Книги по тегу «эмоции на грани»: ""

— Она вышла в папиных трусах, тогда-то  все и стало  понятно!— орала его дочь и моя близкая подружка, на весь дом. Мой отец и так был на нервах, но после такого откровения, аж побагровел:
— Тая! У вас что...был секс?
— Пап, я люблю Максима.
— Был секс?!— отец схватился за ружье для охоты на уток.
— Я тебе о любви, а ты о чем?!
— Вот черт! Черт! О чем думал этот ублюдок?!  — отец начал вставлять патрон, а я рыдать навзрыд. Как раз в это время и вошел Максим Петрович.
— Ну, что ж, я сходил в магазин, можем пить чай. Кто хочет...кексик?
 
Я была влюблена в него, сколько себя помню, но платонической любовью. О физической задумалась... когда пришла к Максиму Петровичу на гинекологический осмотр.
— Раздвинь-ка ножки,— велел мужчина, и мне стало не по себе. Безбожно жарко от одного взгляда лучшего  друга  отца.

- Повторяю – я умру, но не стану второй.
- Станешь. Куда ты денешься?! – усаживается напротив, и на лице его ярко выраженная решимость. – Тем более, не стоит так остро реагировать. Я же не любовницу завел, а вторую жену.
Его признание задело.
- А это разные роли, да?
- В моем обществе, да. Динару я люблю и не намерен бросать. Она правильно воспитана и хлопот не доставит. Ты же мой долг. Мать моих детей. Никого оставлять из вас я не намерен, как и оправдываться перед тобой. Скоро у нас с Динарой состоится свадьба. Не поздравишь?
- Соболезную!
Вырываю из его рук стакан и плеснула в рожу предателя напиток.
- Готовься к разводу, Тамерлан. Намерен создать гарем? Пожалуйста, но только не со мной.
Не захотел по-хорошему расстаться? Себе же подписал смертный приговор. Я не трону его и пальцем, но отомщу красиво. Поймет, что порядочных жен не стоит недооценивать и злить.

Ну что? Ты думал, Рома, что тебя минует чаша сия? Что твоя жена тебе будет верна до могилы? Давно надо было глаза получше протереть и в зеркало на себя глянуть — не чешется ли лобик, не вылезают ли рожки. А ты, дуралей, не догадался этого сделать. Вот и получай теперь полную обойму!

- Да, я помню все. Все поцелуи, объятия, прикосновения.
Девушка прикрыла глаза, вспоминая их долги страстные ночи. Нет, все кончено, ничего уже не вернуть.
- Я хочу, чтобы ты ушел, немедленно.
- Нет, не уйду.
- Уходи, хватит уже меня мучать. Иди, развлекайся со своей Марианной, а меня оставь в покое.
Я встал с дивана и направился прямиком к моей девочке. Она не отходила, стояла на месте. Я подошел к ней в плотную, обошел ее и стал за спиной. Убрав волосы в сторону, я поцеловал ее шею.

Алиса знала — Марк сложный человек, когда выходила замуж, но не представляла, во что превратится их жизнь. Ревность, ссоры и расшатанные нервы, заставили Алису посмотреть на свою жизнь иначе. Более честно и больше она не смогла закрывать глаза на несправедливость.

Чтобы снова обрести гармонию с собой и стать счастливой, Алисе придётся выстроить личные границы и чётко говорить чего хочет. Она сама ещё не догадывается, что способна ответить тирану тем же оружием.

Марк хочет удержать жену, но для этого надо меняться и работать над собой. Только: сможет ли он? Алиса настроена вырваться на волю и готова на всё, а рядом живёт очень умный и привлекательный сосед.

— Даша?
Жена мусолит пальцем зареванное дождем стекло.
— Что с тобой? – даю ей время и тут же сам себя опережаю. – Понимаю! Не вышло – бывает! – вздрагивает, но молчание по-прежнему сохраняет. – Я настаиваю? Скажи мне, что случилось? Мы как вышли оттуда, так ни слова не произнесли друг другу. Уже три часа молчим.
— М, да-да? – как будто из забвения возвращается.
Ну, наконец-то!
— Поставим необдуманное намерение на паузу, кумпарсита? Договорились?
Молчит, руками вытирает нос и щеки… Тягучими солеными слезами умывает красивое лицо.
— Неправильно, да? Ты не хочешь, а я заставляю?
Похоже, отрицательный ответ – большой и очень жирный крест, прочерк, непреодолимая сплошная полоса – пересекать нельзя. Назад!
— Нам надо расстаться, и мы оба это понимаем.
Расстаться? То есть? Она моя жена…
— Я не подхожу тебе, – всхлипывая, продолжает. – Не выйдет.
— Это из-за…
— Нет-нет, что ты!
— Отцу не нравлюсь? – ухмылкой порчу губы. – Мужик с дефектом без перспективы на выздоровление?

«Ба-бах!» – разрывающий пространство выстрел.
«Ш-ш-ш!» – снова промах. 
Чертов «минус» и отсутствующий на гражданке «плюс». Уже в который раз. Дрожь в руках и расфокусированный взгляд.
Несколько лет назад я грубо ошибся! Пора бы это наконец признать. Цель оказалась ложной, а расплата за ошибку – суровой и жестокой.
Мой выбор – долг, честь, вялотекущая война и унизительный для офицера плен; цена за эгоистичное счастье – влажные глаза девчушки, которую безразличием обидел и пристыдил вещизмом, глупостью и ветреностью, чертовым непостоянством!
Зачем мне эта суета, когда она бесцельна? Сколько времени я уже здесь? В доме непростого человека, которому обязан жизнью и чистым свежим воздухом. К чему стремлюсь? 
Хочу увидеть то, чего по глупости лишил себя, когда из мирной жизни, забросив на плечо рюкзак с титановым жилетом, убрался радовать судьбу; хочу взглянуть на мальчика, называющего отцом другого мужика, женатого на женщине, которую я все еще… Люблю!

Пятнадцать лет назад погиб брат Станислава Волкова. Причины смерти так и остались неизвестными. Однако подозрения пали на нее.
Алина исчезла. Он стал альфой и закрыл за ней дверь прошлого.
Теперь она вернулась.
Стая Громовых ослабла. Отец мёртв, а древний договор отнимает у неё всё. Земля, власть, имя — теперь его.
Он не мог простить. Она не могла забыть. Никто из них не хотел признать, что чувства все еще живы.
Пока они снова сближались — через боль, гнев и горечь — в игру вступил третий. Тот, кто все это время оставался в тени, ждал своего часа.

— Ребёнок из пробирки, появившийся из-за ошибки. Этого не должно было случиться! — мужчина с силой бьёт кулаком о стену.
Тяжело дыша, он подходит ко мне и приказывает:
— Собирай свои вещи. Ты поедешь со мной.
— Куда? — не понимаю я.
Незнакомец смотрит на меня со злой усмешкой:
— Куда, куда… Ко мне, разумеется. Этот случайный ребёнок навсегда связал нас — нравится нам это или нет. А значит, ты будешь под моим присмотром до самых родов. Я должен быть уверен, что ты не навредишь моему… наследнику.
— Я не поеду, — пытаюсь возразить я.
— Поедешь, — отрезает он. — У тебя нет выбора. Но запомни главное, — он делает шаг ко мне, его лицо совсем близко. — У меня есть невеста. Так что даже не надейся ни на какую любовь и прочую романтическую чушь. Ты для меня — не более чем живой инкубатор. Всего лишь ошибка, которую я вынужден контролировать. Ты поняла?

Я молча киваю, не в силах вымолвить ни слова. В его тёмных глазах — только холод и презрение.

Моих родителей убили у меня на глазах, тогда мне было тринадцать лет. Долгие годы до совершеннолетия я провела в детском доме, каждый день, вынашивая план мести тому, кто оставил меня сиротой. Когда судьба столкнула меня с Ним, я и представить не могла, что без памяти влюблюсь в Палача…