Книги по тегу «счастливый финал»: ""
– Родила что ли? – кивает, вскинув одну бровь. Молчу. – Как будто непохоже… Сколько лет твоему ребенку?
– Не твое дело, – шиплю. На что Степа просто пожимает плечами, идет к столу, берет в руки резюме и демонстративно открывает. А я отвожу глаза… Ну да, в разделе “дети” я указала всю информацию о Маше. – И неужели не прочитал заранее?
– Веришь? Не прочитал, – смотрит то на меня, то в бумаги, – У меня не так много свободного времени. Да и будем откровенны… Интереснее все-таки пообщаться непосредственно с человеком, все спросить… А бумажки… Бумажки – это такое… Куда они денутся.
– А ты философом стал, – замечаю с досадой. Мое сердце бьется как сумасшедшее. Я вижу что Степа беззвучно что-то шепчет одними губами, потом поднимает свои ярко-голубые глаза к потолку, потом замирает… И снова смотрит на меня. Я знаю, что он у меня сейчас спросит…
– А это случаем не мой ребенок?
– Не твое дело, – шиплю. На что Степа просто пожимает плечами, идет к столу, берет в руки резюме и демонстративно открывает. А я отвожу глаза… Ну да, в разделе “дети” я указала всю информацию о Маше. – И неужели не прочитал заранее?
– Веришь? Не прочитал, – смотрит то на меня, то в бумаги, – У меня не так много свободного времени. Да и будем откровенны… Интереснее все-таки пообщаться непосредственно с человеком, все спросить… А бумажки… Бумажки – это такое… Куда они денутся.
– А ты философом стал, – замечаю с досадой. Мое сердце бьется как сумасшедшее. Я вижу что Степа беззвучно что-то шепчет одними губами, потом поднимает свои ярко-голубые глаза к потолку, потом замирает… И снова смотрит на меня. Я знаю, что он у меня сейчас спросит…
– А это случаем не мой ребенок?
– Отвали, придурок! – шиплю я.
– Отвалю, – скалится зараза-миллиардер, – Сразу после того, как расскажешь, каким образом умудрилась украсть мой паспорт и женить нас!
Он ловко фиксирует мои руки над головой, а коленом раздвигает ноги и вот я уже придавлена к гаражу так, что не могу и дёрнуться.
Но я всё равно пытаюсь!
– Я же уже сказала, что впервые тебя вижу! Зачем мне это? – сил не хватает, я обессиленно выдыхаю, – Боже, тебя что, растишкой в детстве перекормили??
– Ага. Поэтому я такой большой и злой. И раз добровольно ты признаваться в мошенничестве не собираешься, значит, разговаривать будем по другому, – стальной голос сквозит угрозой.
А ещё через секунду этот наглец просто берет меня, резко закидывает себе на плечо и несёт прямо к машине!
Ещё вчера я была свободной, как ветер в поле, а сегодня бац! Я чья-то жена! Об этом во всю кричит штамп в паспорте. И это ещё не всё.
Чёртов муженек появляется и обвинив, начинает качать права.
Но и я не пальцем деланная!
– Отвалю, – скалится зараза-миллиардер, – Сразу после того, как расскажешь, каким образом умудрилась украсть мой паспорт и женить нас!
Он ловко фиксирует мои руки над головой, а коленом раздвигает ноги и вот я уже придавлена к гаражу так, что не могу и дёрнуться.
Но я всё равно пытаюсь!
– Я же уже сказала, что впервые тебя вижу! Зачем мне это? – сил не хватает, я обессиленно выдыхаю, – Боже, тебя что, растишкой в детстве перекормили??
– Ага. Поэтому я такой большой и злой. И раз добровольно ты признаваться в мошенничестве не собираешься, значит, разговаривать будем по другому, – стальной голос сквозит угрозой.
А ещё через секунду этот наглец просто берет меня, резко закидывает себе на плечо и несёт прямо к машине!
Ещё вчера я была свободной, как ветер в поле, а сегодня бац! Я чья-то жена! Об этом во всю кричит штамп в паспорте. И это ещё не всё.
Чёртов муженек появляется и обвинив, начинает качать права.
Но и я не пальцем деланная!
Мой муж заявляет о беременной любовнице и желании жить с ней в нашем доме. На мой отказ он заявляет, что оставит меня ни с чем. Я не могу принять сложившуюся ситуацию, и быть тряпкой в глазах мужа тоже вариант так себе. Я обязательно получу развод и не останусь в роли второй, нелюбимой жены. Настало время игры по моим правилам, дорогой.
***
— Она остаётся здесь.
— Что ты сейчас сказал, Глеб? — голос мой спокойный, но внутри всё сжимается.
— Стася, это практично. Она беременна от меня, у неё нет другого места. Я не оставлю её на улице.
— Ты совсем охренел что ли? В моем доме устраивать этот цирк?
Он качает головой с раздражением, как будто объясняет очевидное:
— Дом оформлен на меня, Стася. Не делай сцен. Не стоит проверять, как быстро ты можешь остаться без всего.
— Это угроза, Глеб?
— Это совет, Стася. Не делай глупостей.
***
— Она остаётся здесь.
— Что ты сейчас сказал, Глеб? — голос мой спокойный, но внутри всё сжимается.
— Стася, это практично. Она беременна от меня, у неё нет другого места. Я не оставлю её на улице.
— Ты совсем охренел что ли? В моем доме устраивать этот цирк?
Он качает головой с раздражением, как будто объясняет очевидное:
— Дом оформлен на меня, Стася. Не делай сцен. Не стоит проверять, как быстро ты можешь остаться без всего.
— Это угроза, Глеб?
— Это совет, Стася. Не делай глупостей.
– Любимым не изменяют, – дергаю плечами, пытаясь сбросить с них руки Руслана.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
ФИНАЛ
– Ты… – произнес мужчина, когда наши взгляды схлестнулись.
Он источал свирепость, и я невольно начала медленно отползать, тщетно стараясь не выдавать страха.
– Ты не она, – прорычал оборотень, ведя руками, отчего его когти сверкнули в отблесках луны.
Никто не имеет права лгать альфе. Неважно из какого он клана.
Я же осмелилась пойти на обман и хитростью получила брачную метку. Теперь за это и поплачусь.
– Ты… – произнес мужчина, когда наши взгляды схлестнулись.
Он источал свирепость, и я невольно начала медленно отползать, тщетно стараясь не выдавать страха.
– Ты не она, – прорычал оборотень, ведя руками, отчего его когти сверкнули в отблесках луны.
Никто не имеет права лгать альфе. Неважно из какого он клана.
Я же осмелилась пойти на обман и хитростью получила брачную метку. Теперь за это и поплачусь.
Мое обучение в Академии Магии подошло к концу. Осталось только сдать выпускной экзамен и тогда я смогу сбежать от жестокого отца и, наконец, обрести свободу.
Но когда до исполнения мечты остался всего один шаг, передо мной возникло препятствие в лице Адриана Стоуна - оборотня, которого изгнали из клана за какое-то страшное преступление. Он красив, богат и опасен. Хуже того, Адриан случайно узнал мой главный секрет и решил воспользоваться этим. Но я не намерена ему уступать. Я найду способ освободиться от власти Адриана и сбежать!
Но когда до исполнения мечты остался всего один шаг, передо мной возникло препятствие в лице Адриана Стоуна - оборотня, которого изгнали из клана за какое-то страшное преступление. Он красив, богат и опасен. Хуже того, Адриан случайно узнал мой главный секрет и решил воспользоваться этим. Но я не намерена ему уступать. Я найду способ освободиться от власти Адриана и сбежать!
Триша давно смирилась с неудачами и ждёт от жизни только проблем: и на экзамене в древнем в лабиринте, и в любви, с тем, кто едва ли замечает ее, и в работе, где в лучшем случае ждет бесконечный поиск сбежавших коров.
И лишь лабиринт раз за разом сталкивает ее со странным двуликим, словно пытаясь дать шанс на новую жизнь, где все, что она делает, действительно имеет значение...
И лишь лабиринт раз за разом сталкивает ее со странным двуликим, словно пытаясь дать шанс на новую жизнь, где все, что она делает, действительно имеет значение...
– Маму Андрея зовут Анастасия Михайловна.
– Нет, – мотает головой… – Тетя Лидия! Отчество не помню.
Мое сердце стучит как сумасшедшее. Не может быть такой ошибки… Егор – бывший лучший друг Андрея, они часто бывали дома друг у друга…
– Может она поменяла имя? – выдавливаю из себя.
– У вас есть фотография, как ее...
– Анастасии Михайловны, – подсказываю, – Есть. Кажется есть.
Дрожащими пальцами открываю галерею в смартфоне и нахожу снимок, где я, Андрей и его мать сидим за столом. Пододвигаю телефон к Егору. Он смотрит несколько секунд, затем качает головой:
– Это не тетя Лида. Мать Андрея выглядит совсем иначе, она маленькая, сухонькая, темненькая, а эта… Он долго молчит, – не его мать…
– Но кто тогда живет в нашем доме?!
– Нет, – мотает головой… – Тетя Лидия! Отчество не помню.
Мое сердце стучит как сумасшедшее. Не может быть такой ошибки… Егор – бывший лучший друг Андрея, они часто бывали дома друг у друга…
– Может она поменяла имя? – выдавливаю из себя.
– У вас есть фотография, как ее...
– Анастасии Михайловны, – подсказываю, – Есть. Кажется есть.
Дрожащими пальцами открываю галерею в смартфоне и нахожу снимок, где я, Андрей и его мать сидим за столом. Пододвигаю телефон к Егору. Он смотрит несколько секунд, затем качает головой:
– Это не тетя Лида. Мать Андрея выглядит совсем иначе, она маленькая, сухонькая, темненькая, а эта… Он долго молчит, – не его мать…
– Но кто тогда живет в нашем доме?!
Анна? Что случилось?
- Он изменяет мне, - слова вырываются сами. - Я видела их вместе. Он целовал её.
Молчание. Потом тихий вздох.
- Анечка... - её голос полон сочувствия. - Мне так жаль.
- Ты знала? - внезапная догадка бьёт под дых.
Снова молчание. Потом:
- Ходили слухи... Но я не хотела...
- Все знали?! - я почти кричу. - ВСЕ, КРОМЕ МЕНЯ???
- Анна, успокойся, - в её голосе тревога. - Я сейчас приеду.
Бросаю телефон на диван. Все знали. ЗНАЛИ. А я играла роль счастливой жены, пока за моей спиной... что? Месяцы? Годы?
Меня трясет ((((. Ноги сами несут в кабинет Сергея. Включаю его компьютер. Пароль...
- Он изменяет мне, - слова вырываются сами. - Я видела их вместе. Он целовал её.
Молчание. Потом тихий вздох.
- Анечка... - её голос полон сочувствия. - Мне так жаль.
- Ты знала? - внезапная догадка бьёт под дых.
Снова молчание. Потом:
- Ходили слухи... Но я не хотела...
- Все знали?! - я почти кричу. - ВСЕ, КРОМЕ МЕНЯ???
- Анна, успокойся, - в её голосе тревога. - Я сейчас приеду.
Бросаю телефон на диван. Все знали. ЗНАЛИ. А я играла роль счастливой жены, пока за моей спиной... что? Месяцы? Годы?
Меня трясет ((((. Ноги сами несут в кабинет Сергея. Включаю его компьютер. Пароль...
Случайно застаю мужа за изменой. Вместо слез и скандалов выбираю решительные меры, скрывая свои эмоции за безупречной маской. Я не позволю вытирать об себя ноги и не собираюсь находиться на вторых ролях. В день измены мужа я поклялась себе, что придумаю план, как его уничтожить. Ведь все мы знаем, что месть подают холодной.
– Спасибо, – улыбаюсь, стараясь, чтобы это выглядело естественно. – Как прошел день?
– Рутина, как всегда. Совещания, отчеты, – он отпивает вино, избегая моего взгляда. На воротнике замечаю след от помады Каролины. Нежно-розовый.
– А как Каролина? – спрашиваю невинно, садясь напротив него, и отпиваю из бокала. – Справляется с работой? Ты вроде говорил, что у нее что-то не получалось.
– При чем тут она? – он замирает. Вилка звякает о тарелку.
– Спасибо, – улыбаюсь, стараясь, чтобы это выглядело естественно. – Как прошел день?
– Рутина, как всегда. Совещания, отчеты, – он отпивает вино, избегая моего взгляда. На воротнике замечаю след от помады Каролины. Нежно-розовый.
– А как Каролина? – спрашиваю невинно, садясь напротив него, и отпиваю из бокала. – Справляется с работой? Ты вроде говорил, что у нее что-то не получалось.
– При чем тут она? – он замирает. Вилка звякает о тарелку.
Выберите полку для книги