Книги по тегу «развод»: ""

– Мама, только тсс, – губы дочери шевелятся, как будто она рассказывает самый важный на свете секрет. – Не говори ничего.

Сердце у меня сразу неприятно сжимается. Я в командировке за тысячи километров.

– Танюш, что случилось? – тоже шепчу, хотя она просит молчать.

Но Таня уже не отвечает. Экран качается, изображение дёргается, и я понимаю, что она ставит телефон на полку. Картинка замирает. Видно комнату – нашу спальню. Заходит мой муж.

– Пап, я хочу кушать, – осторожно, как по тонкому льду, говорит Таня.

– В холодильнике посмотри, – рявкает Юра, даже не оборачиваясь к ней. – Не мешай. У меня люди.

Я моргаю. Люди?

– Но там… йогурт просрочен, – ещё тише говорит Таня.

И тут он срывается.

– Господи, Таня! Найди что‑нибудь. Не мешай, я сказал!

И в этот момент в дверях появляется женщина.

Сначала я решила, что муж смотрит какой-то фильм. Но потом поняла: на экране планшета извивалась Олеся — жена нашего сына.
— Давай уже реально встретимся.
— Не могу… Дима — мой сын, а ты его жена.
— Правильный какой, — фыркнула она, — Ты ещё про жену свою вспомни, про любовь скажи.
— Какая любовь? Ей же полтинник скоро… Но сын — это святое. Жену сына не трону.
— Не тронешь? А сейчас ты что делаешь?
— Это ничего не значит. Через экран — это не по-настоящему.

Хотелось ворваться в комнату, устроить скандал, развестись. Но потом я вспомнила, что нахожусь в процессе банкротства. Имущество оформлено на родню мужа. И если я сейчас подам на развод, то останусь у разбитого корыта. Я решила притвориться дурой-женой и придумать, что делать дальше.

— Не трогай его! — истошно визжит девчонка, вжимаясь в стеллаж и прикрывая живот руками. — Я беременна!
Замахиваюсь, но рука с тяжелой скалкой так и застывает в воздухе.
— Поля, подожди, я всё объясню! — лепечет мой идеальный муж, суетливо застегивая рубашку.
Объяснишь? Что именно? Что годами просил меня «подождать с детьми», пока сам делал ребенка двадцатидвухлетней официантке?
***
Моя жизнь рухнула прямо в день папиного юбилея. Я жестоко потеряла семью и свою самую заветную мечту, которую у меня цинично украл предатель. Точка невозврата пройдена. В слезах я сбегаю с праздника, жму по газам, не справляюсь с управлением... и на полном ходу влетаю в чужой внедорожник.

Только суровому и прямолинейному мужику, из чьей машины я только что сделала металлолом, абсолютно плевать на мои истерики.

И, кажется, он единственный, кто приведет меня в чувства.

– Это… кто? – произношу ровным голосом.
Женщина садится, подтягивает плед повыше.
– Оксана, – говорит она, как будто представляется на корпоративе. – А вы, видимо, жена?
Михаил делает шаг ко мне.
– Свет, подожди. Это не так, как ты…
– Не подходи, – говорю тихо.
Мой муж мне изменил.
– Ты в нашем доме, – произношу я, и слова звучат как протокол. – Привёл сюда её.
– Свет, это просто… ну, так получилось. Не делай трагедии.
– Не делай трагедии? – я смотрю на него и вдруг понимаю, что даже плакать не могу. – Ты привёл чужую женщину в дом, где живёт твой ребёнок.
Михаил закатывает глаза, как подросток.
– Причём здесь ребёнок? Он в садике.
Я медленно поднимаю брови. Медленно – потому что внутри всё уже бежит.
– В садике? – повторяю я. – Из которого ты должен был его забрать!
Миша замирает, как и я.
***
У меня было всё, о чём мечтает любая женщина. Но всё рухнуло, когда муж в одночасье рушит весь наш брак, а потом на голову сваливается мой сосед...

- Папа! Забрал! Вещи! - Настя кричала каждое слово отдельно, вколачивая их в мой череп, как гвозди. - Приехал с какими-то грузчиками, пока тебя оперировали! Забрал свои костюмы, ноутбук, даже телевизор из гостиной! Данька плачет, не останавливается!
Пока мне кромсали лицо, пока я лежала на операционном столе с разрезанной щекой, мой муж паковал чемоданы. Рассчитал идеально. Хирургически точно, если хотите иронию. Он знал, что я буду под наркозом минимум четыре часа. Четыре часа, в которые я не позвоню, не прибегу, не устрою сцену.
Четыре часа, чтобы вынести пятнадцать лет совместной жизни.
- Настя, - голос мой был спокоен, и это спокойствие пугало меня саму, - где Данька?
- Здесь, рядом. Мам, он забрал Бусю! Посадил в машину, и она скулила, и Данька бежал за ней! Мам, Данька орет уже час, я не знаю, что делать!
Бусю. Он забрал даже собаку. Лабрадора, которого мы подарили Даньке на четвертый день рождения. Подлец!

Поликлиника… Добираюсь до нужного кабинета и сажусь в очередь. Я достаю свой телефон, но не могу сосредоточиться на экране.
Что-то не так. Какое-то странное предчувствие давит на грудь, словно воздух стал гуще.
Поднимаю голову от телефона – и замираю.
В десяти шагах от меня, у стойки регистратуры, стоит мой муж. Сергей. Стоит и держит за руку девушку.
Беременную девушку.
Мир словно останавливается.
Девушка молодая, лет на двадцать три максимум. Живот заметно округлился – срок, наверное, месяцев пять-шесть.
И Сергей... Мой Сергей нежно гладит этот живот. Его рука ложится на округлость с такой осторожностью, с такой любовью, что у меня буквально перехватывает дыхание.

– Ты же клялся, что расстался с ней! – кричу, захлебываясь слезами. – Клялся нашей дочкой, а сейчас тебя снова видят с ней!
– Я не буду отказываться от нее в угоду тебе, Милена, – усмехается муж. – Ты ещё этого не поняла?
– Я поняла, что мы тебе не нужны, – я запустила руки в волосы. – И никогда не были нужны. Красивый фасад, и всего.
– Да, твой фасад хорош, – сальным взглядом оглядывает меня Боря. – А в нее я влюбился. Так что прими вторую мою семью.
Не приняла.
Одну измену я простила. Хватит. И этот шанс он потерял.
Но в зале суда все изменилось.
Когда Боря сказал последнее слово.

Таня — сильная, успешная и ответственная. Мура — лёгкая, безалаберная и вечно влюбляется не в тех. Они дружат с детства, и Таня всегда вытаскивает Муру из неприятностей. Но когда Мура выбирает мужа Тани — уже ничего не поправить.

Так рушатся идеальные жизни. Так выясняется: люди не те, за кого себя выдают. Так выглядит развод без права на амнистию.

Но иногда единственный, кто может спасти, — тот, кого предали. А в шаге от решения, что разделит жизнь на «до» и «после», так важно выбрать: быть правой или быть рядом?

«Любовь — это контракт, который расторгли в одностороннем порядке...»
Я была его «тихой» женой, тенью в золоченой клетке, над которой смеялись даже слуги. Я верила его словам о любви, пока он не обменял меня на трон и союз с принцессой.
Теперь у меня нет мужа, нет титула и нет будущего. Впереди лишь разоренные войной родовые земли и полуразрушенное поместье. Но среди руин я нашла наследие прабабки — тетрадь с рецептами напитка, который пахнет бодростью и… другим миром.
Говорят, я слишком мягкая, чтобы выжить в этой нищете? Что ж, пришло время сварить им кофе, который они никогда не забудут. И на этот раз я сама буду диктовать условия.

– Артур, что всё это значит? – тихо спрашиваю, потому что горло саднит от боли, а глаза сами по себе наливаются горькими слезами. – Ты что целуешь свою пациентку? Ты с ума сошел или что?
Девушка под ним вздрагивает. Резко садится, хватается за край стола, чтобы прикрыться. Её лицо становится белым, а потом идет красными пятнами. Она что-то лепечет — кажется, «извините, Галина Александровна, это не то, что вы думаете», — но я уже не слышу.
Я смотрю только на него. На своего мужа, который смотрит на меня так, будто я – надоедливая муха, которая влетела в кабинет в самый неподходящий момент. Ни тени стыда, ни капли раскаяния. Он просто поправляет лацканы своего белого халата и произносит:
– Галь, выйди и закрой за собой дверь. У нас сеанс физиотерапии, и он ещё не закончен.