Книги по тегу «семья и семейные ценности»: ""
Настя Белова - серая офисная мышка, имя которой мало кто помнит. Но на корпоративе она влипает в историю... переспав сразу с двумя красавцами шефами. Кто-то из коллег подставляет ее, подмешав в бокал некий препарат, вызывающий дикое желание. Казалось бы, после этого Настю должны с треском уволить. Но оба босса неожиданно предлагают девушке должность личной помощницы. Все бы ничего, если бы не шокирующая новость: Настя оказывается в ожидании двойни. И отец - один из непредсказуемых и почему-то враждующих между собой боссов...
Жили они долго и вполне счастливо, пока Эрик не задал жене провокационный вопрос: "Почему это у них за семь лет брака не появилось потомства?"
Ну и понеслось...
На самом деле: жизнь не такая плохая, как нам кажется… она еще хуже.
История о том, что пока в отношениях главенствует разум - они простые, спокойные, приличные, но стоит добавить чувства и следует извержение вулкана или взрыв сверхновой.
Кого-то может и забрызгать...
Обложка от волшебниц из «Мастерская PARAdis»
Ну и понеслось...
На самом деле: жизнь не такая плохая, как нам кажется… она еще хуже.
История о том, что пока в отношениях главенствует разум - они простые, спокойные, приличные, но стоит добавить чувства и следует извержение вулкана или взрыв сверхновой.
Кого-то может и забрызгать...
Обложка от волшебниц из «Мастерская PARAdis»
Одна женщина.
Трое мужчин: муж, любовник, сын. Все они с секретами.
Муж, старше на двадцать лет и скорее наставник, чем супруг. Он что-то скрывает? Быть такого не может, за десять лет брака она хорошо его изучила.
Любовник гипотетический и лишь в головах окружающих, а на деле – аспирант, сильно моложе. Красавец с гениальными мозгами.
Сын приемный. Единственный. Подарок Судьбы
Если жизнь твоя давно спокойна и налажена, важно помнить, что мудростью своей народ делится не зря. А поговорка "И на старуху бывает проруха" зачастую идет вместе с "Не хвали день до вечера, машину до парковки, а мужа до погребальной процессии".
Семейная сага, где вдохновенно страдают даже герои второго плана.
Роман-терапия для взрослых девочек
ХЭ
Обложка от And Artedox
Трое мужчин: муж, любовник, сын. Все они с секретами.
Муж, старше на двадцать лет и скорее наставник, чем супруг. Он что-то скрывает? Быть такого не может, за десять лет брака она хорошо его изучила.
Любовник гипотетический и лишь в головах окружающих, а на деле – аспирант, сильно моложе. Красавец с гениальными мозгами.
Сын приемный. Единственный. Подарок Судьбы
Если жизнь твоя давно спокойна и налажена, важно помнить, что мудростью своей народ делится не зря. А поговорка "И на старуху бывает проруха" зачастую идет вместе с "Не хвали день до вечера, машину до парковки, а мужа до погребальной процессии".
Семейная сага, где вдохновенно страдают даже герои второго плана.
Роман-терапия для взрослых девочек
ХЭ
Обложка от And Artedox
Два года назад они разошлись. Игорь уехал в столицу, Алёна осталась в родном городе. Он выбрал собственный бизнес и свободу, она - корпоративную карьеру и стабильность. За ним по пятам Алёна добилась назначения в Москву, но встретились они случайно - однажды им оказалось по пути...
Возможно ли разжечь любовь заново, если ты её уже не видишь? Даша не надеется оживить чувства, считая, что её семья просто утонула в быте и повседневности. Да и желания нет ничего возобновлять. Она просто знает, что любит мужа, а он её. А то, что её многое раздражает, так это нормально. Столько лет вместе. И без любви можно прожить.
Но когда на горизонте появляется первая школьная любовь Даши, у неё просто сносит предохранители от эмоций и чувств. Но вот проблема, что-то сдерживает её. Не дает полностью отдаться этим эмоциям. Или это не то чем кажется, а просто хитро построенная игра, которая может слишком дорого обойтись Даше?
Но когда на горизонте появляется первая школьная любовь Даши, у неё просто сносит предохранители от эмоций и чувств. Но вот проблема, что-то сдерживает её. Не дает полностью отдаться этим эмоциям. Или это не то чем кажется, а просто хитро построенная игра, которая может слишком дорого обойтись Даше?
— Залезайте ко мне. Здесь сухо и тепло.
Она обернулась, и её голубые глаза распахнулись – два глубоких озера небесного цвета, полные искреннего удивления. Капли дождя стекали по её щекам, словно слезинки, но улыбка не сходила с лица
— Серьёзно? – её голос звенел, как колокольчик. – А вы не маньяк?
Голубые глаза сверкнули с вызовом.
— Маньяки не носят костюмы за десять тысяч долларов, – парировал я. – И я никогда не предлагаю то, в чём не уверен.
Она нырнула в салон, а мокрое платье обрисовало каждую линию её тела так, что я забыл, как дышать. В голове зазвучал голос вот уж точно не разума: «Сделай ребёнка. Сейчас. От неё».
💖💖💖
Она обернулась, и её голубые глаза распахнулись – два глубоких озера небесного цвета, полные искреннего удивления. Капли дождя стекали по её щекам, словно слезинки, но улыбка не сходила с лица
— Серьёзно? – её голос звенел, как колокольчик. – А вы не маньяк?
Голубые глаза сверкнули с вызовом.
— Маньяки не носят костюмы за десять тысяч долларов, – парировал я. – И я никогда не предлагаю то, в чём не уверен.
Она нырнула в салон, а мокрое платье обрисовало каждую линию её тела так, что я забыл, как дышать. В голове зазвучал голос вот уж точно не разума: «Сделай ребёнка. Сейчас. От неё».
💖💖💖
— Это не шутка?
— Нет, Айгуль. Она теперь будет жить с нами.
— Она — моя сестра. Моя младшая сестра, Руслан!
— Так решили. Смирись.
Он привёл в дом вторую жену. Моё место заняла та, кому я доверяла всю жизнь. Младшая сестра. Родная кровь.
Родня велит молчать, «таковы традиции», но как молчать, если рушат твою семью?
Я не смирилась. Я видела, как мужа и сестру связывают тайные бумаги, доверенности, никях. Я чувствовала, как уводят детей у меня из рук. И каждый день проживала заново одну и ту же боль — предательство в собственном доме.
Но есть предел. И когда он наступил — я перестала быть жертвой. Я выбрала бороться. По-настоящему. Против всех.
— Нет, Айгуль. Она теперь будет жить с нами.
— Она — моя сестра. Моя младшая сестра, Руслан!
— Так решили. Смирись.
Он привёл в дом вторую жену. Моё место заняла та, кому я доверяла всю жизнь. Младшая сестра. Родная кровь.
Родня велит молчать, «таковы традиции», но как молчать, если рушат твою семью?
Я не смирилась. Я видела, как мужа и сестру связывают тайные бумаги, доверенности, никях. Я чувствовала, как уводят детей у меня из рук. И каждый день проживала заново одну и ту же боль — предательство в собственном доме.
Но есть предел. И когда он наступил — я перестала быть жертвой. Я выбрала бороться. По-настоящему. Против всех.
— Это кто с тобой, Арсен?
— Не твое дело, Лейла.
— Я видела фото… Ты женился?
— Смирись. Так будет.
Он привёл в мою жизнь чужую женщину и хотел, чтобы я молчала. Чтобы я сидела за одним столом с соперницей и делила мужа. Но я не вещь, и не тень.
Родня давила, свекровь кричала, дети страдали. Мне говорили: «терпи, так принято».
А я выбрала другое — бороться. За себя. За своих детей. За право не жить в унижении.
— Не твое дело, Лейла.
— Я видела фото… Ты женился?
— Смирись. Так будет.
Он привёл в мою жизнь чужую женщину и хотел, чтобы я молчала. Чтобы я сидела за одним столом с соперницей и делила мужа. Но я не вещь, и не тень.
Родня давила, свекровь кричала, дети страдали. Мне говорили: «терпи, так принято».
А я выбрала другое — бороться. За себя. За своих детей. За право не жить в унижении.
— Тимур, это правда? Ты женишься на ней?
— Лейла, это не обсуждается. Решили старшие.
— А я? Я для тебя кто?
— Ты остаёшься женой. Но теперь вас будет двое…
Я прожила двадцать лет в браке, родила двоих детей, была рядом во всём. А теперь меня заставляют молчать и смотреть, как муж ведёт в дом молодую девицу.
Но я не стану служанкой при чужом празднике.
Я сказала своё «нет».
Да, на Кавказе у женщины редко спрашивают согласия. Но я больше не буду жить по чужим правилам. Я буду жить по своим.
— Лейла, это не обсуждается. Решили старшие.
— А я? Я для тебя кто?
— Ты остаёшься женой. Но теперь вас будет двое…
Я прожила двадцать лет в браке, родила двоих детей, была рядом во всём. А теперь меня заставляют молчать и смотреть, как муж ведёт в дом молодую девицу.
Но я не стану служанкой при чужом празднике.
Я сказала своё «нет».
Да, на Кавказе у женщины редко спрашивают согласия. Но я больше не буду жить по чужим правилам. Я буду жить по своим.
— Мам, а тётя Наиля красивая, да?
— Какая ещё Наиля?
— Папа сказал, она теперь тоже будет жить с нами. И будет моей второй мамой.
В одну секунду рушится всё: дом, семья, привычная жизнь. Муж приводит другую женщину и называет её «второй женой». Родня заставляет молчать, охрана не пускает к детям, а за воротами слышен крик собственной дочери: «Мамочка!»
Где граница унижения, после которого женщина уже не сможет быть прежней? И что делать, если твой крест — это не просто измена, а война за детей, за право жить и дышать?
— Какая ещё Наиля?
— Папа сказал, она теперь тоже будет жить с нами. И будет моей второй мамой.
В одну секунду рушится всё: дом, семья, привычная жизнь. Муж приводит другую женщину и называет её «второй женой». Родня заставляет молчать, охрана не пускает к детям, а за воротами слышен крик собственной дочери: «Мамочка!»
Где граница унижения, после которого женщина уже не сможет быть прежней? И что делать, если твой крест — это не просто измена, а война за детей, за право жить и дышать?
Выберите полку для книги