Книги по тегу «тайны прошлого»: ""
- Мне нужен папа, - тихонько прошептала малышка, которую я только что, случайно, нашел почти у самого леса.
- А где твой папа? - я присел на корточки и внимательно посмотрел на девочку.
- Мама сказала, что он важную работу делает. Поэтому не живёт с нами. Я пошла его искать.
- Давай мы сначала найдем твою маму, а уже потом отправимся на поиски папы. Договорились?
Голубые глаза девчушки радостно засияли.
- Ты мне поможешь?
Я понятия не имел, как правильно обращаться с детьми, требовалось разыскать мать этой рыжули:
- А как зовут твою маму?
- Анжелика.
Сердце гулко ударило по рёбрам. Я знал лишь одну девушку с таким именем. Ту, с которой однажды провел ночь, чьи огненно-рыжие волосы и пронзительные голубые глаза так и не смог забыть. Совпадение? Возможно. Оставался еще один вопрос: как маленькая девочка оказалась в закрытом поселке далеко от города?
- А где твой папа? - я присел на корточки и внимательно посмотрел на девочку.
- Мама сказала, что он важную работу делает. Поэтому не живёт с нами. Я пошла его искать.
- Давай мы сначала найдем твою маму, а уже потом отправимся на поиски папы. Договорились?
Голубые глаза девчушки радостно засияли.
- Ты мне поможешь?
Я понятия не имел, как правильно обращаться с детьми, требовалось разыскать мать этой рыжули:
- А как зовут твою маму?
- Анжелика.
Сердце гулко ударило по рёбрам. Я знал лишь одну девушку с таким именем. Ту, с которой однажды провел ночь, чьи огненно-рыжие волосы и пронзительные голубые глаза так и не смог забыть. Совпадение? Возможно. Оставался еще один вопрос: как маленькая девочка оказалась в закрытом поселке далеко от города?
Очнуться в постели короля на глазах у его жены — плохое начало новой жизни.
Особенно если весь дворец ненавидит женщину, чьё лицо теперь принадлежит мне.
Я собиралась лишь уйти. Но леди Эвелина оставила после себя тайну, из-за которой меня не отпустит никто.
Особенно если весь дворец ненавидит женщину, чьё лицо теперь принадлежит мне.
Я собиралась лишь уйти. Но леди Эвелина оставила после себя тайну, из-за которой меня не отпустит никто.
«Ведьмы в тренде!» — заявила королева. И меня, зельевара и просто отчаянную ведьму, отправили в академию драконов. Почему отчаянную? Видимо, потому, что я не побоялась (ладно, не сдержалась) и от всей души приголубила озабоченного герцога по самому ценному.
И ладно бы только это! На мою шею повесили трех (трех!) ведьмочек-третьекурсниц с проблемами в инициации.
Но этого судьбе было мало. Как?! Нет, КАК так получилось, что ректором этой академии оказался дракон, от которого я сбежала семь лет назад, потому что… Ох, и отчего это так щемит сердце?
Бежать! Нужно срочно бежать из этой академии!
И ладно бы только это! На мою шею повесили трех (трех!) ведьмочек-третьекурсниц с проблемами в инициации.
Но этого судьбе было мало. Как?! Нет, КАК так получилось, что ректором этой академии оказался дракон, от которого я сбежала семь лет назад, потому что… Ох, и отчего это так щемит сердце?
Бежать! Нужно срочно бежать из этой академии!
Моя Оксана, жена консула РФ в Лос-Анджелесе, верная, честная и преданная, образцово-идеальная, которую все обожают, беременна – уже шесть недель.
И отец ребёнка – кто угодно, только не бесплодный супруг Артемий Завельский.
Эрика, поколебавшись, достаёт конверт с фотографиями, стыдливым жестом выкладывает передо мной. Так и есть… её муж и моя жена в последней командировке в Россию полтора месяца назад.
Вот кто отец ребёнка! Наши доблестные дипломаты… супруга консула и вице-консул. Какой скандал. Сколько боли… и сколько проблем миссиям обеих наших стран, отношения между которыми и без того накалились так, что искры летят, рискуя испепелить весь мир.
Мой мир уже превратился в пепел... падаю в кресло. Эрика, опускаясь в соседнее, вздыхает:
- Обнимаются прямо на улице… у детского дома где-то на окраине – зарулили туда якобы с гуманитарной целью. А вот они выходят из детдома и направляются...Видите – совсем рядом? Заходят туда – в какой-то задрипанный мотель в Замкадье!
И отец ребёнка – кто угодно, только не бесплодный супруг Артемий Завельский.
Эрика, поколебавшись, достаёт конверт с фотографиями, стыдливым жестом выкладывает передо мной. Так и есть… её муж и моя жена в последней командировке в Россию полтора месяца назад.
Вот кто отец ребёнка! Наши доблестные дипломаты… супруга консула и вице-консул. Какой скандал. Сколько боли… и сколько проблем миссиям обеих наших стран, отношения между которыми и без того накалились так, что искры летят, рискуя испепелить весь мир.
Мой мир уже превратился в пепел... падаю в кресло. Эрика, опускаясь в соседнее, вздыхает:
- Обнимаются прямо на улице… у детского дома где-то на окраине – зарулили туда якобы с гуманитарной целью. А вот они выходят из детдома и направляются...Видите – совсем рядом? Заходят туда – в какой-то задрипанный мотель в Замкадье!
— Ты правда меня любишь?
— Ну конечно! — горячо заверяет муж, продолжая подпирать собой дверцу шкафа. — Ты моя самая любимая!
— Но я видела два силуэта в окне нашей спальни…
На секунду он замолкает. В радужках мелькает странная тень, но тут же исчезает без следа.
— Тебе показалось! Пошли скорей ужинать!
Я почти выхожу из спальни, как вдруг раздаётся незнакомый рингтон.
— Это в шкафу. Демьян, ответь!
Он молчит, мрачный как грозовая туча. Стискивает мою ладонь с такой силой, что становится больно.
— Это мой второй, рабочий телефон. Не обращай внимания!
Резко вырываюсь, рывком распахиваю дверцы, и… Застываю как столб!
Среди его брендовых пиджаков и рубашек сидит девица.
Голубоглазая блондинка с большими губами и пышной грудью, едва прикрытой кружевным бельём...
— Ну конечно! — горячо заверяет муж, продолжая подпирать собой дверцу шкафа. — Ты моя самая любимая!
— Но я видела два силуэта в окне нашей спальни…
На секунду он замолкает. В радужках мелькает странная тень, но тут же исчезает без следа.
— Тебе показалось! Пошли скорей ужинать!
Я почти выхожу из спальни, как вдруг раздаётся незнакомый рингтон.
— Это в шкафу. Демьян, ответь!
Он молчит, мрачный как грозовая туча. Стискивает мою ладонь с такой силой, что становится больно.
— Это мой второй, рабочий телефон. Не обращай внимания!
Резко вырываюсь, рывком распахиваю дверцы, и… Застываю как столб!
Среди его брендовых пиджаков и рубашек сидит девица.
Голубоглазая блондинка с большими губами и пышной грудью, едва прикрытой кружевным бельём...
- Клим, любимый, познакомься, это Диана Шаталова. Одна из самых успешных бизнес-леди Питера, - с восторгом произносит Вика.
- Мы знакомы.
Я окидываю взглядом стройную женскую фигуру в вечернем платье. Когда-то я думал, что Диана самая красивая женщина на свете. Два года прошло. Ничего не изменилось.
- Вау! Представляешь, она даст мне интервью, - радуется Вика. – Обещала рассказать и о работе, и о личной жизни.
- Уверен, рассказ будет насыщенным. – Не могу сдержать усмешки.
- А еще познакомит меня со своей малышкой. Правда, Диана?
Вика поворачивается в сторону своей собеседницы. И я чувствую, как за ребрами просыпается знакомая ноющая боль.
- Мы знакомы.
Я окидываю взглядом стройную женскую фигуру в вечернем платье. Когда-то я думал, что Диана самая красивая женщина на свете. Два года прошло. Ничего не изменилось.
- Вау! Представляешь, она даст мне интервью, - радуется Вика. – Обещала рассказать и о работе, и о личной жизни.
- Уверен, рассказ будет насыщенным. – Не могу сдержать усмешки.
- А еще познакомит меня со своей малышкой. Правда, Диана?
Вика поворачивается в сторону своей собеседницы. И я чувствую, как за ребрами просыпается знакомая ноющая боль.
Много лет Анна жила как в красивой открытке.
Улыбалась на семейных фото, создавала уют, строила бизнес.
И только она знала - какую цену заплатила за этот покой.
Но в день, когда сын застает отца с молодой любовницей весь привычный мир трещит по швам. Муж уходит, сын решает переехать в Россию - в ту самую страну,
откуда Анна бежала, как из ночного кошмара, с тайной, которую не доверила никому.
Анна не плачет. Не кричит.
Она просто смотрит на руины своей жизни - и решает: она в очередной раз отстроит все заново.
Вот только она ещё не знает, что её путь к настоящему счастью начнётся именно там,
куда она поклялась никогда не возвращаться…
Улыбалась на семейных фото, создавала уют, строила бизнес.
И только она знала - какую цену заплатила за этот покой.
Но в день, когда сын застает отца с молодой любовницей весь привычный мир трещит по швам. Муж уходит, сын решает переехать в Россию - в ту самую страну,
откуда Анна бежала, как из ночного кошмара, с тайной, которую не доверила никому.
Анна не плачет. Не кричит.
Она просто смотрит на руины своей жизни - и решает: она в очередной раз отстроит все заново.
Вот только она ещё не знает, что её путь к настоящему счастью начнётся именно там,
куда она поклялась никогда не возвращаться…
Я ждала его из армии. Спустя полгода — письмо: часть отправляют в горячую точку. Ещё полгода — второе: «Признан погибшим».
Два года я пыталась забыть и отпустить. И почти смогла — рядом был Мирон, его лучший друг, который всё это время оставался моей опорой. Я согласилась дать нам шанс. А вечером того же дня в мою дверь позвонили.
На пороге — Ратмир. Живой. Изувеченный пленом. С глазами, в которых плещется то, чего я не понимаю.
Мне предстоит выбор между прошлым и будущим. Но прежде я узнаю, какую цену он заплатил, чтобы вернуться ко мне. И эта правда не оставит никого из нас прежними.
Два года я пыталась забыть и отпустить. И почти смогла — рядом был Мирон, его лучший друг, который всё это время оставался моей опорой. Я согласилась дать нам шанс. А вечером того же дня в мою дверь позвонили.
На пороге — Ратмир. Живой. Изувеченный пленом. С глазами, в которых плещется то, чего я не понимаю.
Мне предстоит выбор между прошлым и будущим. Но прежде я узнаю, какую цену он заплатил, чтобы вернуться ко мне. И эта правда не оставит никого из нас прежними.
"Она сияет, а ты чахнешь", — услышала я от мужа.
И эта сияющая нахалка решила еще и от меня избавиться, чтобы ускорить процесс.
Но я буду не я, если позволю вытереть об себя ноги. Отомщу.
Особенно, когда рядом есть могучий мрачный тип, распугивающий всех одним только взглядом. Только почему самым сложным оказывается признать, что у меня от этого взгляда тоже замирает сердце и вовсе не от страха?
* не падающая духом героиня-попаданка
* муж с запонками, которые хочется засунуть ему...
* мрачный тип, совершенно непробиваемый и явно с секретами
* животное, которое не даст скучать
* герои цикла "Драконы Эльвариама"
Поженим последнего свободного дракона?)))
И эта сияющая нахалка решила еще и от меня избавиться, чтобы ускорить процесс.
Но я буду не я, если позволю вытереть об себя ноги. Отомщу.
Особенно, когда рядом есть могучий мрачный тип, распугивающий всех одним только взглядом. Только почему самым сложным оказывается признать, что у меня от этого взгляда тоже замирает сердце и вовсе не от страха?
* не падающая духом героиня-попаданка
* муж с запонками, которые хочется засунуть ему...
* мрачный тип, совершенно непробиваемый и явно с секретами
* животное, которое не даст скучать
* герои цикла "Драконы Эльвариама"
Поженим последнего свободного дракона?)))
- Вы… - пораженно шепчу, едва узнаю мужчину, к которому меня привел семейный адвокат. - Что вы здесь делаете?
Мельников проходится по мне тяжелым взглядом, заставляя дрожать.
- Я друг твоего отца. За месяц до смерти он попросил меня присмотреть за тобой и защитить твое наследство.
Касьян медленно приближается, а меня захлестывает паника. Если он меня узнает и поймет, что это я была в том номере, то…
- Теперь я решаю, как и где ты будешь жить, - добавляет он, пока я судорожно соображаю, как снова сбежать от него.
- Но я не… - замолкаю, оказываясь прижатой к стене. Мельников нависает и жестко фиксирует мое лицо пальцами.
Смотрит так, будто хочет забраться в душу. А затем в его глазах мелькает узнавание, и все внутри обрывается. Если он поймет, что это была я - мне конец.
Мельников проходится по мне тяжелым взглядом, заставляя дрожать.
- Я друг твоего отца. За месяц до смерти он попросил меня присмотреть за тобой и защитить твое наследство.
Касьян медленно приближается, а меня захлестывает паника. Если он меня узнает и поймет, что это я была в том номере, то…
- Теперь я решаю, как и где ты будешь жить, - добавляет он, пока я судорожно соображаю, как снова сбежать от него.
- Но я не… - замолкаю, оказываясь прижатой к стене. Мельников нависает и жестко фиксирует мое лицо пальцами.
Смотрит так, будто хочет забраться в душу. А затем в его глазах мелькает узнавание, и все внутри обрывается. Если он поймет, что это была я - мне конец.
Выберите полку для книги