Книги по тегу «расставание и встреча»: ""

– Заболеть решила? – спросил он, его голос был низким и теплым, с ноткой иронии, но в глазах мелькнула искра заботы, словно он беспокоился обо мне даже после всего этого времени. Он рассматривал меня сверху вниз: мою растрепанную кофту, тапочки в снегу, мокрые волосы – и в его взгляде была такая нежность, что мое сердце сжалось, а в горле встал ком.
– Ты что здесь делаешь? – спросила я, и мой голос сорвался, прозвучал хрипло от волнения.
Снег продолжал сыпаться с неба, покрывая нас обоих белым покрывалом, и мои волосы уже были немного влажные, слипшиеся пряди щекотали шею. Атмосфера казалась нереальной, как в той дораме, которую я смотрела, – снег кружился вокруг, создавая пузырь, где время остановилось.
– Три года прошло, ты больше ничего другого спросить не хочешь?

Бывший муж нарисовался на пороге в четвертый день рождения сына. Принес живой подарок, как обычно, даже не поинтересовавшись моим мнением. Он никогда им не интересовался, думая только о себе, а я все надеялась, что он исправится, проявит внимание и заботу.
И вот сыну уже четыре, а бывший вдруг решил подарить нам еще и себя.
Спасибо за подарок, но нам он не нужен.

Слегка хриплый голос обволакивал, а тепло, исходившее от сильного тела, согревало.
– Балуев, ты наверно и правда переработал или с ума сошел. После всего, что было я к тебе не вернусь. Даже не мечтай. Тебе самому это надо? – он кивнул. – Серьезно?
– Я соскучился по Борьке и по тебе, Катюша. Ты ведь тоже скучала по мне?
– О нет, по вечно пропадающему мужу, по обману и изменам? Не скучала.
– Этого больше не повторится, – знакомые пальцы скользнули по моему лицу, а отступать было некуда.

Сборник небольших рассказов о любви - многогранной, счастливой и трагической, романтичной и реальной.

Катя планирует провести отпуск в одиночестве на туристической базе своей подруги. Ее сердце разбито недавним расставанием с женихом. Но кто мог знать, что среди заснеженных сосен она встретит свою любовь?

Его губы холодные от мороза, но в тот же миг становятся невыразимо теплыми. Он целует меня бережно, почти вопросительно — будто прикасается к чему-то хрупкому и драгоценному, что может рассыпаться от резкого движения. И я отвечаю ему с той же осторожностью. Весь шум ярмарки — музыка, смех, звон коньков — отступает, превращается в нечто далекое, не имеющее значения.
Он отстраняется первым и смотрит на меня, будто проверяя реакцию. Я молчу, просто дышу, и, кажется, улыбаюсь как дурочка. Он тоже улыбается, и это самая прекрасная улыбка, которую я когда-либо видела.
— Ты… замерзла? — спрашивает он наконец, и его голос звучит чуть хрипло.
— Нет, — шепчу я. — Совсем нет.

Случайная встреча.
Безумная любовь.
И тайна, которая разделила их на годы.

Маша — тихая студентка, не привыкшая быть чьим-то выбором.
Кирилл — наследник богатой семьи, живущий по своим правилам.

Она не успела сказать ему о беременности.
Он исчез, поверив чужой лжи.

Пять лет спустя судьба сталкивает их снова.
Теперь между ними — обиды, боль и общий ребёнок, о котором Кирилл не знал.

Он готов бороться.
Она больше не та, кого можно сломать.
Но когда болезнь сына ставит всё на грань, им придётся решить:
это конец… или их «навсегда» всё ещё возможно?

– Не дано свыше, дорогая, это не объяснение. Значит, не хочешь по-хорошему. Тогда будет, как я скажу. Мы сделаем ещё ЭКО, и ты родишь мне наследника. Иначе я с тобой разведусь, и ты окажешься на улице, кому нужна клуша без опыта работы в возрасте?...

Восемнадцать лет я латала чужие костюмы в Мариинке и мастерски зашивала собственные тайны. Пока я в три смены строчила балетные пачки, мой сын рос на сказках об «отце-герое». Мы жили в своем ритме, пока в коридоре училища я не столкнулась нос к носу с Виктором Лебедевым.
Моя главная ошибка молодости теперь носит генеральские погоны и привыкла, что мир строится по его уставу. Но я не собираюсь падать в обморок от его званий. У меня в арсенале сарказм, острые булавки и годы, когда я одна тянула сына… без всяких генералов.

Он написал ей в два часа ночи — не ей, другой. Алина прочитала. Положила телефон обратно. И ушла — тихо, в семь утра, пока он ещё спал.

Три года она убеждала себя: это было правильным решением.

Теперь мама продаёт дачу. Риелтор — тот самый Максим. Не объясняется. Не упрекает. Просто работает — и между делом собирается закончить беседку, которую бросил пять лет назад. Потому что начал.

У них одни выходные, чужая сделка и три года молчания. Он не знает, почему она ушла. Она не знает, ждёт ли он ответа.

Иногда самое трудное — не уйти. А вернуться и всё-таки сказать.

Я подняла голову, и мир сузился до одной точки. Передо мной стоял он. Женя. Тот самый Женя, чье лицо я видела во снах и кошмарах последние два года. Тот самый, чье имя заставляло сердце сжиматься от боли даже сейчас.
Он выглядел иначе – дорогой костюм идеально сидел на нем, волосы были аккуратно уложены, во всей его позе читалась уверенность и власть. Но глаза... Карие глаза, которые я помнила до мельчайших деталей, были теми же. Только теперь в них читалась не юношеская беззаботность, а взрослая серьезность.

Туман над заливом больше ни чего не скрывает, уступая место равнодушному портовому расписанию и гулу дизелей. Время, выданное двоим в этой затянувшейся предрассветной ночи, полностью исчерпало себя у разбитого бордюра автостанции. Здесь нет места долгим прощаниям, объяснениям или номерам телефонов, набросанным на автобусных билетах. Есть только секундное, жесткое прикосновение перчатки к ледяным пальцам, ржавый скрежет цепи, снимающейся с якоря, и глухая масса людей, готовая без остатка поглотить любого, кто посмеет замешкаться на стыке двух миров.
Когда личное пространство сужается до размеров кармана куртки, а всё пережитое грозит превратиться в затянувшийся вокзальный бред, единственным доказательством реальности случившегося остаётся крошечная ржавая царапина на ладони. Нео-нуарная драма о моменте, когда приходится развернуться спиной к прошлому и сделать первый шаг навстречу утренней толпе.