её мёртвого сына? И откуда он знает то, что Максим не мог ему рассказать?
Анна начинает задавать вопросы. Но поздно. Лёша уже занял место в её доме и в её сердце. Теперь он не уйдёт.
«Я всё равно тебя люблю, мама. И всегда буду твоим сыном».
Психологический триллер о том, как жалость превращается в ловушку, а любовь — в одержимость.
Когда сын Анны выпадает из окна девятого этажа, полиция не сомневается — самоубийство. Но мать не верит: Максим боялся высоты с детства.
На похоронах единственным, кто плачет по-настоящему, оказывается Лёша — друг погибшего, выросший в детдоме. Анна пускает его в дом. Доверяет ему ключи, счета — всю свою жизнь.
Лёша знает, что она не ест гречку, как заваривать её кофе и где лежат полотенца. Анна думает: «Как хорошо, что у Макса был такой друг».
Но почему он носит часы её мёртвого сына? И откуда он знает то, что Максим не мог ему рассказать?
Анна начинает задавать вопросы. Но поздно. Лёша уже занял место в её доме и в её сердце. Теперь он не уйдёт.
«Я всё равно тебя люблю, мама. И всегда буду твоим сыном».
Психологический триллер о том, как жалость превращается в ловушку, а любовь — в одержимость.
Случайный взгляд – и жизнь перевернулась в одно мгновение.
Он появился, словно из другого мира: богатый, харизматичный, с обезоруживающей улыбкой. Романтика, ухаживания, головокружительная свадьба… Но потом всё изменилось.
Постепенно появились правила, его внимание превратилось в слежку, забота – в контроль, а любовь – в вспышки неукротимой ревности. Каждый шаг вызывал подозрения, а каждое слово – допрос. И когда он впервые поднял на меня руку, я поняла: это конец.
Решившись на отчаянный шаг, я бежала в другую страну, но и тут судьба не на моей стороне. Ужасная авиакатастрофа, и всё оборвалось, не оставив ему ни тела, ни следа... Но среди погибших меня не нашли... а значит, у меня всё-таки есть шанс.
Он появился, словно из другого мира: богатый, харизматичный, с обезоруживающей улыбкой. Романтика, ухаживания, головокружительная свадьба… Но потом всё изменилось.
Постепенно появились правила, его внимание превратилось в слежку, забота – в контроль, а любовь – в вспышки неукротимой ревности. Каждый шаг вызывал подозрения, а каждое слово – допрос. И когда он впервые поднял на меня руку, я поняла: это конец.
Решившись на отчаянный шаг, я бежала в другую страну, но и тут судьба не на моей стороне. Ужасная авиакатастрофа, и всё оборвалось, не оставив ему ни тела, ни следа... Но среди погибших меня не нашли... а значит, у меня всё-таки есть шанс.
Сколько жизней можно в одной жизни прожить?
А если эта жизнь немножко длиннее остальных?
Александру Маркелову посвящается.
А если эта жизнь немножко длиннее остальных?
Александру Маркелову посвящается.
Участвует в конкурсе:
Сон или смерть. «Силис» - история о человеке, который должен выбрать одно из двух.
У Алана есть десять часов, чтобы решить.
Вирус, пришедший из тающих ледников как месть за мертвых пингвинов, превращает реальность в зыбучие пески. Гранат прилипает к рукам, слова распадаются на холодные буквы, а будущее выглядит как заброшенное футбольное поле. Это история о том, как трудно остаться «собой», когда твой мозг превращается в пазл, который некому собирать, а время — в липкий сок, стекающий по подбородку.
У Алана есть десять часов, чтобы решить.
Вирус, пришедший из тающих ледников как месть за мертвых пингвинов, превращает реальность в зыбучие пески. Гранат прилипает к рукам, слова распадаются на холодные буквы, а будущее выглядит как заброшенное футбольное поле. Это история о том, как трудно остаться «собой», когда твой мозг превращается в пазл, который некому собирать, а время — в липкий сок, стекающий по подбородку.
Выберите полку для книги