Книги по тегу «сильная героиня»: ""

– Я с тобой развожусь. – Илья произнёс это на удивление так спокойно, что это никак не вязалось с его горящим злостью взглядом.
– Что?
– А ты резко оглохла? Я с тобой развожусь. И я как бы планировал сказать тебе об этом чуть позже, не в твой день рождения, но ты сама подтолкнула меня к этому разговору.
– Как бы планировал? Ну спасибо! Что ещё скажешь? Давай, хватит всё держать в себе!
– У меня есть другая женщина.
– Давно?
– А это важно?
– Кто она?
– А к чему тебе эта информация? Но если тебе интересно, то скажу так. Моя новая избранница хрупкая, покладистая и слабая. С ней я могу почувствовать себя настоящим мужчиной, чьё слово – закон.
– То есть это я оказалась слишком сильной для тебя? Или это ты оказался слишком слабым для такой женщины, как я?

Я — генерал. Я никогда не проигрываю.
Но этот эльф смотрит на меня так, будто я его добыча. Наглый, опасный, с карими глазами, от которых становится жарко. Я купила его на невольничьем рынке, чтобы использовать как спарринг-партнёра. А он использует меня.
В постели он не подчиняется. Он берёт. Рвёт контроль, ломает броню, вырывает из меня то, что я прятала годами. И я позволяю.

— Ты моя.
— Посмотрим.

Война закончилась. Но настоящая битва только начинается. И если король решит его убить — я сожгу этот чёртов дворец дотла.

БЕСПЛАТНО
— Ты опять в этом ходишь? — он смотрит на меня и кривится.
Я машинально тяну край кофты вниз.
— Мне удобно.
— Удобно… — усмехается. — Ты себя в зеркало видела?
Я поднимаю глаза. Внутри что-то щелкает. Мерзкая догадка.
— У тебя есть другая?
Он выдыхает.
— Да.
В тот же вечер я ухожу. С одной сумкой. С ощущением, что меня променяли на любовницу.
На следующий день — новая работа. Я стою перед зеркалом в чужой рубашке, которая тянет на груди, и думаю только об одном: не разреветься.
— У нас тут не жалеют, — говорит он.
— Я не прошу, — отвечаю.
Он — мой босс. Жёсткий, холодный. С ним нельзя быть слабой.
А потом появляется она.
— Теперь понятно, почему он ушёл, — улыбается, разглядывая меня.
И в этот момент я понимаю: я больше не буду подстраиваться.
Только вот проблема… единственный мужчина, перед которым мне хочется выпрямиться — это мой босс.

💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚

— Папочка! — радостно кричит девочка и бросается к моему мужу.

Я стою на парковке, не чувствуя ног, и смотрю, как Кирилл подхватывает ребёнка на руки — легко, привычно, как будто делал это тысячу раз.

Десять лет брака.
Десять лет попыток стать мамой.
И один удар — который разбивает всё.

Я думала, самое страшное сегодня — сбить чужого ребёнка.
Оказалось, куда больнее — узнать, что этот ребёнок не чужой.

Что у моего мужа есть другая женщина.
Другая жизнь.
Другая семья.
И я в ней — лишняя.

Говорят, правда всегда выходит наружу.
Но как жить дальше, если вся твоя жизнь оказалась ложью?

Куба середины века. Время, когда власть измеряется деньгами, страхом и связями.
Мой брак был адом. Мой муж считал, что купил меня, как вещь. Он ошибался. Я училась у него быть безжалостной, непредсказуемой и бить первой. Я сделала так, что его смерть стала моим триумфом, а его увядающая империя — моим Олимпом.
Сегодня я — хищница. Мужчины жаждут моего взгляда, враги мечтают о моей смерти, а мир лежит у моих ног. Я добилась всего, о чем не смела просить у Бога, но в моей груди — выжженная пустыня.
Но именно тогда, когда все враги повержены, судьба готовит мне последнюю встречу — с любовью, которая способна либо исцелить израненную душу, либо окончательно сжечь то, что осталось от Сердца Артемиды. Но можно ли довериться чувствам, если ты построила свою жизнь на крови, тайнах и холодном расчёте?

Сказка о любви, которая не знает границ и верности, что проходит сквозь тысячелетия. Сказка о Сью, чье истинное имя Сигюн. И о том, кто стоит всех капель пролитого яда.

Я стояла за кулисами и смотрела, как мой муж помогает беременной любовнице подняться на сцену моего фонда.
— Многие из вас знают Веру как лицо нашего проекта, — продолжил он, и у меня внутри что-то обрушилось от этого “знают Веру”, будто я была уже не жена, а чужая сотрудница. — Но время перемен приходит даже в самые устойчивые системы. Люба — женщина, которая вдохновила меня начать жизнь честно. Без лжи.
— И с сегодняшнего дня, — закончил Глеб, — именно Любовь Миронова станет новым публичным куратором фонда.

Двадцать лет брака рушатся за один вечер — прямо на сцене благотворительного фонда, который я строила своими руками. Предательство, унижение и попытка вычеркнуть меня из собственной жизни становятся точкой невозврата. Но вместо того чтобы исчезнуть, я начну борьбу — за своё имя, своё дело и право больше никогда не быть чьей-то тенью.

— Иди сюда, пышка моя, — прошептал он мне на ухо, ведя меня в спальню.
Я шла за ним, как сомнамбула. В спальне горел тусклый свет из коридора. Игорь, не раздеваясь, начал стягивать с меня халат. Его руки были нетерпеливыми, даже грубыми. Он тискал меня, покусывал плечи, бормотал что-то о том, как ему надоела «эта худоба Елена», и как хорошо, что теперь у него есть я — «пышненькая, мягонькая».
Я лежала и смотрела в потолок, на котором от уличного фонаря дрожал желтый круг. Где-то в глубине души зашевелилась обида. Я понимала, что сейчас, в эту минуту, он видит не меня. Он видит способ унизить ту, другую. Я — просто инструмент его мести, его способ самоутвердиться...

Как себя надо вести, если тебя похищает дракон? А как узнать, зачем тебя похитили, если дракон оказался немногословным, а ещё очень занятым. И даже то, что это генерал, не даёт ему права так себя вести. Вот Вивиана и не сдалась на волю похитителя, решив самой решать, с кем ей быть и где. Генерал ещё не раз проклянёт находчивость своей свободолюбивой пары. А сколько сюрпризов его ожидает в погоне за сердцем и другими частями тела его неугомонной пары.

Он казнил моего мужа.
А меня… оставил в живых.
По древнему закону я стала женой Карателя — мужчины, которого должна ненавидеть.
Его замок — тюрьма. Его правила — закон. Его прикосновения — опасность, к которой нельзя привыкать.
Но чем сильнее я хочу его уничтожить… тем чаще ловлю себя на том, что падаю в эту тьму вместе с ним.
И самое страшное — мой муж, возможно, был не тем, кем я его считала.