Книги по тегу «сильная героиня»: ""
«Ты располнела, постарела, с тобой скучно».
После этих слов муж променял меня на юную любовницу , оставив с пятилетним сыном и разбитым сердцем. Чтобы начать с нуля, я сбежала на Алтай , устроившись кухаркой к суровому хозяину турбазы. Неожиданно именно он, молчаливый Егор, стал для моего запуганного мальчика настоящим защитником.
Но бывший выследил нас. Желая добить меня и забрать ребенка, он настаивает на тесте ДНК. Вот только результат шокирует всех: вероятность его отцовства — ноль процентов!
Правда, которую я прятала даже от себя, вырвалась наружу. Биологический отец моего сына — мой новый босс. Тот самый незнакомец со шрамом на ладони , с которым я провела одну отчаянную ночь шесть лет назад ... Бывший в ярости , а мне предстоит открыться мужчине, который начал возвращать меня к жизни.
После этих слов муж променял меня на юную любовницу , оставив с пятилетним сыном и разбитым сердцем. Чтобы начать с нуля, я сбежала на Алтай , устроившись кухаркой к суровому хозяину турбазы. Неожиданно именно он, молчаливый Егор, стал для моего запуганного мальчика настоящим защитником.
Но бывший выследил нас. Желая добить меня и забрать ребенка, он настаивает на тесте ДНК. Вот только результат шокирует всех: вероятность его отцовства — ноль процентов!
Правда, которую я прятала даже от себя, вырвалась наружу. Биологический отец моего сына — мой новый босс. Тот самый незнакомец со шрамом на ладони , с которым я провела одну отчаянную ночь шесть лет назад ... Бывший в ярости , а мне предстоит открыться мужчине, который начал возвращать меня к жизни.
– Глеб Викторович, вы точно не против, если ваша жена в отместку заведёт роман? – уточнила психолог.
– Не против, — хмуро выдавил из себя Глеб. – Конечно, я не в восторге! Мне придётся закрыть глаза на то, что моя жена переспит с каким-то левым мужиком. Но другого выхода нет! Иначе она не простит меня, а развода я не хочу…
Око за око… Мой муж четыре месяца крутил с другой. Каждый день и с удовольствием. Я сделаю то же самое. Разве это не справедливо?
Мужчину для мести я нашла, но всё пошло не по плану…
– Не против, — хмуро выдавил из себя Глеб. – Конечно, я не в восторге! Мне придётся закрыть глаза на то, что моя жена переспит с каким-то левым мужиком. Но другого выхода нет! Иначе она не простит меня, а развода я не хочу…
Око за око… Мой муж четыре месяца крутил с другой. Каждый день и с удовольствием. Я сделаю то же самое. Разве это не справедливо?
Мужчину для мести я нашла, но всё пошло не по плану…
Запах не врёт. Даже когда все остальные врут.
Анна прожила в браке одиннадцать лет. Уютная квартира, дорогие ужины, подарки по праздникам. И тишина. Та тишина, в которой умирают громче, чем от крика.
Она не искала доказательств измены. Доказательство нашло её само — в бардачке мужа. Чёрный флакон французских духов с горьким апельсином, туберозой и кожей.
Через день тот же запах — на её лучшей подруге.
Аня не устраивает сцен. Не собирает чемоданы с криками. Она подписывает развод… и принимает приглашение на свадьбу от мужчины, которого бросила десять лет назад ради «стабильности».
Арсений ждал. Не писал, не звонил, не преследовал. Просто жил в доме у моря и чинил старые часы, отсчитывающие время до её возвращения.
Но можно ли вернуться туда, где тебя помнят девчонкой в жёлтом платье, если сейчас ты — женщина со шрамами, выкидышами и привычкой бояться собственной тени? И что делать, когда прошлое не хочет отпускать, а будущее пахнет слишком хорошо, чтобы быть правдой?
Анна прожила в браке одиннадцать лет. Уютная квартира, дорогие ужины, подарки по праздникам. И тишина. Та тишина, в которой умирают громче, чем от крика.
Она не искала доказательств измены. Доказательство нашло её само — в бардачке мужа. Чёрный флакон французских духов с горьким апельсином, туберозой и кожей.
Через день тот же запах — на её лучшей подруге.
Аня не устраивает сцен. Не собирает чемоданы с криками. Она подписывает развод… и принимает приглашение на свадьбу от мужчины, которого бросила десять лет назад ради «стабильности».
Арсений ждал. Не писал, не звонил, не преследовал. Просто жил в доме у моря и чинил старые часы, отсчитывающие время до её возвращения.
Но можно ли вернуться туда, где тебя помнят девчонкой в жёлтом платье, если сейчас ты — женщина со шрамами, выкидышами и привычкой бояться собственной тени? И что делать, когда прошлое не хочет отпускать, а будущее пахнет слишком хорошо, чтобы быть правдой?
На двадцать третью годовщину свадьбы Марина ждала от мужа хотя бы тёплого взгляда. Вместо этого Олег пришёл в ресторан с молодой любовницей и при гостях объявил о разводе.
А потом добил фразой, которую Марина не забудет никогда:
«Ты — моя старая жена».
Но унижение оказалось только началом. Дома Марину ждала папка с документами: дом, бизнес, деньги и почти вся их общая жизнь уже были переписаны в пользу Олега. Ей оставляли немного — и требовали уйти тихо, достойно, без скандала.
Только Олег ошибся.
Марина слишком долго была удобной женой, молчаливым тылом и женщиной, которая спасала семью ценой себя. Теперь она вспомнит всё: деньги матери, вложенные в дом, первые шаги бизнеса, поддельные подписи, предательство детей и ложь, которую муж годами называл заботой.
Он хотел стереть её из своей жизни.
А потом добил фразой, которую Марина не забудет никогда:
«Ты — моя старая жена».
Но унижение оказалось только началом. Дома Марину ждала папка с документами: дом, бизнес, деньги и почти вся их общая жизнь уже были переписаны в пользу Олега. Ей оставляли немного — и требовали уйти тихо, достойно, без скандала.
Только Олег ошибся.
Марина слишком долго была удобной женой, молчаливым тылом и женщиной, которая спасала семью ценой себя. Теперь она вспомнит всё: деньги матери, вложенные в дом, первые шаги бизнеса, поддельные подписи, предательство детей и ложь, которую муж годами называл заботой.
Он хотел стереть её из своей жизни.
БЕСПЛАТНО!!!
Я адвокат по разводам.
Олигархи, звёзды, тайные любовницы. Я видела всё и знаю каждую схему измены. Мой девиз: «Эмоции в мусорку, факты в дело».
А потом я нашла в телефоне мужа чек на триста тысяч и не на мои серьги, а на её.
Любовница — моя лучшая клиентка. Я вытащила её из развода с двухсотмиллионным состоянием и сама же привела к нему на пластическую операцию.
Теперь у меня два пути: устроить скандал и опозориться — или сделать то, что умею лучше всех. Собрать улики, составить иск и развести себя как профессионал.
Но как не сломаться, когда каждое доказательство — нож в спину?
И что делать, когда он садится напротив за ужином и спрашивает:
«Вер, как мне убедить жену, что я не изменяю?»
Я адвокат по разводам.
Олигархи, звёзды, тайные любовницы. Я видела всё и знаю каждую схему измены. Мой девиз: «Эмоции в мусорку, факты в дело».
А потом я нашла в телефоне мужа чек на триста тысяч и не на мои серьги, а на её.
Любовница — моя лучшая клиентка. Я вытащила её из развода с двухсотмиллионным состоянием и сама же привела к нему на пластическую операцию.
Теперь у меня два пути: устроить скандал и опозориться — или сделать то, что умею лучше всех. Собрать улики, составить иск и развести себя как профессионал.
Но как не сломаться, когда каждое доказательство — нож в спину?
И что делать, когда он садится напротив за ужином и спрашивает:
«Вер, как мне убедить жену, что я не изменяю?»
В замке Грейфорд неспокойно. Реактор, питающий весь Север, умирает. Герцог, потерявший руку на войне, носит механический протез, который нашёптывает ему тёмные мысли по ночам. Церковь Шестерён следит за каждым, кто осмелится чинить механизмы без молитвы.
И в этот замок приезжает она — леди Аннабель, тихая аристократка, проданная замуж за долги. Так все думают. Никто не знает, что внутри этого тела — Анна Корсак, инженер-теплотехник, которая не верит в магию, но верит в термодинамику.
Когда она берёт в руки красный карандаш и исправляет роковую ошибку в чертеже реактора, она ещё не подозревает, что за ней уже наблюдают. Древний механический разум, спящий под замком. Враги, готовые убить. И муж, который поклялся защищать её — даже ценой собственной души.
И в этот замок приезжает она — леди Аннабель, тихая аристократка, проданная замуж за долги. Так все думают. Никто не знает, что внутри этого тела — Анна Корсак, инженер-теплотехник, которая не верит в магию, но верит в термодинамику.
Когда она берёт в руки красный карандаш и исправляет роковую ошибку в чертеже реактора, она ещё не подозревает, что за ней уже наблюдают. Древний механический разум, спящий под замком. Враги, готовые убить. И муж, который поклялся защищать её — даже ценой собственной души.
— Аня, ты не так всё поняла! Мне спину прихватило, а Алисочка просто делала мне массаж! — скулит мой муж, пятясь по чужому газону и прикрывая голое достоинство диванной подушкой.
— Массаж? С моей дочерью? — ледяным тоном чеканит наш новый сосед, передергивая затвор охотничьего ружья.
Пятнадцать лет отношений уместились в пару чемоданов. Мой благоверный решил променять меня на молодую куклу и оставить без копейки.
Шах и мат, милый? Как бы не так. Я заберу свое, а ты так и останешься без штанов!
— Массаж? С моей дочерью? — ледяным тоном чеканит наш новый сосед, передергивая затвор охотничьего ружья.
Пятнадцать лет отношений уместились в пару чемоданов. Мой благоверный решил променять меня на молодую куклу и оставить без копейки.
Шах и мат, милый? Как бы не так. Я заберу свое, а ты так и останешься без штанов!
Полумрак. Приглушённый свет ночника. Разобранная постель. И две фигуры на ней.
Мужская. И женская. Вот только мужчина в этом «фильме» для взрослых, был моим мужем.
– С годовщиной нас. – произнесла, глядя на мужа не моргая, с трудом протолкнув ком в горле.
– …Алина? – произнёс он, и в голосе не было ни вины, ни страха. Только раздражение.
– Да. Я. – кивнула я медленно, скрестив руки на груди. – Решила сделать тебе сюрприз. Всё-таки годовщина. Праздник. Правда праздник наш, а отмечаешь ты его не со мной.
Я кивнула в сторону кровати.
Мужская. И женская. Вот только мужчина в этом «фильме» для взрослых, был моим мужем.
– С годовщиной нас. – произнесла, глядя на мужа не моргая, с трудом протолкнув ком в горле.
– …Алина? – произнёс он, и в голосе не было ни вины, ни страха. Только раздражение.
– Да. Я. – кивнула я медленно, скрестив руки на груди. – Решила сделать тебе сюрприз. Всё-таки годовщина. Праздник. Правда праздник наш, а отмечаешь ты его не со мной.
Я кивнула в сторону кровати.
— Верность придумали для слабых, — смеётся мой муж. — А измена для мужчины не порок. Это сила.
Я замираю у входа в ресторан. В руках — его документы. Под сердцем — наша дочь.
Дома — больной сын, который ждёт папу.
А рядом с Денисом сидит она. Красивая. Молодая.
— Денис… кто она?
Он даже не встаёт.
— Полина, не позорься. Ты же всё уже поняла. Едь к сыну.
Было невыносимо больно. Я хотела уйти. Но у дверей ресторана по ногам потекла кровь.
— Денис… мне плохо…
Я замираю у входа в ресторан. В руках — его документы. Под сердцем — наша дочь.
Дома — больной сын, который ждёт папу.
А рядом с Денисом сидит она. Красивая. Молодая.
— Денис… кто она?
Он даже не встаёт.
— Полина, не позорься. Ты же всё уже поняла. Едь к сыну.
Было невыносимо больно. Я хотела уйти. Но у дверей ресторана по ногам потекла кровь.
— Денис… мне плохо…
Капитан полиции Анна Соловей не верит в мистику — только в факты, улики и логику.
Но одна странная монета переносит её из дождливого Петербурга в мир магии… прямо к алтарю с трупом.
Теперь она — слабая студентка магической академии, обвиняемая в убийстве.
А вокруг — некромантия, тайные ритуалы и игра, в которой трупы говорят, а живые врут.
Пока магистры ищут виновного, Анна начинает расследование по своим правилам.
И быстро понимает: это не просто убийство. Это тщательно спланированная операция. С жертвами. С подставами. С целью, которая выходит далеко за пределы одного мира.
И теперь у Анны есть только два варианта:
раскрыть заговор… или стать его последней жертвой.
Но одна странная монета переносит её из дождливого Петербурга в мир магии… прямо к алтарю с трупом.
Теперь она — слабая студентка магической академии, обвиняемая в убийстве.
А вокруг — некромантия, тайные ритуалы и игра, в которой трупы говорят, а живые врут.
Пока магистры ищут виновного, Анна начинает расследование по своим правилам.
И быстро понимает: это не просто убийство. Это тщательно спланированная операция. С жертвами. С подставами. С целью, которая выходит далеко за пределы одного мира.
И теперь у Анны есть только два варианта:
раскрыть заговор… или стать его последней жертвой.
Выберите полку для книги