Книги по тегу «эмоции на грани»: ""
- Мы ее теряем! Теряем! Васильев что ты стоишь, придурок? Мы теряем ее! Соня! Соня открывай глаза!
Я ничего не слышу и не вижу. Кажется, в этот момент я оглохла и ослепла.
- Соня! Ты меня слышишь? Соня! Девочка!
Я с трудом разлепляю веки. Так больно все лицо горит огнем. Боль. Адская боль. Я не могу ее больше терпеть.
- Соня девочка! Ты только держись!
Знакомый голос. Верестов наш лучший хирург.
- Соня малышка держись! Сонечка с тобой все будет хорошо! Этого подонка накажут, Сонечка моя!
Я закрываю глаза. Такая боль….Кажется это конец….
Я ничего не слышу и не вижу. Кажется, в этот момент я оглохла и ослепла.
- Соня! Ты меня слышишь? Соня! Девочка!
Я с трудом разлепляю веки. Так больно все лицо горит огнем. Боль. Адская боль. Я не могу ее больше терпеть.
- Соня девочка! Ты только держись!
Знакомый голос. Верестов наш лучший хирург.
- Соня малышка держись! Сонечка с тобой все будет хорошо! Этого подонка накажут, Сонечка моя!
Я закрываю глаза. Такая боль….Кажется это конец….
Я любила мужа, но он меня предал. Из-за него я потеряла ребенка и оказалась в инвалидном кресле. После его измены я больше не верю в любовь.
Подруга уговорила меня согласиться на экспериментальную операцию. Красавец-доктор убеждён, что я снова смогу ходить. Он сделает всё, чтобы починить моё тело. Но сможет ли он исцелить разбитое сердце?
Подруга уговорила меня согласиться на экспериментальную операцию. Красавец-доктор убеждён, что я снова смогу ходить. Он сделает всё, чтобы починить моё тело. Но сможет ли он исцелить разбитое сердце?
Ненавижу своего сводного! Наглый, самоуверенный, заносчивый… хам! С первого дня появления в их доме он задался целью превратить мою жизнь в ад, а перевод в Академю Малхэм Мур, где он чувствует себя хозяином жизни, только облегчит эту задачу.
Один спор. Два поцелуя. Три жизни.
Ставки высоки: место в одном из противоборствующих студенческих клубов, или задворки академии, вечные смешки и унижения. Только братец не учел, что я могу быть той еще занозой, способной заставить кровоточить его сердце… и не только его.
Так кто же из нас троих кукловод?
Будет больно и сладко. Вместе с героями придется смеяться, страдать, умирать и возрождаться.
Осторожно! Может вызвать желание задуматься о вашем окружении!
Не забывайте про сердечки и комментарии. Нам это важно.
Один спор. Два поцелуя. Три жизни.
Ставки высоки: место в одном из противоборствующих студенческих клубов, или задворки академии, вечные смешки и унижения. Только братец не учел, что я могу быть той еще занозой, способной заставить кровоточить его сердце… и не только его.
Так кто же из нас троих кукловод?
Будет больно и сладко. Вместе с героями придется смеяться, страдать, умирать и возрождаться.
Осторожно! Может вызвать желание задуматься о вашем окружении!
Не забывайте про сердечки и комментарии. Нам это важно.
- София? - выдохнул муж с таким неподдельным изумлением, что сразу стало ясно - он в шоке.
На руках Рома держал младенца, которому было от силы полгода. В сердце кольнуло острой болью - у меня ведь тоже был ребенок, которого теперь воспитывал чужой, по сути, человек.
- Да, Ром… Это я, София. Твоя бывшая жена. И я вернулась, чтобы забрать обратно свою жизнь…
Авария, в которую мы с мужем попали два года назад, отняла у меня все. Полтора месяца в коме, а следом - долгий период реабилитации. Рядом был лишь мой старший сын и больше никого. Он и рассказал мне простую, но в то же время страшную правду: мой муж за это время женился на другой, у них появился малыш… А нашего кроху Роман отдал на воспитание своему отцу.
Теперь я обязана вернуть то, что принадлежит мне… И нет, бывший муж в этот список не входит.
Хоть теперь он и уверяет, что на измену, о которой я узнала в день аварии, он пошел… во имя семьи.
На руках Рома держал младенца, которому было от силы полгода. В сердце кольнуло острой болью - у меня ведь тоже был ребенок, которого теперь воспитывал чужой, по сути, человек.
- Да, Ром… Это я, София. Твоя бывшая жена. И я вернулась, чтобы забрать обратно свою жизнь…
Авария, в которую мы с мужем попали два года назад, отняла у меня все. Полтора месяца в коме, а следом - долгий период реабилитации. Рядом был лишь мой старший сын и больше никого. Он и рассказал мне простую, но в то же время страшную правду: мой муж за это время женился на другой, у них появился малыш… А нашего кроху Роман отдал на воспитание своему отцу.
Теперь я обязана вернуть то, что принадлежит мне… И нет, бывший муж в этот список не входит.
Хоть теперь он и уверяет, что на измену, о которой я узнала в день аварии, он пошел… во имя семьи.
— Ната! Ты видела нашего нового травматолога?! — Вера врывается в мой кабинет.
Ещё одна ценительница плечистых мужланов…
— Видела. Лишь бы специалист был хороший, — показательно стреляю глазами в сторону кряхтящей бабулечки, которая поднимается с кушетки.
Игнорируя врачебную этику и моего пациента, коллега аж пританцовывает на месте, продолжая фонтанировать восхищением:
— Специалист? — фыркает Семёнова. — Это Ва-ау, какой экземпляр! Я прямо вся горю… Если что, то секси доктор уже забронирован, — скалится акула офтальмологии. — И я о-очень надеюсь, что мать-природа его везде прокачала.
— Вер, у меня пациент. — Подчеркиваю интонацией, что нахождение коллеги здесь неуместно.
Она, конечно же, обижается, но хотя бы оставляет меня наедине со своими мыслями и ворчащей бабулькой. Щеки стремительно обдает жаром…
Мать-природа может его и прокачала, только вот рука человека внесла свои коррективы в одной жизненно-важной части его тела.
Откуда я знаю? Всё просто: я — терапевт.
Ещё одна ценительница плечистых мужланов…
— Видела. Лишь бы специалист был хороший, — показательно стреляю глазами в сторону кряхтящей бабулечки, которая поднимается с кушетки.
Игнорируя врачебную этику и моего пациента, коллега аж пританцовывает на месте, продолжая фонтанировать восхищением:
— Специалист? — фыркает Семёнова. — Это Ва-ау, какой экземпляр! Я прямо вся горю… Если что, то секси доктор уже забронирован, — скалится акула офтальмологии. — И я о-очень надеюсь, что мать-природа его везде прокачала.
— Вер, у меня пациент. — Подчеркиваю интонацией, что нахождение коллеги здесь неуместно.
Она, конечно же, обижается, но хотя бы оставляет меня наедине со своими мыслями и ворчащей бабулькой. Щеки стремительно обдает жаром…
Мать-природа может его и прокачала, только вот рука человека внесла свои коррективы в одной жизненно-важной части его тела.
Откуда я знаю? Всё просто: я — терапевт.
БЕСПЛАТНО!
— Что у тебя с Вяземским? — муж скалой нависает надо мной.
— Он мой подзащитный. Какие у нас могут быть отношения? Только деловые. Он мне платит.
— Не лги мне, Лара, — рычит предупреждающе.
— Там ничего нет, Вадим. Давай лучше обсудим твою любовную связь с Бережной, — растягиваю губы в ироничной улыбке, чем вызываю на лице Вадима замешательство. — Думал, я не узнаю?
Пять лет брака стали моим личным адом. Но эти времена наконец-то прошли — я готова дать мужу отпор в виде развода. Вот только не учла одного — он адвокат, и заставит меня пройти все круги ада прежде, чем я стану свободной.
— Что у тебя с Вяземским? — муж скалой нависает надо мной.
— Он мой подзащитный. Какие у нас могут быть отношения? Только деловые. Он мне платит.
— Не лги мне, Лара, — рычит предупреждающе.
— Там ничего нет, Вадим. Давай лучше обсудим твою любовную связь с Бережной, — растягиваю губы в ироничной улыбке, чем вызываю на лице Вадима замешательство. — Думал, я не узнаю?
Пять лет брака стали моим личным адом. Но эти времена наконец-то прошли — я готова дать мужу отпор в виде развода. Вот только не учла одного — он адвокат, и заставит меня пройти все круги ада прежде, чем я стану свободной.
Мой отец отправился на заработки в другой город, а меня сбагрил своим друзьям! Словно я ребенок, которому требуется присмотр, а это давно не так. И все бы ничего, но у них есть сынуля, папина и мамина радость, которая жутко меня бесит. Тестостероновый кошмар с шикарным телом и улыбкой, которая заставляет мое сердце предательски замирать. И да, он тоже объявил мне войну!
Повесть-антиутопия рассказывает про недалёкое будущее и общество, где почти все взрослые «спасены» от эмоций, мыслей и своей воли. Это вынужденная мера. Отказаться от операции нельзя – «седая» болезнь забирает жизнь в семнадцать или восемнадцать лет. Только единицы не седеют и не болеют. Они и становятся управляющими мира «спасённых» взрослых.
В этой части Мерк, который изначально родился седым, избежал операции и остался со своими чувствами и мыслями. Теперь он вынужден притворятся «спасённым», работать рядом с теми, кому операцию сделали.
Всё идёт гладко, пока Мерку не выдают особое задание, как самому выдающему молодому электрику. Его отправляют в город, где ему придётся притворяться неживым среди живых. Как справляться с чувствами, если рядом появляется та, что разжигает внутри Мерка дикое пламя?
В этой части Мерк, который изначально родился седым, избежал операции и остался со своими чувствами и мыслями. Теперь он вынужден притворятся «спасённым», работать рядом с теми, кому операцию сделали.
Всё идёт гладко, пока Мерку не выдают особое задание, как самому выдающему молодому электрику. Его отправляют в город, где ему придётся притворяться неживым среди живых. Как справляться с чувствами, если рядом появляется та, что разжигает внутри Мерка дикое пламя?
Что нужно для женского счастья?
Любящий муж, долгожданная беременность и просто счастливые дни.
Но что делать, если в твою жизнь врывается человек из прошлого? Тот, кто желает отобрать у тебя все? Любовь, мужчину, радость к жизни.
И что же делать, если этот кто-то бывшая любовница, к тому же беременная?
Разумеется ставить вопрос ребром и решать: я или она.
Любящий муж, долгожданная беременность и просто счастливые дни.
Но что делать, если в твою жизнь врывается человек из прошлого? Тот, кто желает отобрать у тебя все? Любовь, мужчину, радость к жизни.
И что же делать, если этот кто-то бывшая любовница, к тому же беременная?
Разумеется ставить вопрос ребром и решать: я или она.
— В прошлом году мой муж в очередной раз стал отцом, — произношу я с совершенно беспристрастным видом. Будто и не тревожит меня это больше. Не болит.
— Поздравляю, Мариш! Дети – это такое счастье! — мечтательно тянет одноклассница.
— Счастье, — хмыкаю я. — Только не моё, как оказалось. Ведь о его отцовстве я узнала буквально месяц назад...
***
Мой муж – красив, умен, амбициозен. Он прекрасный отец, хороший друг, ответственный работник, душа и сердце любой компании. Мой муж – идеальный. Идеальный предатель.
— Поздравляю, Мариш! Дети – это такое счастье! — мечтательно тянет одноклассница.
— Счастье, — хмыкаю я. — Только не моё, как оказалось. Ведь о его отцовстве я узнала буквально месяц назад...
***
Мой муж – красив, умен, амбициозен. Он прекрасный отец, хороший друг, ответственный работник, душа и сердце любой компании. Мой муж – идеальный. Идеальный предатель.
Выберите полку для книги