Книги по тегу «сильная героиня»: ""
День святого Валентина праздник для влюбленных?
Нет, это не всегда так! Мой Валентин оказался не святым! И НЕВЕРНЫМ!
За неделю до нашей свадьбы я нашла в телефоне жениха переписку и интимные фото.
Три месяца он изменял мне с…
– Три месяца вы обсуждали меня, смеялись надо мной, называли меня проектом. Сегодня я покажу всем, кто вы есть на самом деле.
Вместо клятв любви будет разоблачение.
Вместо поцелуя – месть.
Вместо «да» – публичная казнь на глазах у высшего общества.
– Свадьба отменяется. А вы получите по заслугам – позор.
История о предательстве, разрушившем сказку. И о мести, вернувшей свободу.
Нет, это не всегда так! Мой Валентин оказался не святым! И НЕВЕРНЫМ!
За неделю до нашей свадьбы я нашла в телефоне жениха переписку и интимные фото.
Три месяца он изменял мне с…
– Три месяца вы обсуждали меня, смеялись надо мной, называли меня проектом. Сегодня я покажу всем, кто вы есть на самом деле.
Вместо клятв любви будет разоблачение.
Вместо поцелуя – месть.
Вместо «да» – публичная казнь на глазах у высшего общества.
– Свадьба отменяется. А вы получите по заслугам – позор.
История о предательстве, разрушившем сказку. И о мести, вернувшей свободу.
— Ваша внешность не соответствует нашему формату. У нас есть радио для таких… типажей, — заявил Никита Воропаев, владелец холдинга, при всём коллективе. Он предложил убраться в радиоотдел. Я лишь молча кипела от злости.
Но когда его принцесса эфира устроила истерику прямо в кадре, а камера зависла на нём, он в панике схватил за руку первую попавшуюся — меня. Так начался наш адский дуэт.
Теперь мы — главные враги в утреннем эфире, за чьими перепалками следят миллионы. Наши ссоры поднимают рейтинги. Наши взгляды за кадром — искрятся ненавистью.
Это война. И я не намерена проигрывать ни в эфире, ни в этой игре без правил, которая завела нас слишком далеко. Пусть весь мир наблюдает. Они ещё узнают, на что способна та, кого не хотели даже в кадр пускать.
Но когда его принцесса эфира устроила истерику прямо в кадре, а камера зависла на нём, он в панике схватил за руку первую попавшуюся — меня. Так начался наш адский дуэт.
Теперь мы — главные враги в утреннем эфире, за чьими перепалками следят миллионы. Наши ссоры поднимают рейтинги. Наши взгляды за кадром — искрятся ненавистью.
Это война. И я не намерена проигрывать ни в эфире, ни в этой игре без правил, которая завела нас слишком далеко. Пусть весь мир наблюдает. Они ещё узнают, на что способна та, кого не хотели даже в кадр пускать.
— Это что?
— Договор.
— На неё?
— И что?
— Ты переписывал имущество за моей спиной?
— Я подстраховывался. Ты бы всё равно никуда не делась.
Я узнала об измене в последний момент.
А о том, что меня уже вычеркнули из жизни — по документам, заранее и хладнокровно — слишком поздно, чтобы делать вид, что ничего не происходит.
Он был уверен: я промолчу. Я была уверена в другом. Предательство прощать нельзя.
— Договор.
— На неё?
— И что?
— Ты переписывал имущество за моей спиной?
— Я подстраховывался. Ты бы всё равно никуда не делась.
Я узнала об измене в последний момент.
А о том, что меня уже вычеркнули из жизни — по документам, заранее и хладнокровно — слишком поздно, чтобы делать вид, что ничего не происходит.
Он был уверен: я промолчу. Я была уверена в другом. Предательство прощать нельзя.
«Поздравляю, дорогой! С годовщиной...и с новой пассией»
Вместо романтического ужина Марина получила «подарок»: мужа в офисе со секретаршей. На глазах у десятилетней дочки. Гоша ещё посмел винить во всём её, родившую ему ребёнка и посвятившую ему лучшие годы.
Хватит! Марина решает, что лучшая месть — жить ярко и счастливо. А её оружие — Кирилл, холостой, успешный и невероятно привлекательный... Двоюродный брат неверного мужа.
План «Охмурить Кирилла» даёт сбои на каждом шагу: то она падает перед ним в лужу, то в нетрезвом состоянии звонит ему же, что пожаловаться...на него! А проснувшись в его постели, готова сбежать, забыв про всю свою держав затею.
Но что, если эта «месть» окажется её самым большим счастьем? И что, если Гоша и его «Валечка» совсем не готовы просто так отступить?
Вместо романтического ужина Марина получила «подарок»: мужа в офисе со секретаршей. На глазах у десятилетней дочки. Гоша ещё посмел винить во всём её, родившую ему ребёнка и посвятившую ему лучшие годы.
Хватит! Марина решает, что лучшая месть — жить ярко и счастливо. А её оружие — Кирилл, холостой, успешный и невероятно привлекательный... Двоюродный брат неверного мужа.
План «Охмурить Кирилла» даёт сбои на каждом шагу: то она падает перед ним в лужу, то в нетрезвом состоянии звонит ему же, что пожаловаться...на него! А проснувшись в его постели, готова сбежать, забыв про всю свою держав затею.
Но что, если эта «месть» окажется её самым большим счастьем? И что, если Гоша и его «Валечка» совсем не готовы просто так отступить?
«Проваливай!» — гаркнула бабка у лифта. Что ж, в самый разгар Масленицы я и провалилась. Буквально: из панельного подъезда — прямиком в ледяное озеро посреди незнакомого леса.
Шок? Ещё какой! Но это оказалось лишь началом. Теперь я — Елена Прекрасная (хотя вчера была просто Ольгой, уставшим менеджером с кредитом). У меня на руках — восьмилетняя дочь-краса Василиса (откуда?!), которая уверена, что я её мама. А вокруг — два «претендента», от которых волосы встают дыбом.
Тихон, Водяной. Невероятно красив, обаятелен, говорит сладкие слова и клянётся в вечной страсти. Но в его тёмных, как омут, глазах — холодный расчёт. Он считает мою дочь… идеальным «подарком» для своих русалок.
Лука, Леший. Суров, молчалив, как вековой мох. Не блещет сладкими речами, зато именно он дал нам кров и защиту. Он смотрит на Василису с неожиданной нежностью, а на меня — с тяжелым взглядом, полным какой-то старой, непонятной боли.
Шок? Ещё какой! Но это оказалось лишь началом. Теперь я — Елена Прекрасная (хотя вчера была просто Ольгой, уставшим менеджером с кредитом). У меня на руках — восьмилетняя дочь-краса Василиса (откуда?!), которая уверена, что я её мама. А вокруг — два «претендента», от которых волосы встают дыбом.
Тихон, Водяной. Невероятно красив, обаятелен, говорит сладкие слова и клянётся в вечной страсти. Но в его тёмных, как омут, глазах — холодный расчёт. Он считает мою дочь… идеальным «подарком» для своих русалок.
Лука, Леший. Суров, молчалив, как вековой мох. Не блещет сладкими речами, зато именно он дал нам кров и защиту. Он смотрит на Василису с неожиданной нежностью, а на меня — с тяжелым взглядом, полным какой-то старой, непонятной боли.
— Ты изменил мне.
— Я знаю.
— И позволил другой женщине унижать меня.
— Я был слепым идиотом.
— Нет, Марк, тебе так было удобно.
Карина застала мужа с любовницей.
Услышала, как та смеётся над ней и требует дорогие подарки.
И ушла молча. Без истерик. Без сцен.
Марк был уверен: она перебесится и вернётся.
Но Карина впервые выбрала не брак, не привычку и не страх остаться одной.
Теперь он готов на всё, чтобы её вернуть.
А она не уверена, что хочет быть возвращённой.
— Я знаю.
— И позволил другой женщине унижать меня.
— Я был слепым идиотом.
— Нет, Марк, тебе так было удобно.
Карина застала мужа с любовницей.
Услышала, как та смеётся над ней и требует дорогие подарки.
И ушла молча. Без истерик. Без сцен.
Марк был уверен: она перебесится и вернётся.
Но Карина впервые выбрала не брак, не привычку и не страх остаться одной.
Теперь он готов на всё, чтобы её вернуть.
А она не уверена, что хочет быть возвращённой.
— Ты обещал, что решишь. Сколько ещё ждать?
— Майя, не сейчас. У меня семья.
— Семья? — она усмехнулась. — А ребёнок во мне — это что тогда? Ошибка?
Я стояла в коридоре собственной квартиры и слушала, как мой муж обсуждает беременность другой женщины.
Без стыда. Без страха. Будто меня уже не существует.
Он думал, что я промолчу. Что закрою глаза. Что переживу и забуду.
Но в тот вечер я поняла главное: предатель не раскаивается — он просто ждёт, когда ему снова станет удобно.
Эта история о том, как я узнала правду. И о том, чем за неё ему пришлось заплатить.
— Майя, не сейчас. У меня семья.
— Семья? — она усмехнулась. — А ребёнок во мне — это что тогда? Ошибка?
Я стояла в коридоре собственной квартиры и слушала, как мой муж обсуждает беременность другой женщины.
Без стыда. Без страха. Будто меня уже не существует.
Он думал, что я промолчу. Что закрою глаза. Что переживу и забуду.
Но в тот вечер я поняла главное: предатель не раскаивается — он просто ждёт, когда ему снова станет удобно.
Эта история о том, как я узнала правду. И о том, чем за неё ему пришлось заплатить.
Пока я была на дежурстве, муж поехал навестить маму и помочь ей с огородом.
Вот только парился он не в деревенской бане, а в новом аквакомплексе, где случайно попал в объектив моей подруги. Он целовался у всех на виду со своей коллегой Викторией.
Дома я обнаружила пропажу всех семейных накоплений, а уже на следующий день любовница похвасталась на своей страничке новеньким автомобилем.
Что ж, предатель, ты вернешь все деньги и дорого заплатишь за измену!
Вот только парился он не в деревенской бане, а в новом аквакомплексе, где случайно попал в объектив моей подруги. Он целовался у всех на виду со своей коллегой Викторией.
Дома я обнаружила пропажу всех семейных накоплений, а уже на следующий день любовница похвасталась на своей страничке новеньким автомобилем.
Что ж, предатель, ты вернешь все деньги и дорого заплатишь за измену!
Инолесс не умела отпускать людей. Когда близкие причиняли ей невыносимую боль, она создавала их идеальные копии — существ, которые никогда её не покинут. Годами она прятала их в тени своего дома, оберегая хрупкую иллюзию любви, пока однажды тайное не стало явным.
Вырвавшись на свободу и узнав правду о своем происхождении, клоны развернули кровавую охоту на оригиналов. Теперь Инолесс оказалась в эпицентре войны, которую породила сама. Ей предстоит решить невыполнимую задачу: как защитить тех, кого любишь, от тех, кого любишь не меньше? И какую цену придется заплатить за попытку подменить живых людей их послушными тенями?
Вырвавшись на свободу и узнав правду о своем происхождении, клоны развернули кровавую охоту на оригиналов. Теперь Инолесс оказалась в эпицентре войны, которую породила сама. Ей предстоит решить невыполнимую задачу: как защитить тех, кого любишь, от тех, кого любишь не меньше? И какую цену придется заплатить за попытку подменить живых людей их послушными тенями?
"Вика" из переписки мужа оказалась моей младшей сестрой. Но измена была не самым страшным, что я узнала.
Марина поставила на стол тарелки с жареной картошкой. Олег ел молча, уткнувшись в телефон. Раньше он хотя бы делал вид, что смотрит телевизор. Теперь даже этого не было.
Марина поставила на стол тарелки с жареной картошкой. Олег ел молча, уткнувшись в телефон. Раньше он хотя бы делал вид, что смотрит телевизор. Теперь даже этого не было.
Выберите полку для книги