Книги по тегу «счастливый финал»: ""
Я спокойно проходила практику, пока не появился он – молодой юрист с кучей амбиций и я влюбилась, как любят только раз, но первая любовь принесла мне лишь страдания, правда, оставила после себя самый главный приз в моей жизни – мою доченьку.
Как бы я хотела никогда больше не встречаться с обладателем этих голубых глаз, но судьба решила иначе.
Как бы я хотела никогда больше не встречаться с обладателем этих голубых глаз, но судьба решила иначе.
– Дядя Стас, а ты свободен? – потянув через соломинку молочный коктейль, непринуждённо поинтересовалась малышка лет семи.
– Ну да, – ответил я, не заподозрив и капли подвоха.
– Отлично. Моей маме как раз нужен муж, а то она одна. Ты будешь! – И нет, это не прозвучало как вопрос, это было утверждение.
– А мама-то не против? – поперхнулся я, глянув на оцепеневшую Анну.
– Нет! – на мгновение задержав взгляд на матери, уверенно ответила маленькая сводница.
– Ну да, – ответил я, не заподозрив и капли подвоха.
– Отлично. Моей маме как раз нужен муж, а то она одна. Ты будешь! – И нет, это не прозвучало как вопрос, это было утверждение.
– А мама-то не против? – поперхнулся я, глянув на оцепеневшую Анну.
– Нет! – на мгновение задержав взгляд на матери, уверенно ответила маленькая сводница.
- Если бы моя заявила, что беременна, я бы быстро решил этот вопрос! Мне дети не нужны, – слышу, как Руслан говорит с кем-то по телефону, и его слова режут по живому, - Твоя баба голову потеряла, и ты поплыл? Сейчас у тебя есть задачи поважнее пеленок и соплей! Так что давай, решай вопрос, понял?
Я только собиралась сообщить любимому, что он станет папой, но поняла, что ему это не нужно.
Я не стала дожидаться момента, когда он заставит меня избавиться от ребенка, а просто исчезла из его жизни, чтобы сохранить то, что для меня теперь дороже всего.
Но как я могла знать, что судьба все равно приведет нас друг к другу спустя годы.
И теперь от него зависит жизнь нашей дочери...
Я только собиралась сообщить любимому, что он станет папой, но поняла, что ему это не нужно.
Я не стала дожидаться момента, когда он заставит меня избавиться от ребенка, а просто исчезла из его жизни, чтобы сохранить то, что для меня теперь дороже всего.
Но как я могла знать, что судьба все равно приведет нас друг к другу спустя годы.
И теперь от него зависит жизнь нашей дочери...
В Баунилье некромантами всегда становились только мужчины. И так продолжалось до тех пор, пока эту традицию не решилась прервать Асену.
Отправляясь на свое первое место работы, она готовилась ко всему: к пренебрежению, к недоверию, даже к угрозам. Однако в очаровательном провинциальном Пинейрусе Асену поджидали совершенно другие проблемы: на пороге её нового дома появился окровавленный дознаватель и потребовал помощи не только с раной, но и в расследовании.
Временный напарник осыпает Асену комплиментами и зазывает на свидание, однако поверить в искренность его чувств сложно.
Но так хочется...
Отправляясь на свое первое место работы, она готовилась ко всему: к пренебрежению, к недоверию, даже к угрозам. Однако в очаровательном провинциальном Пинейрусе Асену поджидали совершенно другие проблемы: на пороге её нового дома появился окровавленный дознаватель и потребовал помощи не только с раной, но и в расследовании.
Временный напарник осыпает Асену комплиментами и зазывает на свидание, однако поверить в искренность его чувств сложно.
Но так хочется...
Для мужа я всего лишь обслуживающий персонал, для всего остального у него есть любовница.
— Куда это ты собралась? — муж хватает меня за шею.
— Я ухожу от тебя...
— Ты хорошо подумала? — зло цедит он. — У тебя же ничего нет. Ни угла своего, ни копейки денег…Ты никому не нужна. Кроме меня. А ты, тварь неблагодарная, хотела свалить по-тихому?
Он чуть ослабляет хватку.
— Просто знай: у меня везде есть связи. И в психушке тоже. И если ты вдруг исчезнешь на месяцок-другой, никто не будет тебя искать. Зато я снова получу покорную и воспитанную жену. А теперь погрей ужин, я проголодался. И приведи себя в нормальный вид, смотреть противно.
Муж прав. Я плохо подготовилась... Но больше я такой ошибки не совершу! Продумаю свою идеальную месть и заставлю его ответить за все, что он сделал...
— Куда это ты собралась? — муж хватает меня за шею.
— Я ухожу от тебя...
— Ты хорошо подумала? — зло цедит он. — У тебя же ничего нет. Ни угла своего, ни копейки денег…Ты никому не нужна. Кроме меня. А ты, тварь неблагодарная, хотела свалить по-тихому?
Он чуть ослабляет хватку.
— Просто знай: у меня везде есть связи. И в психушке тоже. И если ты вдруг исчезнешь на месяцок-другой, никто не будет тебя искать. Зато я снова получу покорную и воспитанную жену. А теперь погрей ужин, я проголодался. И приведи себя в нормальный вид, смотреть противно.
Муж прав. Я плохо подготовилась... Но больше я такой ошибки не совершу! Продумаю свою идеальную месть и заставлю его ответить за все, что он сделал...
— Арин, я тебе говорю – успокойся!
Андрей смотрит на меня таким взглядом, который я прежде не видела.
— Ну даже если и было у нас разок, подумаешь! У меня на работе стресс, я его снимал так. А ты? Ты со своими командировками совсем с ума сошла! Пропадаешь в них постоянно последнее время…
Мой мир рушится в одно мгновенье. Я медленно поднимаюсь со стула.
— Всего разок? — это все, что я могу выжать из себя. Голос чужд мне.
— Да! — он тоже встает, его лицо искажено гримасой злобы. — У нас ребенок и пятнадцать лет брака, забудь и забей. В этом ничего такого нет.
Случайная фраза сына о «тете», которая была у нас в доме, рушит все. Мужу приходится признаться в измене. Мне – осознать, что браку конец. Только негодяй считает иначе и требует успокоиться.
Но я не успокоюсь и не буду молчать.
Я сделаю так, что его «разок» запомнится на всю жизнь и станет самым большим сожалением в жизни.
Андрей смотрит на меня таким взглядом, который я прежде не видела.
— Ну даже если и было у нас разок, подумаешь! У меня на работе стресс, я его снимал так. А ты? Ты со своими командировками совсем с ума сошла! Пропадаешь в них постоянно последнее время…
Мой мир рушится в одно мгновенье. Я медленно поднимаюсь со стула.
— Всего разок? — это все, что я могу выжать из себя. Голос чужд мне.
— Да! — он тоже встает, его лицо искажено гримасой злобы. — У нас ребенок и пятнадцать лет брака, забудь и забей. В этом ничего такого нет.
Случайная фраза сына о «тете», которая была у нас в доме, рушит все. Мужу приходится признаться в измене. Мне – осознать, что браку конец. Только негодяй считает иначе и требует успокоиться.
Но я не успокоюсь и не буду молчать.
Я сделаю так, что его «разок» запомнится на всю жизнь и станет самым большим сожалением в жизни.
Я стою у дверей своего кабинета и смотрю в глаза мужчине. И сердце почему-то стучит так, как будто это вовсе не школа, а всё тот же банкетный зал тогда, семь с лишним лет назад, где мы должны были готовиться к свадьбе и решить, где будем встречать гостей – а в итоге не было ни свадьбы, ни гостей, только горечь предательства на губах.
– Глава отдела образования, – он кивает, словно мы чужие, голос равнодушный, не дрогнул ни на полтона.
– Приятно познакомиться, – выдавливаю через силу.
В последнюю нашу встречу он сообщил, что свадьбы не будет. А потом просто развернулся и ушёл, оставляя меня с осколками разбитого сердца и биением новой жизни внутри, о которой в тот момент я даже не подозревала.
– Глава отдела образования, – он кивает, словно мы чужие, голос равнодушный, не дрогнул ни на полтона.
– Приятно познакомиться, – выдавливаю через силу.
В последнюю нашу встречу он сообщил, что свадьбы не будет. А потом просто развернулся и ушёл, оставляя меня с осколками разбитого сердца и биением новой жизни внутри, о которой в тот момент я даже не подозревала.
Я до сих пор не могла понять, что произошло: стройка, стрельба, ранения Розауры, арест Рудольфо. И вот я потеряла Гильермо. Он просто ушел, выкинул меня из своей жизни, словно не было ни дней, ни тем более ночей рядом с ним.
О, Господи, если бы меня жгли тысячи костров, распинали на тысячах крестов, морили голодом и жаждой, я не страдала так, как сейчас.
О, Господи, если бы меня жгли тысячи костров, распинали на тысячах крестов, морили голодом и жаждой, я не страдала так, как сейчас.
— Ты нам не подходишь, — не стесняясь, объявляет свекровь.
— Со всем уважением, но это решать не вам.
— Глупая, — хищно улыбается она. — Я всех его девок отвадила, и ты не станешь исключением.
— Не боитесь, что я все это ему передам?
— Попробуй, — самодовольно усмехается свекровь. — Жен может быть сколько угодно, а любимая мама у него одна.
Кажется, я наконец поняла, почему Сеня так долго оттягивал знакомство с родителями. Свекровь с порога объявила мне войну. Что ж…посмотрим, кто выйдет из нее победителем.
— Со всем уважением, но это решать не вам.
— Глупая, — хищно улыбается она. — Я всех его девок отвадила, и ты не станешь исключением.
— Не боитесь, что я все это ему передам?
— Попробуй, — самодовольно усмехается свекровь. — Жен может быть сколько угодно, а любимая мама у него одна.
Кажется, я наконец поняла, почему Сеня так долго оттягивал знакомство с родителями. Свекровь с порога объявила мне войну. Что ж…посмотрим, кто выйдет из нее победителем.
– Только этого мне здесь и не хватало! – вырывается у меня, прежде чем я успеваю прикусить язык.
– Приятно слышать такую искренность в голосе, – мужчина, которого я надеялась никогда больше в своей жизни не увидеть, встаёт на пороге моего кабинета.
– Арина Сергеевна, наш новый директор, буквально вчера приехал! – сообщает заглянувший в дверь запыхавшийся завуч.
Человек, которого я когда-то любила больше жизни, всматривается мне в лицо. Секунду. Две. Я привыкла выдерживать подобные взгляды – в школе они у всех директоров одинаковые. Но сейчас это взгляд не директора, а человека, который когда-то заявил на меня все права, присвоил себе… а потом бросил, когда стала не нужна. Бросил не одну, а с ребёнком под сердцем.
– Приятно слышать такую искренность в голосе, – мужчина, которого я надеялась никогда больше в своей жизни не увидеть, встаёт на пороге моего кабинета.
– Арина Сергеевна, наш новый директор, буквально вчера приехал! – сообщает заглянувший в дверь запыхавшийся завуч.
Человек, которого я когда-то любила больше жизни, всматривается мне в лицо. Секунду. Две. Я привыкла выдерживать подобные взгляды – в школе они у всех директоров одинаковые. Но сейчас это взгляд не директора, а человека, который когда-то заявил на меня все права, присвоил себе… а потом бросил, когда стала не нужна. Бросил не одну, а с ребёнком под сердцем.
Выберите полку для книги