Подборка книг по тегу: "ревность"
Молодой вдове тяжело обходиться без любви. Чтобы скрасить одиночество, я покупаю себе в дом мужчину для утех, но мой телохранитель почему-то очень злится из-за покупки нового невольника. Да он просто в бешенстве! Рвет и мечет! А потом решает доказать, что он, эльфийский боевой маг, способен ублажить меня лучше любого постельного раба.
– Георгий Александрович, – дрожащим от волнения голосом протягиваю имя своего шефа, – дело в том, что я беременна. От вас.
Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.
– Это шутка какая-то? – раздаётся не менее холодный вопрос от человека, который не помнит о проведённой жаркой ночи. Или она такой была лишь для меня?
– Нет. Месяц назад мы встретились в ночном клубе. Вы пригласили меня к себе… Я оставила вам записку. По срокам отцом можете быть только вы.
На моих глазах черты его лица заостряются. Становятся хищными. Злыми.
– Шишкина. Вы уволены. А я никак не могу быть отцом вашего ребёнка. Я бесплоден.
Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.
– Это шутка какая-то? – раздаётся не менее холодный вопрос от человека, который не помнит о проведённой жаркой ночи. Или она такой была лишь для меня?
– Нет. Месяц назад мы встретились в ночном клубе. Вы пригласили меня к себе… Я оставила вам записку. По срокам отцом можете быть только вы.
На моих глазах черты его лица заостряются. Становятся хищными. Злыми.
– Шишкина. Вы уволены. А я никак не могу быть отцом вашего ребёнка. Я бесплоден.
Год назад он трусливо сбежал от своей истинной пары.
Год назад он разбил сердце любимой женщины.
Год назад он потерял себя.
Теперь же Дмитрий Багиров вернулся домой, чтобы исправить собственную ошибку. Вот только его пара не собирается так просто прощать.
Непростые отношения становятся ещё более запутанными, когда появляется третий…
Год назад он разбил сердце любимой женщины.
Год назад он потерял себя.
Теперь же Дмитрий Багиров вернулся домой, чтобы исправить собственную ошибку. Вот только его пара не собирается так просто прощать.
Непростые отношения становятся ещё более запутанными, когда появляется третий…
Для Марины он всегда был больше, чем просто друг ее брата. Даниил был целой вселенной, центром ее мира, тайной, неистовой любовью, которая жила глубоко под кожей. Но для него она была лишь... "сестренкой". Милой девочкой, которую он оберегал, но никогда не видел иначе.
Один единственный, отчаянный поцелуй, украденный ею в порыве чувств, разбил ее мир на осколки. Для нее это была точка невозврата, конец всех надежд. Для него — ничего не значащий жест, легкомысленно забытый на следующий же день.
Один единственный, отчаянный поцелуй, украденный ею в порыве чувств, разбил ее мир на осколки. Для нее это была точка невозврата, конец всех надежд. Для него — ничего не значащий жест, легкомысленно забытый на следующий же день.
— Артём Аристархович, вы с ума сошли? Я не буду жить с вами в одном номере!
— Будете, — невозмутимо парировал босс.
— Нет, не буду!
Карие глаза вспыхнули опасным огнём. Шагнув навстречу, Громов навис надо мной и многообещающе протянул:
— Тогда, Ангелина Михайловна, я вас накажу.
Я никогда не верила в привороты и прочую чушь. Но потом случайно отнесла боссу кофе с зельем, которое туда добавила моя по уши влюблённая в него подруга, и тот… неожиданно воспылал ко мне чувствами, хотя раньше мы едва друг друга выносили! Он потащил меня в деловую поездку, и теперь надо как-то её пережить...
— Будете, — невозмутимо парировал босс.
— Нет, не буду!
Карие глаза вспыхнули опасным огнём. Шагнув навстречу, Громов навис надо мной и многообещающе протянул:
— Тогда, Ангелина Михайловна, я вас накажу.
Я никогда не верила в привороты и прочую чушь. Но потом случайно отнесла боссу кофе с зельем, которое туда добавила моя по уши влюблённая в него подруга, и тот… неожиданно воспылал ко мне чувствами, хотя раньше мы едва друг друга выносили! Он потащил меня в деловую поездку, и теперь надо как-то её пережить...
Муж уехал в командировку, а вечером я увидела его в такси, целующего другую женщину. Я молча собрала вещи и уехала в поселок своего детства.
Я думала, что спряталась навсегда. Поменяла симку, завела кота, приняла ухаживания соседа Васи, который смотрит на меня щенячьими глазами ещё со школы. И даже новость о том, что беременна от предателя, меня не сломала. Я же не плакса, в конце концов?
Десять лет я была счастлива в своем маленьком мире. Пока однажды вечером на пороге моего дома не вырос ОН. В камуфляже, при погонах, с тем же стальным взглядом. Генерал приехал за своей беглой женой.
— Здравствуй, жена, — сказал он, глядя на моего сына, который копия он. — Я соскучился.
А рядом стоял Васька, готовый за меня порвать любого. И теперь мне предстоит выбрать: гордая одиночка, верный друг или дать второй шанс отцу моего ребенка, который, кажется, готов перевернуть мир, чтобы вернуть меня? И самое главное — выдержит ли моё сердце ещё одну войну?
Я думала, что спряталась навсегда. Поменяла симку, завела кота, приняла ухаживания соседа Васи, который смотрит на меня щенячьими глазами ещё со школы. И даже новость о том, что беременна от предателя, меня не сломала. Я же не плакса, в конце концов?
Десять лет я была счастлива в своем маленьком мире. Пока однажды вечером на пороге моего дома не вырос ОН. В камуфляже, при погонах, с тем же стальным взглядом. Генерал приехал за своей беглой женой.
— Здравствуй, жена, — сказал он, глядя на моего сына, который копия он. — Я соскучился.
А рядом стоял Васька, готовый за меня порвать любого. И теперь мне предстоит выбрать: гордая одиночка, верный друг или дать второй шанс отцу моего ребенка, который, кажется, готов перевернуть мир, чтобы вернуть меня? И самое главное — выдержит ли моё сердце ещё одну войну?
— Аня, постой! Что за представление ты устроила? Что за песня? Что за пошел вон? Почему….?
Не дала ему договорить, я выдернула руку и достала из сумочки все те фото. Как карты рассыпала их у наших ног.
— Здесь все ответы, да ты и сам их прекрасно знаешь, не за чем притворяться. — я сама не узнала свой голос. Тихий, шипящий шепот.
— Что за…? — Саша опустил голову, пытаясь рассмотреть снимки.
— Только не нужно делать вид, что ничего не понимаешь. Надо иметь смелость отвечать за свои поступки. — Я все-таки открыла дверь машины и скользнула внутрь.
— Подожди, давай поговорим! Я не знаю, что это за фото, и о чем ты вообще сейчас…, — схватился за дверь машины, не давая закрыть ее. — Аня… — так мягко и нежно. Глаза моего мужа выражали столько боли и непонимания, что я на секунду поверила, но потом вновь опустила взгляд на лежащие на асфальте снимки.
— Ты не понял с первого раза? Могу повторить. ПОШЕЛ ВОН!
Не дала ему договорить, я выдернула руку и достала из сумочки все те фото. Как карты рассыпала их у наших ног.
— Здесь все ответы, да ты и сам их прекрасно знаешь, не за чем притворяться. — я сама не узнала свой голос. Тихий, шипящий шепот.
— Что за…? — Саша опустил голову, пытаясь рассмотреть снимки.
— Только не нужно делать вид, что ничего не понимаешь. Надо иметь смелость отвечать за свои поступки. — Я все-таки открыла дверь машины и скользнула внутрь.
— Подожди, давай поговорим! Я не знаю, что это за фото, и о чем ты вообще сейчас…, — схватился за дверь машины, не давая закрыть ее. — Аня… — так мягко и нежно. Глаза моего мужа выражали столько боли и непонимания, что я на секунду поверила, но потом вновь опустила взгляд на лежащие на асфальте снимки.
— Ты не понял с первого раза? Могу повторить. ПОШЕЛ ВОН!
Я застала собственного мужа в подсобке женского туалета с моей лучшей подругой.
Хороший финал десятилетней истории, не так ли?
Восемь лет брака, два года до него — и всё впустую. Он кричал, что я сама виновата, а она улыбалась.
Но я не та, кого можно добить. Я решила: он пожалеет. И выбрала идеальное оружие для мести — его крестника, главного врача нашей больницы. Холодного, властного, циничного Кирилла.
Проблема только в том, что Кирилл смотрит на меня так, будто эта игра для него не просто игра. И моё сердце, которое я считала разбитым, вдруг начинает биться чаще.
Что, если моя сладкая месть обернётся горькой правдой? Или, наоборот, станет моим спасением?
Хороший финал десятилетней истории, не так ли?
Восемь лет брака, два года до него — и всё впустую. Он кричал, что я сама виновата, а она улыбалась.
Но я не та, кого можно добить. Я решила: он пожалеет. И выбрала идеальное оружие для мести — его крестника, главного врача нашей больницы. Холодного, властного, циничного Кирилла.
Проблема только в том, что Кирилл смотрит на меня так, будто эта игра для него не просто игра. И моё сердце, которое я считала разбитым, вдруг начинает биться чаще.
Что, если моя сладкая месть обернётся горькой правдой? Или, наоборот, станет моим спасением?
— Я не понимаю, что вам нужно, — проговорила я, делая шаг назад, к спасительным дверям клиники.
— Да что тут понимать, — она шагнула за мной, перекрывая путь. — Он вчера приехал ко мне. Сказал, что вы его выгнали. Бедный мальчик, так расстроился.
Кровь отхлынула от лица. Нет. Не может быть. Это какая-то злая шутка. Розыгрыш.
— Он поехал в гостиницу, — выдавила я.
— Гостиница «У Юли»? — она рассмеялась. — Ну, можно и так сказать. Он вчера был такой… потерянный. А я умею утешать.
Она смотрела мне прямо в глаза, наслаждаясь произведённым эффектом. Наслаждаясь тем, как рушится мой мир.
— Не веришь? — Юлия снова усмехнулась, доставая из сумочки телефон.
На экране было видео. Дрожащее, снятое в каком-то тускло освещённом месте. Туалетная кабинка в баре. Громкая музыка на фоне. И двое.
Я узнала его сразу. Линия плеч, изгиб шеи, тёмные волосы. Рома. Мой Рома. Он прижимал к стене эту самую Юлию. Она запрокинула голову и улыбалась прямо в камеру.
— Да что тут понимать, — она шагнула за мной, перекрывая путь. — Он вчера приехал ко мне. Сказал, что вы его выгнали. Бедный мальчик, так расстроился.
Кровь отхлынула от лица. Нет. Не может быть. Это какая-то злая шутка. Розыгрыш.
— Он поехал в гостиницу, — выдавила я.
— Гостиница «У Юли»? — она рассмеялась. — Ну, можно и так сказать. Он вчера был такой… потерянный. А я умею утешать.
Она смотрела мне прямо в глаза, наслаждаясь произведённым эффектом. Наслаждаясь тем, как рушится мой мир.
— Не веришь? — Юлия снова усмехнулась, доставая из сумочки телефон.
На экране было видео. Дрожащее, снятое в каком-то тускло освещённом месте. Туалетная кабинка в баре. Громкая музыка на фоне. И двое.
Я узнала его сразу. Линия плеч, изгиб шеи, тёмные волосы. Рома. Мой Рома. Он прижимал к стене эту самую Юлию. Она запрокинула голову и улыбалась прямо в камеру.
Лизе Саблиной сорок пять лет. Она успешный врач. Муж Артем младше ее, и у них идеальный брак по договору: никаких иллюзий, только уважение и партнёрство.
Лиза думала, что умеет не влюбляться. Она ошиблась.
Когда в город возвращается молодая и голодная до чужого счастья Альбина, расставленные ловушки делают своё дело — Лиза вместо слёз выбрала холодную месть: методичную, элегантную, разрушительную.
Только не учла одного: когда играешь в чужие игры, легко забыть, где заканчивается роль и начинаешься ты сама.
Психологический роман о манипуляциях, гордости, поздней любви и о том, что иногда честный разговор сложнее хитроумной интриги.
Лиза думала, что умеет не влюбляться. Она ошиблась.
Когда в город возвращается молодая и голодная до чужого счастья Альбина, расставленные ловушки делают своё дело — Лиза вместо слёз выбрала холодную месть: методичную, элегантную, разрушительную.
Только не учла одного: когда играешь в чужие игры, легко забыть, где заканчивается роль и начинаешься ты сама.
Психологический роман о манипуляциях, гордости, поздней любви и о том, что иногда честный разговор сложнее хитроумной интриги.
Выберите полку для книги