Книги по тегу «романы о неверности»: ""

Алиса обвела взглядом комнату — всё казалось чужим, каждая деталь на кухне внезапно резала глаз: чашки, запасы чая, её журнал на полке. Слёзы застилали глаза, текст переписки снова рябил перед взором.
Она увидела строки, после которых стало особенно больно:
Максим: Обидно, что приходится врать ей каждый день.
Ксения: Подумаешь. Её роль — быть фоном.
Максим: Ты жестока, но такая настоящая…
Ксения: Ради тебя могу быть кем угодно.
Дрожащей рукой Алиса захлопнула ноутбук, прижимая его к себе, словно он мог её защитить.

Дверь в его кабинет была приоткрыта.
Странно. Артём, педант до мозга костей, всегда держал её закрытой наглухо.
-Не выношу посторонних взглядов, — говорил он.
Из щели доносился звук. Не скрип кресла, не гул принтера. Приглушённый стон. Женский.
Моё сердце будто провалилось куда-то в пятки, а затем вернулось бешеным стуком. Я не дыша, подошла ближе и заглянула внутрь.
Мир перевернулся. На тёмной коже дивана, который я сама когда-то выбирала, лежали Артём и его секретарша Люся, её миниатюрное чёрное платье валялось на полу. Рядом - дорогой костюм моего мужа.

РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
Внезапный стук в дверь вырвал меня из задумчивости.
Дверь медленно отворилась, и в проеме возник силуэт.
Катя. Моя младшая сестра, которую я не видела два года.
— Я...беременна, — прошептала она, опускаясь на кушетку. — Двадцать две недели. Нужно посмотреть, не шевелиться что-то…
Я кивнула, автоматически включая аппарат.
Интересно, кто отец?
Внезапно дверь распахнулась без предупреждения. В проеме, словно кошмар наяву, стоял Дмитрий.
Мой муж.
— Ну что, жена? — его голос прозвучал сладко и ядовито, разрезая тишину. — Мой наследник в порядке? Все ли хорошо с моим сыном?

- Тебя Алла в клубе вчера видела, - начинаю говорить мужу, и он замирает, даже перестает дышать. – С девкой какой-то. Говорит, вы целовались так, что искры летели в разные стороны.
- Бред. Я был на работе, - отвечает муж, а у самого руки трясутся.
- Я ей так же сказала, в итоге поругались. Сложно ей после развода, похоже хочет, чтобы и я развелась.
- Я тебе это давно говорил. Молодец, что не веришь в грязные сплетни.

Конечно, сплетни. Чистые, кристальные как слеза, сплетни.
Ой, дорогой мой, я тебе такой маскарад устрою, что ты век его не забудешь. Ты поплатишься за то, что предал меня, дочерей, наши двенадцать лет вместе.
Я этого так не оставлю.
Изменил, получи.

- Хватит с меня! Я просила уберечь меня, от этих жалких разговоров, о твоей любовнице!... - я почувствовала, как вхожу в состояние гнева, к своему мужу. Мне стало казаться, что он намеренно пытается причинить мне, душевную боль.
- София, прости! Я прошу простить меня! - он говорил это искренне, подходя ко мне ближе.
Я отстранилась от него, вытянув руки перед собой, я выставила свои ладони, как щит.
- Не подходи! Не смей приближаться ко мне, - у меня голос дрожал и ком подступил к горлу, - Ты причиняешь мне боль, не нужно сейчас просить прощение у меня, если тебя отвергла Лера... я не спасательный круг в вашей истории. Если ты тонешь, не тащи меня за собой пожалуйста!
- Ты не дослушала меня! Я уже на дне! Мне больше некуда тонуть...

— Что вы делаете в моей квартире? — Голос её был хриплым и чужим.
Кира — первая оправилась от ступора. Она заискивающе улыбнулась, моментально натянула на себя куртку, подхватила кроссовки, голос её прозвучал грубо, но старался быть насмешливым:
— Вера, ты не злись. Я не собиралась… Оно как-то само…
Вера покосилась на сестру, пытаясь уловить хоть намёк на раскаяние.
— Само? Кира, ты… в моём доме, с ним?!
Кира встретилась с её взглядом на короткое мгновение, потом тут же отвела глаза.
— Ну… да. Только не драматизируй!
На секунду в комнате наступила полная тишина. Кирилл молча стоял в дверях кухни, тяжело дышал, глядя куда-то в пол между пыльными ботинками. Наконец Кира рванула к двери, прокричав:
— Переспал со мной? И что? Да он вообще не тот, за кого себя выдаёт! Он со всеми спит! Ты вообще в курсе, что он женат?

ЗАВЕРШЕНО!
Я сглатываю комок в горле, читая текст сообщения на экране телефона моего мужа, который полосует меня острой бритвой прямо по сердцу:
«Милый, я знаю, что у вас сегодня годовщина свадьбы и все такое. Но если тебе станет скучно сидеть со своей ненаглядной женой, можешь придумать предлог сбежать от нее и приехать ко мне. Ты же знаешь, я вся твоя, и со мной ты точно не соскучишься».
А ниже фотография молодой девушки и ее тела нараспашку, подставленного под объектив камеры. Для моего мужа.
Шум праздника глохнет. Смех, музыка, голоса — все это проваливается в вакуум. Я стою посреди своей гостиной и слышу только оглушительный звон в ушах. В руке телефон мужа. Он обжигает мне ладонь, как клеймо предательства.

Джаз всё ещё играл — насмешливо лёгкий, беззаботный. Креветки источали аромат лимона. За окном шумел город, равнодушный и вечный.
А я стояла посреди нашей идеальной кухни, в нашей идеальной квартире, держа в руках телефон с фотографией, которая только что разнесла мою идеальную жизнь вдребезги.
И в этот момент в замке повернулся ключ.
Входная дверь открылась. Шаги в прихожей. Артём вернулся домой раньше обычного.
— Ксюш, я дома! — его голос звучал необычно. Напряжённо. — Слушай, я тут... я купил твои любимые розы. Нам нужно поговорить.
Он вошёл на кухню с огромным букетом белых роз в руках. Увидел меня — бледную, с его телефоном в руке, с открытой фотографией на экране.
Наши взгляды встретились.

Назойливое ощущение, что за мной следят. И взгляд такой тяжёлый, от которого  нечем дышать.  Потянулась за водой и понимаю, что руки трясутся. Убираю их под стол. “Дыши Света, дыши. Что с тобой? Ты не на сцене, всё хорошо. Что тебя напугало? “ Отдышавшись поднимаю взгляд и сталкиваюсь с парнем. Он чуть слегка кивает в знак приветствия и отворачивается к собеседнику. Я перевожу взгляд  на тех, кто с ним за столом и понимаю... 

— Тётя Лида… — неуверенно позвала Катя, мяла в руках подол платья. — Я кое-что знаю…
Лида нахмурилась, отставила чашку, присела рядом:
— Что ты хочешь сказать, Катюш?
Девочка опустила взгляд, шепотом произнесла:
— Просто… Я видела… — она запнулась, ее голос дрожал. — Позавчера ночью дядя Коля приезжал к нам, когда бабушка была на даче. Он был с тётей Мариной. Они долго не выходили из комнаты. А потом… — Катя замолчала, словно не находя слов, а потом выдохнула: — Я видела, как они целовались… Я боялась сказать…
Внутри всё сжалось. «Марина. Да она ему в матери годится». Та самая, которую все считали подругой семьи. Она вспомнила её пронзающий взгляд на последней встрече, неосознанные жесты, которыми Марина прикасалась к Николаю. Ревность уколола остро и больно, а сомнения — засвербели в голове бесконечной цепочкой догадок.