Книги по тегу «сильный герой»: ""
Боль предательства смешалась с болью потери моего ребенка...
В тот момент умерла моя душа, я бы хотела умереть и телом, но ОН мне не позволил.
Тот, кто сам не особо-то хотел жить...
Наверное, нам суждено обрести второй шанс и «запрыгнуть в последнюю электричку»
В тот момент умерла моя душа, я бы хотела умереть и телом, но ОН мне не позволил.
Тот, кто сам не особо-то хотел жить...
Наверное, нам суждено обрести второй шанс и «запрыгнуть в последнюю электричку»
💥🚉 Для начальника поезда Эмиля Чульжанова слова "экстренная ситуация" никогда не выходили за рамки методичек по действиям во время ЧС и предрейсового инструктажа. Он совсем не герой.
Но в одну ночь всё меняется. Когда товарный поезда не смог разминуться с пассажирским.
В одну ночь он понимает: когда у тебя целый поезд перепуганных людей и против вас тонны горящего металла - ты не можешь не стать героем. Такая у тебя работа - быть рядом с людьми, за которых взял ответственность, до самого конца.
Но в одну ночь всё меняется. Когда товарный поезда не смог разминуться с пассажирским.
В одну ночь он понимает: когда у тебя целый поезд перепуганных людей и против вас тонны горящего металла - ты не можешь не стать героем. Такая у тебя работа - быть рядом с людьми, за которых взял ответственность, до самого конца.
— Лика… — Артём тоже сел, потянулся к брюкам.
— Какой ты прекрасный подарок мне приготовил, — услышала я свой спокойный голос, словно со стороны. — Просто незабываемый. Офигенный.
— Подожди, ты не так поняла...
Я не дала ему договорить. Два шага к кровати. Крышка с коробки слетела на пол. Я схватила торт обеими руками, чувствуя, как пальцы проваливаются в мягкий бисквит, и с размаху впечатала Тёме в его симпатичную физиономию.
— С днём рождения меня, — зло усмехнулась я.
Развернулась и пулей вылетела из номера. По коридору, по лестнице, мимо дежурной, которая что-то спросила вслед, но я её не расслышала, в ушах стоял белый шум.
Села в машину и уставилась на руль невидящим взором. Пальцы были в липкой глазури и белом сливочном креме. Я смотрела на них и отстранённо подумала, что надо бы вытереть, а то руль испачкаю. Судорожно вынула влажные салфетки, остарвенело отёрла ладони.
Руки тряслись так, что я едва попала ключом в замок зажигания. В душе зияла огромная чёрная дыра…
— Какой ты прекрасный подарок мне приготовил, — услышала я свой спокойный голос, словно со стороны. — Просто незабываемый. Офигенный.
— Подожди, ты не так поняла...
Я не дала ему договорить. Два шага к кровати. Крышка с коробки слетела на пол. Я схватила торт обеими руками, чувствуя, как пальцы проваливаются в мягкий бисквит, и с размаху впечатала Тёме в его симпатичную физиономию.
— С днём рождения меня, — зло усмехнулась я.
Развернулась и пулей вылетела из номера. По коридору, по лестнице, мимо дежурной, которая что-то спросила вслед, но я её не расслышала, в ушах стоял белый шум.
Села в машину и уставилась на руль невидящим взором. Пальцы были в липкой глазури и белом сливочном креме. Я смотрела на них и отстранённо подумала, что надо бы вытереть, а то руль испачкаю. Судорожно вынула влажные салфетки, остарвенело отёрла ладони.
Руки тряслись так, что я едва попала ключом в замок зажигания. В душе зияла огромная чёрная дыра…
Деймон Блэквуд когда-то работал в MI5. Теперь он существует в режиме «ожидание» — ждет, когда сможет закончить дело, которое стоило ему семьи. У него есть навыки и жажда мести. Нет только одного — желания жить дальше.
Кэтрин Беннет — официантка из Кройдона с долгами, больной бабушкой, младшим братом-игроманом и привычкой улыбаться, даже когда хочется лечь и не вставать.
Что, если единственный человек, который может вытащить тебя из ада — это тот, кто сам давно разучился дышать? И что, если спасение — это не подвиг, а просто чья-то теплая куртка на плечах, запах кофе и фраза: «Доброе утро. Двойной эспрессо, черный, без сахара?»
Лондон. Весна. Сирень на мокром асфальте. И двое, у которых нет ничего, кроме друг друга.
Кэтрин Беннет — официантка из Кройдона с долгами, больной бабушкой, младшим братом-игроманом и привычкой улыбаться, даже когда хочется лечь и не вставать.
Что, если единственный человек, который может вытащить тебя из ада — это тот, кто сам давно разучился дышать? И что, если спасение — это не подвиг, а просто чья-то теплая куртка на плечах, запах кофе и фраза: «Доброе утро. Двойной эспрессо, черный, без сахара?»
Лондон. Весна. Сирень на мокром асфальте. И двое, у которых нет ничего, кроме друг друга.
(44)
Абсолютно прагматичный человек, участковый полиции, однажды оказывается в месте, о существовании которого не то что никогда не задумывался, но даже и не подозревал подобную вероятность… И как теперь? Ведь надо же вернуться домой! Туда, где осталась девушка, от мыслей о которой в душе разливается приятное тепло…
Ох уж эти мои гениальные идеи! Вот и на этот раз мой альтер-эго с душой авантюристки, решила, что день рождение моей лучшей подруги должен стать незабываемым. А что может быть незабываемее, чем мини-грузовик, доверху набитый воздушными шарами в форме сердечки, который эффектно въезжает на её улицу, а потом, под любимую песню из фильма, выпускает их в небо?
Звучит как план, не так ли?
Я предвкушала восторг подруги, аплодисменты прохожих и, конечно, пару-тройку лайков в социальных сетях. Но, как это часто бывает в моей жизни, реальность решила внести свои коррективы. Такие как строгий полицейский, наручники и пятдесят часов исправительных работ под надзором льдиной глыбы в форме сержанта полиции.
Звучит как план, не так ли?
Я предвкушала восторг подруги, аплодисменты прохожих и, конечно, пару-тройку лайков в социальных сетях. Но, как это часто бывает в моей жизни, реальность решила внести свои коррективы. Такие как строгий полицейский, наручники и пятдесят часов исправительных работ под надзором льдиной глыбы в форме сержанта полиции.
Никита — МЧС-ник в отпуске, Арина — будущая журналистка на практике. Судьба свела их у горящего коттеджа, и теперь им обоим придётся спасать друг друга. Её — от обвинения в поджоге, а его — от собственного упрямства и надоевшего одиночества.
P.S. В книге нет упоминания запрещённых веществ.
P.S. В книге нет упоминания запрещённых веществ.
Ее называют бесценной дочерью короля, а его – проклятой вороной.
Она росла в дворцовой роскоши, он – в старой башне на краю света.
У нее было предназначение, у него – один только ветер в крыльях, а еще желание отдать долг той, что спасла ему жизнь.
Но все, что казалось важным, разбивается вдребезги, срываются маски, трещат устои, и золото превращается в фальшь. Остается только самое главное. И кошка.
Она росла в дворцовой роскоши, он – в старой башне на краю света.
У нее было предназначение, у него – один только ветер в крыльях, а еще желание отдать долг той, что спасла ему жизнь.
Но все, что казалось важным, разбивается вдребезги, срываются маски, трещат устои, и золото превращается в фальшь. Остается только самое главное. И кошка.
Он — майор Глеб Громов. Человек-скала, который после гибели семьи на пожаре превратился в ледяную статую. Он живет работой, ненавидит праздники и никого не пускает в свою жизнь. Его сердце выжжено дотла, а в душе — только пепел и жажда справедливости.
Я — Лариса, взрослая, самодостаточная женщина, которая просто возвращалась домой. Случайная встреча с местными отморозками могла закончиться трагедией, если бы не Он. Мрачный, грубый, пугающий мужчина, который вмешался не ради меня, а чтобы наказать подонков.
В канун 23 февраля судьба связала нас одной опасной нитью. Бандиты не простили обиды и теперь охотятся на нас обоих. Я вынуждена прятаться в его берлоге, пока не утихнет буря.
Он пугает меня своей яростью и замкнутостью. Но я вижу, как он смотрит на меня, когда думает, что я не вижу. Смогу ли я растопить лед в сердце майора, или мы оба сгорим в огне страсти и опасности?
Его враги думали, что я легкая добыча. Они не знали, что меня защищает сам Зверь.
Я — Лариса, взрослая, самодостаточная женщина, которая просто возвращалась домой. Случайная встреча с местными отморозками могла закончиться трагедией, если бы не Он. Мрачный, грубый, пугающий мужчина, который вмешался не ради меня, а чтобы наказать подонков.
В канун 23 февраля судьба связала нас одной опасной нитью. Бандиты не простили обиды и теперь охотятся на нас обоих. Я вынуждена прятаться в его берлоге, пока не утихнет буря.
Он пугает меня своей яростью и замкнутостью. Но я вижу, как он смотрит на меня, когда думает, что я не вижу. Смогу ли я растопить лед в сердце майора, или мы оба сгорим в огне страсти и опасности?
Его враги думали, что я легкая добыча. Они не знали, что меня защищает сам Зверь.
Все называют его Чудовищем. Бывший командир, герой, спасший детей из огня, теперь прячет свое изуродованное лицо в глуши и ненавидит весь мир. Он слеп, жесток и опасен. И мне пришлось продать ему свою свободу.
Мне нужны были деньги на операцию маме, а ему — сиделка, которую он планировал выжить из дома за пару дней.
Но снежная буря отрезала нас от мира, заперев в одной клетке.
Он думает, что я сбегу, увидев его шрамы. Он не знает, что я вижу не уродство, а мужчину, чье сердце сковал лед.
Смогу ли я растопить лед в его душе, прежде чем он сожжет меня своей болью?
Мне нужны были деньги на операцию маме, а ему — сиделка, которую он планировал выжить из дома за пару дней.
Но снежная буря отрезала нас от мира, заперев в одной клетке.
Он думает, что я сбегу, увидев его шрамы. Он не знает, что я вижу не уродство, а мужчину, чье сердце сковал лед.
Смогу ли я растопить лед в его душе, прежде чем он сожжет меня своей болью?
Выберите полку для книги