Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""

Много лет назад из-за мстительного императора моя семья оказалась полностью разорена, лишена земель и денег.

И вот теперь мне предстоит восстановить и подготовить к приему гостей мрачный замок еще более мрачного наследника императора.

Настоящей леди пойти в услужение к нелюдимому дракону? Немыслимо!

Но это единственный шанс вернуть нашей семье утраченный почёт и влияние.

Но что если черный дракон против вторжения в его жизнь и совсем не желает становиться наследником? Что делать?

Выполнить волю императора не смотря ни на что? Или попробовать смягчить сердце дракона?

Макс сидел за столом с отцом, попивая виски из тяжелого стакана. Иногда он смотрел на меня и я спиной чувствовала этот взгляд, как прикосновение льдинки.
— Ариночка, устала? — мама погладила меня по плечу.
— Да. Пора домой. Я вызову такси, — сказала я, с облегчением набирая номер.
Мама схватила меня за руку.
— Что за глупости, Арина! — возмутилась она. — Ночью, на такси, через весь город? Мальчики отвезут. С ними безопаснее, чем с чужим человеком.
— Конечно. Какое такси? — раздался голос Алекса. Он подошел и встал рядом с мамой. — Нам по пути.
— Нет! — выпалила я слишком громко.
Мне хотелось крикнуть: "Лучше чужой таксист, чем они!". Но я промолчала, потому что от стыда сжало горло. Не могла же я сказать, что мне не нравится, как смотрит Макс, а Алекс глупо шутит.

В Вольной Гавани сборщики не спрашивают, откуда у тебя покойник. Спрашивают, сколько ты за него заплатишь.
Тая Хинфан — убеждённый алхимик. Её очередной эксперимент закончился штатным взрывом. Обошлось без трупов, пока кто-то из соседей не поделился своим.
Теперь Тая должна сумму, которую не заработала за жизнь, а сборщик выделил три месяца и уютную плаху.
Но Гавань полна сомнительных возможностей, а Тая полна надёжных планов. Осталось не наплодить новых трупов по дороге. Или хотя бы спихнуть их кому-то другому.

Он смотрел на меня так, будто я самая желанная женщина на свете. Но у нас есть всего несколько дней, а потом я должна вернуться в город, где меня ждёт муж. А его, наверное, жена. Ведь такой мужчина не может быть свободен.
У нас нет будущего, есть только «здесь и сейчас». Готова ли я рискнуть всем, что бы начать с чистого листа?

Он появлялся снова и снова.
— Вы следите за мной? — спросила я однажды.
— Нет. — Он шагнул ближе, и воздух между нами стал горячим. — Я просто не могу держаться от вас подальше.
Его пальцы коснулись моего запястья — едва, невесомо, но по коже словно прошел разряд. Я не отстранилась.
— Вы играете со мной, — прошептала я.
— А вы со мной, — ответил он, наклоняясь так близко, что его дыхание коснулось моих губ. — Но вы не знаете, с кем решили играть.

Он улыбнулся уголком губ, и я поняла, что пропала: этот мужчина был опасен, как клинок, спрятанный в бархате, и притягателен, как бездна. Я видела его ложь, но всё равно позволила его рукам коснуться меня — потому что его грация обещала то, чего я не находила ни в одном другом. И я хотела узнать, что скрывается за этой соблазнительной маской.

– Ты никуда не уедешь! – кричит он. – Или я заберу ребенка. Ты не работаешь, у тебя нет денег, кроме тех, что я тебе даю, ты не сможешь обеспечить ребенка – любой суд предоставит опеку над ребенком мне.
Я любила его больше жизни. И люблю до сих пор. Мы были так счастливы втроём – я, он и наш сын… Но в планах его отца мне места не было. Зато мой ребёнок – наследник их империи – был дорогим трофеем, от которого они отказываться не собирались. Единственный выход, который у меня остался, – побег.

– Марина, вы в порядке? – раздался рядом уже знакомый голос, наполненный тревогой.
Яр склонился надо мной, и его светлые локоны качнулись, спадая на лицо. Красивый, не отнимешь.
– В полном, – соврала я, принимая сидячее положение. – Зима, будь она неладна!
– О, зря вы так! Зима – это прекрасное время, – ответил Яр, протягивая мне руку.
Нехотя я приняла предложенную помощь и встала на ноги.
– Угу. Скользких тротуаров и несбыточных желаний, – мрачно закончила я.
– Они перестанут быть такими, как только вы их загадаете.

Финальный экзамен в Академии Магии — дело серьезное, особенно если для высшего балла тебе нужно угнать артефакт прямо из-под носа невыносимо сексуального Хранителя Запретной секции. Но ведьма иллюзий Эвелин не ожидала, что строгий паладин Аларик окажется настолько горяч на дубовом столе, а проклятую «Слезу Феникса» уведут прямо во время их тактического марафона страсти!
Чтобы не угодить на костер Инквизиции, этой безумной парочке придется заключить греховный пакт и отправиться в порочный Теневой Город. «Раз уж мы не можем уснуть… придется снимать это заклинание проверенным способом», — и поверьте, BDSM-разведка в кожаных портупеях и безумная погоня на летающих метлах — это только начало их ведьминского форс-мажора!
Ловите вора, держите чулки и приготовьтесь к самой жаркой сессии в вашей жизни!

— Тише, Ворган, — выдохнула я, не повышая голоса. Он замер. Мгновение назад в его темных глазах плясала ярость и желание взять то, что принадлежало ему по праву силы. Но стоило мне произнести эти слова, как его зрачки изменились, став вертикальными. Его огромное, напряженное тело обмякло, повинуясь моей воле и чему-то древнему, что проснулось в его крови от моего голоса. Он опустился на колени. Медленно, с глухим рычанием, в котором смешались унижение и благоговейный трепет. Я коснулась его щеки, и он покорно прижался ладонью к моей руке, как зверь, наконец нашедший свой дом. В этот миг я поняла: я перестала быть их добычей. Я стала их якорем.
🔥🔥🔥
Когда драконы-наемники приходят сжечь деревню, девятнадцатилетняя Лия предлагает им единственное, что может спасти её семью: свою непорочность. Она знает о Древнем законе, дарующем дракону силу, а его паре — бессмертие. Но ни она, ни двое изгнанных братьев-драконов не подозревают, какова истинная цена этой сделки...

– А поехали купаться? – спросила она, осененная шальной идеей.

– Предложение, конечно, классное, – кивнул он, соглашаясь. – Освежиться сейчас бы не помешало, в такую-то жарень. Только у меня нет с собой плавок.

– Ну и что? – Она озорно улыбнулась и развела руками. – У меня тоже! Я знаю отличное место, там никого не бывает.