Книги по тегу «сложные отношения»: ""
– Что с моим ребёнком?!
– Замершая беременность. Аборт – единственный выход. Бороться за плод нет никакого смысла, он нежизнеспособный, – произносит моя сестра-гинеколог.
– Нет. Это какая-то ошибка… – шепчу сквозь слёзы.
– Родная, я думаю, ты понимаешь, что плод необходимо убрать. Замершая беременность – это очень опасно.
– Нет! Не позволю!
Я так долго боролась за право вновь стать мамой. Я три года лила слёзы и молилась Богу. Я не могу так просто взять и сдаться. Я чувствую, что мой малыш жив! С ним всё хорошо!
– Прости, но это ради твоего же блага. Я не могу просто сидеть и смотреть, как моя единственная сестра погибает. Прости…
В следующее мгновение моё правое плечо пронзает острая боль от укола. Картинка перед глазами моментально плывёт.
— Пока ты будешь спать, я сделаю свою работу…
Когда я просыпаюсь после операции, то вижу, как напротив моей постели стоит муж и горячо целует мою сестру… Мерзавка торжествующе смотрит на меня взглядом победительницы!
– Замершая беременность. Аборт – единственный выход. Бороться за плод нет никакого смысла, он нежизнеспособный, – произносит моя сестра-гинеколог.
– Нет. Это какая-то ошибка… – шепчу сквозь слёзы.
– Родная, я думаю, ты понимаешь, что плод необходимо убрать. Замершая беременность – это очень опасно.
– Нет! Не позволю!
Я так долго боролась за право вновь стать мамой. Я три года лила слёзы и молилась Богу. Я не могу так просто взять и сдаться. Я чувствую, что мой малыш жив! С ним всё хорошо!
– Прости, но это ради твоего же блага. Я не могу просто сидеть и смотреть, как моя единственная сестра погибает. Прости…
В следующее мгновение моё правое плечо пронзает острая боль от укола. Картинка перед глазами моментально плывёт.
— Пока ты будешь спать, я сделаю свою работу…
Когда я просыпаюсь после операции, то вижу, как напротив моей постели стоит муж и горячо целует мою сестру… Мерзавка торжествующе смотрит на меня взглядом победительницы!
— Я изменяю тебе со всеми подряд, Лиля. Давно и долго. С самого начала нашего брака. Довольна теперь? Ты же это хотела услышать?
Его рык рвёт комнату. И моё сердце тоже.
Стою в нашей спальне, откуда минуту назад вышла полуголая девушка. После этого зрелища нельзя не поверить в его слова, даже сказанные таким тоном.
Тем более сказанные им, моим любимым мужем.
– Видимо, да…
-------------------------
Я ушла от мужа вместе с детьми, дав ему возможность и дальше гулять. Но он отчего-то не захотел продолжать свой марафон по "смене половых партнерш" как перчаток.
Альберт решил вернуть меня во что бы то ни стало… Пришел уже на следующий день с «выгодным» предложением:
– Не хочешь быть женой, будь любовницей… В конце концов ни одна из них так и не переплюнула тебя.
Его рык рвёт комнату. И моё сердце тоже.
Стою в нашей спальне, откуда минуту назад вышла полуголая девушка. После этого зрелища нельзя не поверить в его слова, даже сказанные таким тоном.
Тем более сказанные им, моим любимым мужем.
– Видимо, да…
-------------------------
Я ушла от мужа вместе с детьми, дав ему возможность и дальше гулять. Но он отчего-то не захотел продолжать свой марафон по "смене половых партнерш" как перчаток.
Альберт решил вернуть меня во что бы то ни стало… Пришел уже на следующий день с «выгодным» предложением:
– Не хочешь быть женой, будь любовницей… В конце концов ни одна из них так и не переплюнула тебя.
— Ты сделала из меня посмешище! Это не мой ребёнок!
Эти слова разрушили жизнь Вики в один миг. Муж, которого она любила, вышвыривает её на улицу с семилетней дочерью. Свекровь, ненавидевшая её с первого дня, торжествует. Молодая любовница занимает её место.
У Вики нет ничего: ни денег, ни жилья, ни надежды, только старая бабушкина квартира, подруга, которая не даёт утонуть в отчаянии, и страшная тайна — она ждёт второго ребёнка от человека, который назвал её дочь «ублюдком».
Казалось бы, это конец. Но когда падаешь на самое дно, остаётся только один путь наверх. Случайное предложение работы увозит Вику в Петербург, где её ждёт новая жизнь, новые люди и шанс наконец-то стать счастливой.
Она не знает, что Георгий уже понял свою ошибку, что он ищет их, чтобы умолять о прощении. Но можно ли вернуть доверие, когда всё разрушено? И захочет ли Вика открывать дверь тому, кто однажды захлопнул её перед ней?
Эти слова разрушили жизнь Вики в один миг. Муж, которого она любила, вышвыривает её на улицу с семилетней дочерью. Свекровь, ненавидевшая её с первого дня, торжествует. Молодая любовница занимает её место.
У Вики нет ничего: ни денег, ни жилья, ни надежды, только старая бабушкина квартира, подруга, которая не даёт утонуть в отчаянии, и страшная тайна — она ждёт второго ребёнка от человека, который назвал её дочь «ублюдком».
Казалось бы, это конец. Но когда падаешь на самое дно, остаётся только один путь наверх. Случайное предложение работы увозит Вику в Петербург, где её ждёт новая жизнь, новые люди и шанс наконец-то стать счастливой.
Она не знает, что Георгий уже понял свою ошибку, что он ищет их, чтобы умолять о прощении. Но можно ли вернуть доверие, когда всё разрушено? И захочет ли Вика открывать дверь тому, кто однажды захлопнул её перед ней?
— Ты станешь моей невестой, а потом и женой. Фиктивной, на время. Два-три года.
— Нет, — твёрдо отвечаю я. — Не знаю, что за безумные идеи бродят в вашей голове, но у меня совершенно другие планы на жизнь.
— Придётся отменить, — ледяным тоном чеканит Зимин и делает угрожающий шаг в мою сторону. — Ты нужна мне, и то, что у нас общий ребёнок — великолепно сработает на нашу легенду.
— Вам пора уходить, Марк Игоревич! — решительно говорю я и указываю наглецу на дверь.
— Хорошо, — пожимает он плечами. — В таком случае я подам в суд на установление единоличной опеки над моим сыном.
— Что? Вы не можете…
— Почему нет?
— Суд в нашей стране всегда на стороне матери!
— Только если у отца нет нужных связей, — заверяет меня Зимин. — Мне нужен наследник, Алиса. И вопрос только в том — хочешь ли ты жить вместе со своим ребёнком? Иначе…
Он склоняется к моему уху и зловеще произносит:
— Я лишу тебя родительских прав.
— Нет, — твёрдо отвечаю я. — Не знаю, что за безумные идеи бродят в вашей голове, но у меня совершенно другие планы на жизнь.
— Придётся отменить, — ледяным тоном чеканит Зимин и делает угрожающий шаг в мою сторону. — Ты нужна мне, и то, что у нас общий ребёнок — великолепно сработает на нашу легенду.
— Вам пора уходить, Марк Игоревич! — решительно говорю я и указываю наглецу на дверь.
— Хорошо, — пожимает он плечами. — В таком случае я подам в суд на установление единоличной опеки над моим сыном.
— Что? Вы не можете…
— Почему нет?
— Суд в нашей стране всегда на стороне матери!
— Только если у отца нет нужных связей, — заверяет меня Зимин. — Мне нужен наследник, Алиса. И вопрос только в том — хочешь ли ты жить вместе со своим ребёнком? Иначе…
Он склоняется к моему уху и зловеще произносит:
— Я лишу тебя родительских прав.
Я поступила в Цитадель Отверженных — крепость и магическую академию, подготавливающую лучших воинов для защиты мира от угрозы. Пусть наши земли уже погрязли во тьме, опасность наступает со всех сторон. Но у меня другая цель. Моя задача — восстановить справедливость и защитить честь своего рода. Просто не будет. Ректор учебного сектора, Саргон Идэм, не позволит мне докопаться до правды, ведь ему как никому другому выгодно незавидное положение моего отца. Но есть те, кто может помочь. Только почему-то никто не спешит оспаривать решение императора. Что ж, это вызов. И я его принимаю.
- Тебе надо отказаться от доли в моей фирме и отдать её мне, - говорит Гордей.
- С чего это?
- Потому что ты парикмахер и ничего не смыслишь в бизнесе. Выйди из моего кабинета.
Обойдя бывшего мужа, плюхаюсь в кресло генерального директора. Глажу стол рукой, смахивая невидимые пылинки на пол.
- Нет, Гордей, эту долю мне подарил мой любимый бывший свёкор, и мы ещё посмотрим, КТО из нас выйдет из этого кабинета!
Он наклоняется, заслоняя собой дневной свет, словно мрачный демон прошлого. Хватает меня за запястье, притягивая ближе.
- Выйдешь ТЫ, ещё и станцуешь мне на прощанье.
- А ТЫ ноги мои целовать ещё будешь.
- Никогда.
- Никогда не говори никогда!
- С чего это?
- Потому что ты парикмахер и ничего не смыслишь в бизнесе. Выйди из моего кабинета.
Обойдя бывшего мужа, плюхаюсь в кресло генерального директора. Глажу стол рукой, смахивая невидимые пылинки на пол.
- Нет, Гордей, эту долю мне подарил мой любимый бывший свёкор, и мы ещё посмотрим, КТО из нас выйдет из этого кабинета!
Он наклоняется, заслоняя собой дневной свет, словно мрачный демон прошлого. Хватает меня за запястье, притягивая ближе.
- Выйдешь ТЫ, ещё и станцуешь мне на прощанье.
- А ТЫ ноги мои целовать ещё будешь.
- Никогда.
- Никогда не говори никогда!
ОДИНОКИЙ БАТЯ ЖЕЛАЕТ ПОЗНАКОМИТЬСЯ ❗❗❗
КРАТКО О СЕБЕ: Большой. Влиятельный. Самодостаточный. Уверенный в себе Мужчина тридцати трёх лет.
Высокий, сильный, целеустремленный. С хорошим чувством юмора. Со списком достоинств на целый вагон и маленькую тележку. А ещё с весомым прицепом, в виде сына и лапочки дочки.
В ОБЩЕМ: обаятельный и привлекательный отец-одиночка.
ИЩЕТ/ИЛИ НЕ ОЧЕНЬ/КАК ПОЙДЁТ: вредную, веселую, свою.
Ту, что способна разглядеть во всех его минусах большие жирные плюсы. Разбавить, приумножить, создать на базе вышеизложенного счастливую и крепкую семью.
Анкеты оставляйте в комментариях!
КРАТКО О СЕБЕ: Большой. Влиятельный. Самодостаточный. Уверенный в себе Мужчина тридцати трёх лет.
Высокий, сильный, целеустремленный. С хорошим чувством юмора. Со списком достоинств на целый вагон и маленькую тележку. А ещё с весомым прицепом, в виде сына и лапочки дочки.
В ОБЩЕМ: обаятельный и привлекательный отец-одиночка.
ИЩЕТ/ИЛИ НЕ ОЧЕНЬ/КАК ПОЙДЁТ: вредную, веселую, свою.
Ту, что способна разглядеть во всех его минусах большие жирные плюсы. Разбавить, приумножить, создать на базе вышеизложенного счастливую и крепкую семью.
Анкеты оставляйте в комментариях!
— Я обид не прощаю, — серьезно ответила она. — Ты меня этому научил. Никогда не наступать себе на горло, не прощать обид, ведь всё равно не оценят и снова предадут. Как это делал ты. Раз за разом. Если ты думаешь, что я буду общаться с тобой, будто ничего не было, то ты глубоко ошибаешься. Хочешь легкого и необременительного, иди к Надюше!
Ему еще повезло, что он огромный, потому что, вспомнив все свои переживания, Катя снова разозлилась. Она бы с удовольствием утопила его в этом туалете, но банально не сможет его затолкать в узкую дырку, да и силенок не хватит. Увы.
— Катя, столько лет же прошло, — донесся до нее голос Барханова.
Девушка мысленно зло хмыкнула. И что? За истечением срока давности нужно простить и помиловать? Вот ни фига!
— Если надеешься на чаепитие с ватрушками да воспоминаниями о былом, то ты в пролете, Дёма. Воспоминания о тебе не несут для меня ни радости, ни ностальгии. Была бы моя воля, вообще бы тебя больше никогда не видела!
Ему еще повезло, что он огромный, потому что, вспомнив все свои переживания, Катя снова разозлилась. Она бы с удовольствием утопила его в этом туалете, но банально не сможет его затолкать в узкую дырку, да и силенок не хватит. Увы.
— Катя, столько лет же прошло, — донесся до нее голос Барханова.
Девушка мысленно зло хмыкнула. И что? За истечением срока давности нужно простить и помиловать? Вот ни фига!
— Если надеешься на чаепитие с ватрушками да воспоминаниями о былом, то ты в пролете, Дёма. Воспоминания о тебе не несут для меня ни радости, ни ностальгии. Была бы моя воля, вообще бы тебя больше никогда не видела!
Я привык командовать воинами и смотреть в лицо смерти, но растерян перед одной-единственной ведьмой.
Рени служит под моим командованием, и я клялся стать её защитником. Вместо этого, из-за вражеских интриг, превратился в её худший кошмар. Теперь она боится каждого моего движения, каждого слова, а я каждый день вижу в её глазах страх, в котором виноват сам.
Она не может уйти — долг удерживает её рядом. Я не смею просить о прощении, но и отступить не способен. Если Рени позволит мне хотя бы попытаться всё исправить, сумеет ли она однажды отделить чудовище из своих кошмаров от мужчины, который никогда не хотел причинить ей боль? И что окажется сильнее — её страх или чувства, в которых мы оба боимся признаться?
Рени служит под моим командованием, и я клялся стать её защитником. Вместо этого, из-за вражеских интриг, превратился в её худший кошмар. Теперь она боится каждого моего движения, каждого слова, а я каждый день вижу в её глазах страх, в котором виноват сам.
Она не может уйти — долг удерживает её рядом. Я не смею просить о прощении, но и отступить не способен. Если Рени позволит мне хотя бы попытаться всё исправить, сумеет ли она однажды отделить чудовище из своих кошмаров от мужчины, который никогда не хотел причинить ей боль? И что окажется сильнее — её страх или чувства, в которых мы оба боимся признаться?
— Главное, чтобы платье скрыло живот. Илья сказал, как только разведётся, мы сразу поженимся.
Я замерла посреди собственного свадебного салона.
Дочь моей лучшей подруги. Девочка, которую я помнила в розовых бантах и с разбитыми коленками.
Теперь она выбирала свадебное платье для свадьбы… с моим мужем?
— Жена у него давно уже как мебель, — хихикнула она в примерочной. — Удобная, привычная, но старая. А я подарю ему нормального сына.
Я закрыла глаза.
Дима. Наш особенный мальчик. Тихий, ранимый, самый светлый человек в этом мире.
А уже вечером муж поднял бокал на нашей годовщине.
За столами сидели дети, друзья, партнёры. Моя лучшая подруга почему-то всё время прятала глаза.
— Я должен сказать правду, — произнёс Илья. — У меня будет ребёнок.
А потом взял Леру за руку.
Молодую. Беременную.
— Не устраивай сцен, Нина, — тихо сказал он, наклонившись ко мне. — Ты умная женщина. Мы всё решим спокойно.
Он привёл любовницу на праздник нашей семьи. Объявил о её беременности.
Я замерла посреди собственного свадебного салона.
Дочь моей лучшей подруги. Девочка, которую я помнила в розовых бантах и с разбитыми коленками.
Теперь она выбирала свадебное платье для свадьбы… с моим мужем?
— Жена у него давно уже как мебель, — хихикнула она в примерочной. — Удобная, привычная, но старая. А я подарю ему нормального сына.
Я закрыла глаза.
Дима. Наш особенный мальчик. Тихий, ранимый, самый светлый человек в этом мире.
А уже вечером муж поднял бокал на нашей годовщине.
За столами сидели дети, друзья, партнёры. Моя лучшая подруга почему-то всё время прятала глаза.
— Я должен сказать правду, — произнёс Илья. — У меня будет ребёнок.
А потом взял Леру за руку.
Молодую. Беременную.
— Не устраивай сцен, Нина, — тихо сказал он, наклонившись ко мне. — Ты умная женщина. Мы всё решим спокойно.
Он привёл любовницу на праздник нашей семьи. Объявил о её беременности.
Выберите полку для книги