Книги по тегу «спор на любовь»: ""
— Коля, — киваю в сторону девушки рядом с диджеем. — Кто такая?
Он щурится, всматриваясь.
— Так это Надька. Директор клуба. Организует всё, кружки ведёт. Сирота, из детдома. Снимает угол у тётки своей.
— Смотрит на меня постоянно, — замечаю я.
— Ага, — Серёга усмехается. — Тоже заметил. Глаз не сводит.— Он моментально оживляется. — Слышь, Коль, тут байка ходит. Говорят, она девственница.
Я чуть не давлюсь колой.
— Мне не даст, пробовал подкатить. Это тебя у нас бабы любят как кошки. Я на твоём месте не растерялся бы, — Серёга ухмыляется. — Давай на спор. Сегодня. Или завтра. Переспи с ней, проверь. Врут или нет? Хоть повеселимся.
— Если пересплю, то что?
— Мы с Колей ставим ящик коньяка.
Он щурится, всматриваясь.
— Так это Надька. Директор клуба. Организует всё, кружки ведёт. Сирота, из детдома. Снимает угол у тётки своей.
— Смотрит на меня постоянно, — замечаю я.
— Ага, — Серёга усмехается. — Тоже заметил. Глаз не сводит.— Он моментально оживляется. — Слышь, Коль, тут байка ходит. Говорят, она девственница.
Я чуть не давлюсь колой.
— Мне не даст, пробовал подкатить. Это тебя у нас бабы любят как кошки. Я на твоём месте не растерялся бы, — Серёга ухмыляется. — Давай на спор. Сегодня. Или завтра. Переспи с ней, проверь. Врут или нет? Хоть повеселимся.
— Если пересплю, то что?
— Мы с Колей ставим ящик коньяка.
Я иду в подсобку за бинтами, толкаю дверь плечом — руки заняты.
И мир проваливается под ногами.
Он там. Мой Ветер. Прижал к стеллажу Люську, ту, что бельё возит. Рука у неё под кофтой, губы — на её шее.
Бинты падают у меня из рук.
Он оборачивается.
И вот это — страшнее всего. Он не пугается. Не отшатывается. Не бледнеет. Даже руку из-под её кофты не спешит вынимать.
— Да не бери в голову, Вер. Это так, несерьезно, сестричка-медсестричка. Мы славно провели время. Я не жалею ни об одном дне!
Всё, во что я верила, — спектакль. А я — единственная в зале дура, что хлопала и плакала от счастья. Что отдала ему самое ценное…
— Не превращай это в трагедию, тебе не идёт. Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно. – говорит Ветер и застегивает рубашку.
И мир проваливается под ногами.
Он там. Мой Ветер. Прижал к стеллажу Люську, ту, что бельё возит. Рука у неё под кофтой, губы — на её шее.
Бинты падают у меня из рук.
Он оборачивается.
И вот это — страшнее всего. Он не пугается. Не отшатывается. Не бледнеет. Даже руку из-под её кофты не спешит вынимать.
— Да не бери в голову, Вер. Это так, несерьезно, сестричка-медсестричка. Мы славно провели время. Я не жалею ни об одном дне!
Всё, во что я верила, — спектакль. А я — единственная в зале дура, что хлопала и плакала от счастья. Что отдала ему самое ценное…
— Не превращай это в трагедию, тебе не идёт. Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно. – говорит Ветер и застегивает рубашку.
❗️ПЕРВАЯ ЧАСТЬ❗️
– Я Вадим, – вдруг говорит, поднимая ручку, и отдаёт мне. – Ты первокурсница, да?
– У меня на лице написано? – вмиг краснею.
– Не то чтобы. Просто ты очень напугана, да и раньше я тебя здесь не видел, – добавляет, вставая в полный рост и протягивая мне руку.
Внутри клубится странное чувство предвкушения и одновременно, как если бы моё нутро просто бомбило об опасности, но почему-то я игнорирую всё происходящее вокруг, захватывая в фокус только его зелёные глаза и уверенность, которую он излучает.
– Лена, – протягиваю руку в ответ, содрогаясь, когда пальцы касаются его кожи. – Приятно познакомиться.
***
– Два месяца и она с огромным удовольствием сделает, что захочу.
– Слабенько, – тянет Марк. – Играть так на полную. Двести косых и месяц.
А я?.. Мне и нескольких недель хватит.
***
Я стала предметом спора, но даже не подозревала об этом. Отдала ему свою душу и сердце, а взамен он разнёс меня на кусочки.
– Я Вадим, – вдруг говорит, поднимая ручку, и отдаёт мне. – Ты первокурсница, да?
– У меня на лице написано? – вмиг краснею.
– Не то чтобы. Просто ты очень напугана, да и раньше я тебя здесь не видел, – добавляет, вставая в полный рост и протягивая мне руку.
Внутри клубится странное чувство предвкушения и одновременно, как если бы моё нутро просто бомбило об опасности, но почему-то я игнорирую всё происходящее вокруг, захватывая в фокус только его зелёные глаза и уверенность, которую он излучает.
– Лена, – протягиваю руку в ответ, содрогаясь, когда пальцы касаются его кожи. – Приятно познакомиться.
***
– Два месяца и она с огромным удовольствием сделает, что захочу.
– Слабенько, – тянет Марк. – Играть так на полную. Двести косых и месяц.
А я?.. Мне и нескольких недель хватит.
***
Я стала предметом спора, но даже не подозревала об этом. Отдала ему свою душу и сердце, а взамен он разнёс меня на кусочки.
– Сегодня всё заканчивается, – произносит он ровным, деловым голосом без прежней влюблённой восторженности.
– Что… что заканчивается?– переспрашиваю заикаясь.
– Роман, Арина. Наш прекрасный, волшебный короткий роман… – Он встаёт, совершенно голый, и идёт к стулу, на котором аккуратно сложена его одежда. – Все романы когда-нибудь заканчиваются, – продолжает он.– Наш – сегодня.
Мозг отказывается обрабатывать его слова. Он шутит? Это странная, неуместная шутка!..
– Ты… что ты говоришь? – собственный голос кажется тонким, как стекло. – Сегодня мы идём в ЗАГС. Ты сам… предложил. Вчера.
Он застёгивает ремень, щелчок пряжки звучит оглушительно громко.
– Вчера был прекрасный вечер. И ты была прекрасна. Игра стоила свеч. Но сегодня утром у меня самолёт в Москву. Дела не ждут! – Он надевает рубашку, не глядя на меня. – Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно.
– Что… что заканчивается?– переспрашиваю заикаясь.
– Роман, Арина. Наш прекрасный, волшебный короткий роман… – Он встаёт, совершенно голый, и идёт к стулу, на котором аккуратно сложена его одежда. – Все романы когда-нибудь заканчиваются, – продолжает он.– Наш – сегодня.
Мозг отказывается обрабатывать его слова. Он шутит? Это странная, неуместная шутка!..
– Ты… что ты говоришь? – собственный голос кажется тонким, как стекло. – Сегодня мы идём в ЗАГС. Ты сам… предложил. Вчера.
Он застёгивает ремень, щелчок пряжки звучит оглушительно громко.
– Вчера был прекрасный вечер. И ты была прекрасна. Игра стоила свеч. Но сегодня утром у меня самолёт в Москву. Дела не ждут! – Он надевает рубашку, не глядя на меня. – Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно.
— Спорим, что через две недели ты в меня влюбишься? — нагло сверкая глазами, самоуверенно заявил Тихон.
Я обалдела, а он продолжил:
— Машину свою ставлю на кон, что через две недели ты со мной пойдешь на свадьбу друга в качестве моей.
— Девушки? — брякнула я.
— Просто моя будешь, и все.
— Ты слишком самоуверен, — хмыкнула я.
— Да, — просто согласился Тихон.
— Прощайся со своей машиной, Тихон Колдун, никуда я с тобой не пойду и влюбляться в тебя не буду, понял? — мстительно ответила я, но в ответ получила лишь улыбку.
— Понял. И ты пойми, что я не проигрываю.
В один непрекрасный вечер Тихон Колдун ворвался в мою скучную жизнь! Он наглый. Самоуверенный. Не понимает слова «нет» и умудрился поспорить со мной на меня!
Но сдаваться на милость победителя ниже моего достоинства, даже если кажется, что он говорил о чувствах искренне, даже если смотрит так, что у меня в груди разгорается пламя... И нет, я не влюбляюсь! Не влюбляюсь, сказала!
Я обалдела, а он продолжил:
— Машину свою ставлю на кон, что через две недели ты со мной пойдешь на свадьбу друга в качестве моей.
— Девушки? — брякнула я.
— Просто моя будешь, и все.
— Ты слишком самоуверен, — хмыкнула я.
— Да, — просто согласился Тихон.
— Прощайся со своей машиной, Тихон Колдун, никуда я с тобой не пойду и влюбляться в тебя не буду, понял? — мстительно ответила я, но в ответ получила лишь улыбку.
— Понял. И ты пойми, что я не проигрываю.
В один непрекрасный вечер Тихон Колдун ворвался в мою скучную жизнь! Он наглый. Самоуверенный. Не понимает слова «нет» и умудрился поспорить со мной на меня!
Но сдаваться на милость победителя ниже моего достоинства, даже если кажется, что он говорил о чувствах искренне, даже если смотрит так, что у меня в груди разгорается пламя... И нет, я не влюбляюсь! Не влюбляюсь, сказала!
— Слушай, — говорю, пытаясь натянуть на лицо обычное выражение холодного превосходства. — Эта мышь… она сложная.
— В каком смысле?
— В прямом. Ни косметики, ни харизмы. Вообще ничего. Я даже не знаю, есть ли у неё грудь под этим свитером.
Дима ржёт.
— Погоди, Саня. Ты что, хочешь её?
— Нет. — Слишком быстро. — Просто… она странная.
— Ты покраснел.
— Я не краснею, мудак.
— Ты покраснел. — Дима пододвигается ближе, его глаза горят азартом. — Боже мой. Великий Александр Ветров, хирург от Бога, бабник номер один, покраснел из-за девочки в свитере с катышками.
— Закрой рот.
— А давай спор? — Дима улыбается своей хитрой, предвкушающей улыбкой. — Потанцуешь её до конца месяца — я отдаю тебе свой «Ягуар».
— У тебя нет «Ягуара».
— Будет. У дяди возьму. А если нет — отдаёшь мне «Порше».
— В каком смысле?
— В прямом. Ни косметики, ни харизмы. Вообще ничего. Я даже не знаю, есть ли у неё грудь под этим свитером.
Дима ржёт.
— Погоди, Саня. Ты что, хочешь её?
— Нет. — Слишком быстро. — Просто… она странная.
— Ты покраснел.
— Я не краснею, мудак.
— Ты покраснел. — Дима пододвигается ближе, его глаза горят азартом. — Боже мой. Великий Александр Ветров, хирург от Бога, бабник номер один, покраснел из-за девочки в свитере с катышками.
— Закрой рот.
— А давай спор? — Дима улыбается своей хитрой, предвкушающей улыбкой. — Потанцуешь её до конца месяца — я отдаю тебе свой «Ягуар».
— У тебя нет «Ягуара».
— Будет. У дяди возьму. А если нет — отдаёшь мне «Порше».
Красавица Рита, избалованная поклонением и обожанием, поступает на первый курс, когда обращает внимание на некрасивого и нелюдимого Матвея, уже оканчивающего аспирантуру. Поспорив с подружками и с самым популярным мажором вуза, что сумеет соблазнить и влюбить в себя шарахающегося от девушек чудака, который давно стал объектом насмешек на факультете, она выигрывает и разбивает ему сердце; но самоуверенная Рита не представляет, какой жестокий реванш Матвей, поклявшийся отомстить, возьмёт через шесть лет, и что он, достигнув благосостояния и немыслимых высот в карьере, с лёгкостью разрушит её жизнь.
🔥 Самый горячий роман, который ты прочтёшь в этом году.
Холден Нокс — наследник империи, «золотой мальчик», который не верит в любовь. Деньги, девушки, адреналин — ему доступно всё. Но внутри — выжженная пустыня.
Эйвери Рид — дерзкая, сексуальная, уверенная. Увидев Холдена, она понимает: этот парень стоит того, чтобы нарушить правила. Она предлагает сделку: секс без обязательств, пока не надоест. Никаких «добрых утра», никаких чувств. Только страсть — грязная, жаркая, на грани.
Всё идёт по плану, пока не появляется Скайлар — её сестра-близнец. Тихая, невинная, верящая в настоящую любовь. Та, кто никогда не посмотрит на такого, как Холден. Именно на неё он заключает пари с другом: соблазнить, влюбить, растоптать. Просто ещё одна игра.
Но никто не предупредил его, что холодное сердце может треснуть. Что ночные разговоры у океана опаснее самого откровенного секса. Что Скайлар — не трофей. Что Эйвери — не просто «удобный вариант». А правда, когда выплывет наружу, разрушит всё.
Холден Нокс — наследник империи, «золотой мальчик», который не верит в любовь. Деньги, девушки, адреналин — ему доступно всё. Но внутри — выжженная пустыня.
Эйвери Рид — дерзкая, сексуальная, уверенная. Увидев Холдена, она понимает: этот парень стоит того, чтобы нарушить правила. Она предлагает сделку: секс без обязательств, пока не надоест. Никаких «добрых утра», никаких чувств. Только страсть — грязная, жаркая, на грани.
Всё идёт по плану, пока не появляется Скайлар — её сестра-близнец. Тихая, невинная, верящая в настоящую любовь. Та, кто никогда не посмотрит на такого, как Холден. Именно на неё он заключает пари с другом: соблазнить, влюбить, растоптать. Просто ещё одна игра.
Но никто не предупредил его, что холодное сердце может треснуть. Что ночные разговоры у океана опаснее самого откровенного секса. Что Скайлар — не трофей. Что Эйвери — не просто «удобный вариант». А правда, когда выплывет наружу, разрушит всё.
— Спорим?
— Выбирай. — лениво обвожу взглядом бар.
— Вон та, рыжая официантка? — ухмыляется Ярцев.
Разглядываю девчонку, не испытывая и сотой доли интереса.
— Нет...Берем коротышку за баром. — приподнимаю бровь, наблюдая как та самая язва с кукольным лицом разливает по стаканам алкоголь.
— Базара ноль! Готовься к проигрышу, Борзый! — ржет друг, опрокидывая в себя очередной шот.
Он - золотой мажор с тараканами в голове.
Она - простая студентка.
Их пути не должны были пересечься, но одна ее смена в баре меняет все.
❗В тексте обсценная лексика и откровенные сцены❗
— Выбирай. — лениво обвожу взглядом бар.
— Вон та, рыжая официантка? — ухмыляется Ярцев.
Разглядываю девчонку, не испытывая и сотой доли интереса.
— Нет...Берем коротышку за баром. — приподнимаю бровь, наблюдая как та самая язва с кукольным лицом разливает по стаканам алкоголь.
— Базара ноль! Готовься к проигрышу, Борзый! — ржет друг, опрокидывая в себя очередной шот.
Он - золотой мажор с тараканами в голове.
Она - простая студентка.
Их пути не должны были пересечься, но одна ее смена в баре меняет все.
❗В тексте обсценная лексика и откровенные сцены❗
- Чего ты хочешь? - Смотрю на мажора с которым случайно столкнулась.
- Вот! Правильный вопрос. А хочу я, для начала, чтобы ты собрала все мои книги и тетради, а потом, собрала все чипсы в пакет, но есть одно но. – Говорит Дима и опускается на корточки, поднимает двумя пальцами мой подбородок, внимательно так разглядывает лицо, и говорит. – Ты должна их собрать своим ртом, тогда точно станешь звездой, и я так уж и быть, насмотревшись представления, забуду о тебе, а может и нет. Может напротив, обращу внимания на такую серую моль, и сделаю твою унылую жизнь чуточку лучше. Скажем, шмоток тебе прикуплю, денег может быть, подкину, да и в кафе свожу, ты ведь, наверное, дикая, и даже слово такого не знаешь - «кафе».
Выдираю свой подбородок из его хватки, собираю все его книги, и грубо пихаю ему в грудь, после чего набираюсь смелости взглянуть в глаза, и говорю:
- Язык у тебя подвешенный, так что думаю собрать свои дурацкие чипсы сможешь сам. Ты ведь такой любитель устраивать шоу
- Вот! Правильный вопрос. А хочу я, для начала, чтобы ты собрала все мои книги и тетради, а потом, собрала все чипсы в пакет, но есть одно но. – Говорит Дима и опускается на корточки, поднимает двумя пальцами мой подбородок, внимательно так разглядывает лицо, и говорит. – Ты должна их собрать своим ртом, тогда точно станешь звездой, и я так уж и быть, насмотревшись представления, забуду о тебе, а может и нет. Может напротив, обращу внимания на такую серую моль, и сделаю твою унылую жизнь чуточку лучше. Скажем, шмоток тебе прикуплю, денег может быть, подкину, да и в кафе свожу, ты ведь, наверное, дикая, и даже слово такого не знаешь - «кафе».
Выдираю свой подбородок из его хватки, собираю все его книги, и грубо пихаю ему в грудь, после чего набираюсь смелости взглянуть в глаза, и говорю:
- Язык у тебя подвешенный, так что думаю собрать свои дурацкие чипсы сможешь сам. Ты ведь такой любитель устраивать шоу
Выберите полку для книги