Книги по тегу «сильные чувства»: ""

Получаю фото от детектива и вижу то, чего так боялась. Мой муж с другой. Теперь я знаю, чем он занимается в командировках, пока я жду его с тремя маленькими детьми дома.

Он целует её. Так нежно и трепетно. Его руки в её волосах, те самые пальцы, которыми он гладил меня по лицу.

На другом кадре — они в кафе. Он держит её за руку, смотрит с той теплотой, которую я не видела уже давно. А к снимкам аккуратно прикреплены дата, время, место.

Мой взгляд цепляется за видео. Я нажимаю «воспроизвести».

Виолетта в ярком платье, с улыбкой, уверенным шагом входит в номер с моим мужем. Камера фиксирует время — ровно час назад.

Два года назад Яна увидела его на YouTube. Он выносил ребёнка из огня. Красиво. Героично. Она влюбилась.

В реальности капитан Ветров оказался холодным, колючим и убеждённым, что женщинам не место в МЧС.

Теперь они на одной тренировочной базе. Он ждёт, когда она сломается. Она назло не сдаётся.

Однажды они застрянут в лифте горящего торгового центра.
Связи нет. Дыма нет. Только он, она и правда, от которой нельзя убежать.

Ведь ненавидеть его было легко. А любить — страшно. От ненависти до любви — один пожар.

— Ты их дразнишь, — говорит он. — Своей стряпней. Своим телом.
— Я просто делаю свою работу.
— Ты слишком хорошо ее делаешь.
Он поднимается. Медленно подходит ко мне. Я не отступаю. Не отвожу взгляд.
— Ты ревнуешь, — говорю я.
Это наглость. Это самоубийство. Но я устала бояться. Я хочу понять, что между нами происходит.
Он замирает. Его ноздри раздуваются.
— Что?
— Ты ревнуешь, — повторяю я. — Когда твои люди смотрят на меня. Когда они хотят попробовать. Ты как зверь, который не хочет делиться добычей.
Он молчит. В его глазах буря. А потом он вдруг сгребает меня в охапку, и я роняю ложку, и она с глухим стуком падает на пол. Он не целует. Он берет. ..

Жизнь Анны была совершенно нормальной, пока однажды не случилась авария, которая разделила жизнь на до и после. Старший брат Алексей навсегда остался прикованным к постели, а она сама получила страшное напоминание об этом дне в виде огромного шрама на спине и жизнь в форме прислуги для богатых господ.
Из памяти исчез целый год, а каждую ночь начали посещать видения ,её прошлой жизни. Но в них она не могла увидеть главного, кто был за рулём другой машины, и кто так отчаянно звал её по имени?
И почему странные видения рядом с загадочным хозяином особняка в котором она работает становятся все ярче?

‼️ ВЫШЛА ИСТОРИЯ МИХАИЛА — БОЛЬШЕ НЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЖЕНА

❤️ — Ты ещё кто такая? — толкнув меня, девушка заходит в квартиру. — Ой, дай угадаю! Очередная подстилка? Неудивительно. Виктор всех одноразовых сюда приводит!
От шока я теряю дар речи. Разглядываю неожиданную гостью, понимая, что это та самая... Именно ее я видела на фото рядом с Амировым.
— А ты кто? — шепчу онемевшими губами.
— Законная жена! В браке пять лет!
Мощный удар в грудь. Боль до темноты перед глазами. Нет, это неправда...
— Даня? Ты что здесь делаешь? — доносится голос Вика. Он стоит у двери, а на его руках мальчик лет пяти. Глаза, нос, губы. Да они же копия!
— Она... Твоя жена? — спрашиваю, надеясь услышать «нет».
— Жена, — после короткой заминки подтверждает Виктор, убивая меня признанием. — Прости, Маш. Так получилось…

🥰 Обязательно добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять!

— Ты в вену-то попадёшь, Зай? У тебя руки трясутся, — говорит он, не переставая жевать жвачку.
Я-то попаду, пусть не сомневается. Свои бы только держал при себе!
— Лежите спокойно!
— Я очень спокоен, Зай, как младенец.
— Вас сегодня выписывают!
— А я себе ещё обслуживание на дом заказал. Вдруг почувствовал себя таким больным…
— Да, у нас есть такая услуга.
— Так я тебя заказал, Зай.
И я бы рада отказаться, да только Волошины — очень известная семья в нашем городе. А родители велели мне ухаживать за их наглым отпрыском, хотят угодить и, упаси боже, не разгневать. А я? Мне, похоже, и вправду надо что-то делать со своими руками, потому что всё внутри так и начинает трястись при виде этого зазнавшегося мажора!

— Наши семьи обо всём договорились, — спокойно говорит он, разглядывая меня своим тяжелым взглядом. — Моя мать и твоя бабушка уже дали согласие. Тебе выгодно стать моей женой, Зарема.
— Я не товар, который можно продать, — отвечаю я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Я хочу выйти замуж по любви, а не по расчёту.
Шамиль усмехается — так, словно я сказала что-то наивное и глупое.
— Любовь? — он делает шаг ближе, и я чувствую, как от его присутствия перехватывает дыхание. — Ты всё равно будешь моей.
Я публично отказалась выходить замуж и думала, отстояла свою свободу. Но три дня и три ночи в его доме сделают меня «порченой», и тогда придётся согласиться на брак, чтобы спасти свою репутацию.

— Что ты хочешь? Развод?! — муж смеется мне в лицо. — Ой насмешила! И с чего я должен тебе его давать?
— С того, что ты мне изменяешь... давно! — впиваюсь ногтями в ладони.
— Откуда узнала? — Денис хмурится. — Впрочем, неважно. То, чем я занимаюсь в свободное от семейной жизни время, тебя не касается. Главное лишь то, что и ты, и мой ребенок ни в чем не нуждаетесь. Я обеспечиваю все твои потребности. Ты буквально на моей шее сидишь. Вот когда выйдешь из декрета, мы поговорим. А пока будь добра веди себя как приличная жена и не выпендривайся. Иди лучше в тазик набери воды и ноги мне помой. Муж, вообще-то, с работы вернулся уставший. Пора его как следует обслужить!

Муж решил, что, раз я ушла в декрет, значит, можно делать все, что ему вздумается, и поплатился за это.
Я исчезла с ребенком бесследно... почти...

Уваров Денис даже спустя 5 лет не смог смириться с тем, что его облапошила собственная жена, и нашел меня в самый неподходящий момент:

— Ты ему не мать, — сказал он спокойно, при всех, под бокал шампанского. — Ты просто хорошо помогла.
Семь лет я вставала к нему по ночам. Учила говорить по одному звуку. Знала, что он пьёт воду только из своей синей кружки и не засыпает, если погасить свет совсем. Я не рожала его. Я просто была его мамой — каждую ночь, каждую температуру, каждое первое слово.
А потом Максим привёл в наш дом ту женщину. Ту, из-за которой мой мальчик когда-то перестал говорить. И на дне рождения сына, при гостях, представил её как «настоящую маму».
Вечером мне пришло письмо от его юристов: «приближаться запрещено». А следом — голосовое с чужого номера. Четырнадцать секунд. Детский шёпот, забившийся в угол:
— Мам… забери меня. Пожалуйста.
По их бумагам я ему никто. Ни строчки, ни капли крови, ни одного права.
Но он зовёт мамой меня.
Как забрать сына, если по документам тебя не существует?

Кире изменил муж. И она уезжает из города, чтобы построить новую жизнь с нуля...

40 - это новые 20!