Книги по тегу «тайны прошлого»: ""
В сорок лет я думала, что знаю о своем браке все.
Двадцать лет я была женой генерала Арсения Грановского. Его тылом. Его спокойствием. Женщиной, которая ждала, понимала и молчала, когда он снова выбирал службу вместо семьи.
А потом я увидела рядом с ним молодую беременную женщину.
Он не объяснил. Не защитил. Только сказал:
— Ника, сейчас не время.
Значит, время пришло у меня.
Я сняла кольцо и подала на развод.
Но очень скоро оказалось, что из жизни мужа меня начали вычеркивать не просто так. На мое имя оформлены документы, которых я не подписывала. Фонд, которому я отдала годы, стал ловушкой. А женщина, которую я считала любовницей Арсения, знает тайну, из-за которой могут уничтожить нас обоих.
Арсений клянется, что не изменял.
Может быть.
Только предательство бывает не только в чужой постели. Иногда оно в молчании. В приказах. В решениях, которые приняли за тебя.
Он привык командовать.
А я больше не жена генерала.
Двадцать лет я была женой генерала Арсения Грановского. Его тылом. Его спокойствием. Женщиной, которая ждала, понимала и молчала, когда он снова выбирал службу вместо семьи.
А потом я увидела рядом с ним молодую беременную женщину.
Он не объяснил. Не защитил. Только сказал:
— Ника, сейчас не время.
Значит, время пришло у меня.
Я сняла кольцо и подала на развод.
Но очень скоро оказалось, что из жизни мужа меня начали вычеркивать не просто так. На мое имя оформлены документы, которых я не подписывала. Фонд, которому я отдала годы, стал ловушкой. А женщина, которую я считала любовницей Арсения, знает тайну, из-за которой могут уничтожить нас обоих.
Арсений клянется, что не изменял.
Может быть.
Только предательство бывает не только в чужой постели. Иногда оно в молчании. В приказах. В решениях, которые приняли за тебя.
Он привык командовать.
А я больше не жена генерала.
– Моя жена – серая мышь! Я её давно не люблю! – голос мужа доносится из-за дверей кабинета врача. – Когда она родит, я заберу ребёнка и подам на развод! Женюсь на тебе, любимая!
Я останавливаюсь, как вкопанная.
С кем это говорит мой муж? Кому адресованы эти ужасные слова?
Малыш в животе начинает беспокойно пинаться, и я сжимаю губы, чтобы сдержать стон.
В следующий миг из кабинета врача выходит та, кого я никак не могла подозревать. Моя лучшая подруга Ирина…
– Ира, это ты? – со слезами на глазах спрашиваю я.
– Да! Я сплю с твоим мужем уже пять лет! – смеётся мерзавка. – Нельзя быть такой слепой и наивной дурой. Любая другая уже давно бы догадалась, что твой муж гуляет от тебя!
Я молчу, а Ира продолжает убивать меня своими словами.
– Захар никогда не любил тебя! Брак с тобой – это ошибка, о которой он жалеет каждый божий день! И пока ты мыла полы и варила борщи, твой был со мной! Я беременна!
Я останавливаюсь, как вкопанная.
С кем это говорит мой муж? Кому адресованы эти ужасные слова?
Малыш в животе начинает беспокойно пинаться, и я сжимаю губы, чтобы сдержать стон.
В следующий миг из кабинета врача выходит та, кого я никак не могла подозревать. Моя лучшая подруга Ирина…
– Ира, это ты? – со слезами на глазах спрашиваю я.
– Да! Я сплю с твоим мужем уже пять лет! – смеётся мерзавка. – Нельзя быть такой слепой и наивной дурой. Любая другая уже давно бы догадалась, что твой муж гуляет от тебя!
Я молчу, а Ира продолжает убивать меня своими словами.
– Захар никогда не любил тебя! Брак с тобой – это ошибка, о которой он жалеет каждый божий день! И пока ты мыла полы и варила борщи, твой был со мной! Я беременна!
Я пришла на пресс-конференцию, чтобы заставить генерала Северина Ратманова ответить за моего брата.
Мирон выжил после пожара в закрытом центре «Рубеж», но официально виновным сделали именно его. В отчете стояла подпись Ратманова — человека, который привык отдавать приказы и не объясняться.
Я хотела ударить по его карьере. Хотела, чтобы он сорвался, приказал вывести меня из зала, показал всем свое настоящее лицо.
Вместо этого он дал мне месяц.
Месяц доступа к закрытому расследованию.
Месяц рядом с ним.
Месяц, чтобы доказать его вину.
Я была уверена, что ненавижу генерала.
Но чем ближе я подбиралась к правде, тем яснее понимала: главный враг не всегда тот, чья подпись стоит под приговором.
Мирон выжил после пожара в закрытом центре «Рубеж», но официально виновным сделали именно его. В отчете стояла подпись Ратманова — человека, который привык отдавать приказы и не объясняться.
Я хотела ударить по его карьере. Хотела, чтобы он сорвался, приказал вывести меня из зала, показал всем свое настоящее лицо.
Вместо этого он дал мне месяц.
Месяц доступа к закрытому расследованию.
Месяц рядом с ним.
Месяц, чтобы доказать его вину.
Я была уверена, что ненавижу генерала.
Но чем ближе я подбиралась к правде, тем яснее понимала: главный враг не всегда тот, чья подпись стоит под приговором.
— Я должен был сказать тебе раньше, — проговорил он, и сигарета наконец сломалась у него в пальцах. — Варя моя дочь.
Я молчала. Слово стояло между нами, тяжёлое, и я не могла его сдвинуть.
— Даша. — Он шагнул к самой ограде. — Скажи что-нибудь.
— Что я должна сказать. — Голос всё ещё был не мой. — Поздравить тебя?
— Не надо так.
— А как надо? — Я почувствовала, как ровность во мне даёт трещину, и под ней закипает что-то горячее. — Научи меня, как надо. Ты у нас знаешь, как надо. Девять лет знал и молчал, значит, разбираешься.
Он провёл рукой по лицу. Усталый жест, знакомый, домашний, и от того, что он сделал его здесь, у чужого дома, мне захотелось перелезть через эту ограду.
— Я не хотел, чтобы ты узнала вот так.
— А как ты хотел? — Я подалась вперёд. — За завтраком? «Даша, передай соль, и кстати, у меня дочь»? Или ты вообще не собирался говорить, просто ждал, пока я сама найду?
Я молчала. Слово стояло между нами, тяжёлое, и я не могла его сдвинуть.
— Даша. — Он шагнул к самой ограде. — Скажи что-нибудь.
— Что я должна сказать. — Голос всё ещё был не мой. — Поздравить тебя?
— Не надо так.
— А как надо? — Я почувствовала, как ровность во мне даёт трещину, и под ней закипает что-то горячее. — Научи меня, как надо. Ты у нас знаешь, как надо. Девять лет знал и молчал, значит, разбираешься.
Он провёл рукой по лицу. Усталый жест, знакомый, домашний, и от того, что он сделал его здесь, у чужого дома, мне захотелось перелезть через эту ограду.
— Я не хотел, чтобы ты узнала вот так.
— А как ты хотел? — Я подалась вперёд. — За завтраком? «Даша, передай соль, и кстати, у меня дочь»? Или ты вообще не собирался говорить, просто ждал, пока я сама найду?
Варвара Лунина — дипломированный психолог с уникальным даром. Она видит ауры людей, способна считывать их эмоции и даже прошлое. Но этот дар — проклятие, которое она тщательно скрывает, пытаясь начать обычную жизнь. Единственное, что ей нужно — получить опыт работы в Следственном комитете и открыть частную практику.
Однако реальность оказывается куда опаснее. В первый же день на службе Варя сталкивается с серией загадочных убийств. Жертвы — состоятельные люди, чьи смерти необъяснимы с медицинской точки зрения, а на месте преступления остаются странные ритуальные символы и статуэтки ангелов. Следствие заходит в тупик, и только Варя чувствует: за преступлениями стоит не просто маньяк, а тот, кто, как и она, обладает сверхъестественными способностями. Опасный менталист, который играет с жизнями людей, как кукловод.
Но самое страшное начинается, когда этот таинственный враг выходит на след самой Вари.
Единственный, кто может ей помочь — начальник отдела, майор Орлов. Суровый, непробивае
Однако реальность оказывается куда опаснее. В первый же день на службе Варя сталкивается с серией загадочных убийств. Жертвы — состоятельные люди, чьи смерти необъяснимы с медицинской точки зрения, а на месте преступления остаются странные ритуальные символы и статуэтки ангелов. Следствие заходит в тупик, и только Варя чувствует: за преступлениями стоит не просто маньяк, а тот, кто, как и она, обладает сверхъестественными способностями. Опасный менталист, который играет с жизнями людей, как кукловод.
Но самое страшное начинается, когда этот таинственный враг выходит на след самой Вари.
Единственный, кто может ей помочь — начальник отдела, майор Орлов. Суровый, непробивае
В день развода Корвин Лорант отказался от собственной дочери перед родовой книгой. Для него Талина стала ошибкой в записях. Для меня — ребёнком, которого я не позволю стереть.
Вместо дома и защиты мне досталась старая Галерея живых портретов — заброшенное место, которое все считали мёртвым. Но в первую же ночь на пустом холсте появилось лицо моей дочери. А под портретом проступили слова: «Вычеркнута ошибочно».
Теперь за нами следят те, кто прячет правду под печатями и красивыми формулировками. Новая избранница моего бывшего мужа улыбается слишком спокойно. Род Лорантов хранит слишком много тайн. А сама галерея знает имена тех, кого когда-то уже пытались вычеркнуть.
Я потеряла мужа. Потеряла фамилию. Почти потеряла прошлое.
Но если они решили забрать у моей дочери имя, я заставлю их вспомнить правду.
Вместо дома и защиты мне досталась старая Галерея живых портретов — заброшенное место, которое все считали мёртвым. Но в первую же ночь на пустом холсте появилось лицо моей дочери. А под портретом проступили слова: «Вычеркнута ошибочно».
Теперь за нами следят те, кто прячет правду под печатями и красивыми формулировками. Новая избранница моего бывшего мужа улыбается слишком спокойно. Род Лорантов хранит слишком много тайн. А сама галерея знает имена тех, кого когда-то уже пытались вычеркнуть.
Я потеряла мужа. Потеряла фамилию. Почти потеряла прошлое.
Но если они решили забрать у моей дочери имя, я заставлю их вспомнить правду.
Ратмир — величайший ювелир своей эпохи. Он знает цену каждому камню, умеет находить скрытые трещины даже там, где другие видят совершенство, и верит лишь в расчёт, геометрию и законы материи.
Поэтому именно его выбирает умирающий султан.
Правитель требует невозможного — создать камень, способный удержать человеческую душу и подарить бессмертие. Отказ означает смерть. Согласие — гибель всего, во что Ратмир верил всю жизнь. А чтобы у мастера не осталось выбора, султан берёт в заложницы его жену.
Путь к древнему самоцвету проходит через земли, где вода перестала быть водой, горы нарушают законы природы, а сама реальность словно треснула по невидимому шву. И чем ближе Ратмир подходит к цели, тем страшнее становится открытие: некоторые вещи невозможно исправить. Их можно лишь сломать окончательно.
Но если даже идеальный камень имеет точку разрушения… возможно, она есть и у бессмертия.
Поэтому именно его выбирает умирающий султан.
Правитель требует невозможного — создать камень, способный удержать человеческую душу и подарить бессмертие. Отказ означает смерть. Согласие — гибель всего, во что Ратмир верил всю жизнь. А чтобы у мастера не осталось выбора, султан берёт в заложницы его жену.
Путь к древнему самоцвету проходит через земли, где вода перестала быть водой, горы нарушают законы природы, а сама реальность словно треснула по невидимому шву. И чем ближе Ратмир подходит к цели, тем страшнее становится открытие: некоторые вещи невозможно исправить. Их можно лишь сломать окончательно.
Но если даже идеальный камень имеет точку разрушения… возможно, она есть и у бессмертия.
Когда Аяно переступает порог старой чайной, открытой лишь от заката до рассвета, она еще не знает, что один случайный выбор способен изменить не только настоящее, но и прошлое.
Странная подвеска, забытые воспоминания, озеро, хранящее чужие судьбы, и человек, которого она должна была встретить слишком поздно или не встретить вовсе. Каждый шаг приближает ее к тайне, где память становится опаснее времени, а любое решение требует собственной цены.
Но иногда прошлое нельзя изменить.
Можно лишь решить, кем ты станешь, когда оно изменит тебя.
Странная подвеска, забытые воспоминания, озеро, хранящее чужие судьбы, и человек, которого она должна была встретить слишком поздно или не встретить вовсе. Каждый шаг приближает ее к тайне, где память становится опаснее времени, а любое решение требует собственной цены.
Но иногда прошлое нельзя изменить.
Можно лишь решить, кем ты станешь, когда оно изменит тебя.
В день похорон матери Дарья возвращается в родную квартиру и застаёт сестру за коробками. Вещи уже разобраны, семейная фотография снята со стены, а Инга холодно произносит фразу, после которой прошлое рушится: «Ты ей не дочь. И мне ты не сестра».
Но Зоя Павловна успела оставить Дарье письмо. В нём — просьба не верить Инге, старая фотография незнакомой женщины по имени Лада и первая ниточка к тайне, которую семья прятала десятилетиями.
Кто такая Лада Миронова? Почему она исчезла после семейного праздника? Что знала Инга с самого начала? И почему мужчина из прошлого Дарьи оказался связан с этой историей сильнее, чем она могла представить?
Дарье придётся разобрать не только мамины вещи, но и всю свою жизнь. Потому что иногда самое опасное наследство — не квартира. А правда, которую слишком долго заставляли молчать.
Но Зоя Павловна успела оставить Дарье письмо. В нём — просьба не верить Инге, старая фотография незнакомой женщины по имени Лада и первая ниточка к тайне, которую семья прятала десятилетиями.
Кто такая Лада Миронова? Почему она исчезла после семейного праздника? Что знала Инга с самого начала? И почему мужчина из прошлого Дарьи оказался связан с этой историей сильнее, чем она могла представить?
Дарье придётся разобрать не только мамины вещи, но и всю свою жизнь. Потому что иногда самое опасное наследство — не квартира. А правда, которую слишком долго заставляли молчать.
Когда-то в детстве прабабушка пугала меня сказками о мире фэйри…
Я думала, это просто страшилки. Ровно до тех пор, пока лучшая подруга не привязала меня к дереву у древнего дольмена — живым подношением для Короля Самайна. И теперь я — прислуга в его холодном доме, его собственность.
Первая книга дилогии о том, как страшно встретить свою сказку лицом к лицу, каким кошмаром может обернуться невинная легенда об обитателях холмов. И как легко полюбить того, кого должна бояться.
Добро пожаловать в колдовской мир фэйри.
Я думала, это просто страшилки. Ровно до тех пор, пока лучшая подруга не привязала меня к дереву у древнего дольмена — живым подношением для Короля Самайна. И теперь я — прислуга в его холодном доме, его собственность.
Первая книга дилогии о том, как страшно встретить свою сказку лицом к лицу, каким кошмаром может обернуться невинная легенда об обитателях холмов. И как легко полюбить того, кого должна бояться.
Добро пожаловать в колдовской мир фэйри.
Выберите полку для книги