Книги по тегу «эротика»: ""
Она прилетела в Африку, чтобы сбежать от прошлого. Он оказался тем, от кого невозможно убежать.
Страстный роман о женщине, которая учится доверять заново, и мужчине, готовом рискнуть всем ради неё. О любви, которая не признаёт границ, о выборе, который меняет судьбу, и о том, что настоящая смелость — это открыть сердце даже тогда, когда ты боишься потерять себя.
Их встреча должна была стать случайностью. Но африканская ночь помнит всё.
Страстный роман о женщине, которая учится доверять заново, и мужчине, готовом рискнуть всем ради неё. О любви, которая не признаёт границ, о выборе, который меняет судьбу, и о том, что настоящая смелость — это открыть сердце даже тогда, когда ты боишься потерять себя.
Их встреча должна была стать случайностью. Но африканская ночь помнит всё.
В мире, где покорные сабы отдают свою магическую энергию через боль, я считалась бракованной пустышкой. Мое тело не отзывалось на удары плети, а проклятый дар искал выход через запретное удовольствие. Я пряталась на самом дне трущоб, пока меня не нашел Кайден Мор — безжалостный Мастер Плети, инквизитор, чьего имени боятся даже лорды.
Он надел на меня ошейник и дал мне тридцать дней. Тридцать дней, чтобы доказать Совету, что я не ошибка природы, а нечто совершенно новое. Я должна была стать лишь его экспериментом. Но наша связь, выкованная в первобытной страсти и темной магии, оказалась сильнее любых канонов Ордена. И теперь, когда за мной началась настоящая охота, Кайден готов сжечь этот прогнивший мир дотла, чтобы защитить то, что принадлежит ему.
Он надел на меня ошейник и дал мне тридцать дней. Тридцать дней, чтобы доказать Совету, что я не ошибка природы, а нечто совершенно новое. Я должна была стать лишь его экспериментом. Но наша связь, выкованная в первобытной страсти и темной магии, оказалась сильнее любых канонов Ордена. И теперь, когда за мной началась настоящая охота, Кайден готов сжечь этот прогнивший мир дотла, чтобы защитить то, что принадлежит ему.
– Роман, – представился мужчина.
– Марина, – проговорила я и протянула ему пакет.
Он подошёл ближе. Почти вплотную. Я попыталась вдохнуть поглубже и почувствовала, как в голове поплыл сладкий туман.
– Я… я…
Роман приложил палец к моим губам.
– Тише. Ничего не говори. Проходи в гостиную.
Мужчина забрал у меня пакет и пошёл вперёд. Я, сжимаясь от страха и захватывающего тело возбуждения, последовала за ним.
Что я тут делаю? Кто этот человек? Может быть, я в опасности?
——
Мне тридцать два. Я разведена, погрязла в долгах и давно забыла, каково это – чувствовать себя желанной.
Но однажды я привезла заказ в дом двух миллионеров.
Они предложили мне исполнить желания, в которых я боялась признаться даже самой себе.
Только одна ночь. Двое мужчин. Никаких чувств и обязательств.
Именно так всё должно было закончиться.
Но теперь мне угрожают, а единственные люди, способные меня защитить, хотят получить не просто благодарность. Они хотят меня – полностью и на своих условиях.
——
– Марина, – проговорила я и протянула ему пакет.
Он подошёл ближе. Почти вплотную. Я попыталась вдохнуть поглубже и почувствовала, как в голове поплыл сладкий туман.
– Я… я…
Роман приложил палец к моим губам.
– Тише. Ничего не говори. Проходи в гостиную.
Мужчина забрал у меня пакет и пошёл вперёд. Я, сжимаясь от страха и захватывающего тело возбуждения, последовала за ним.
Что я тут делаю? Кто этот человек? Может быть, я в опасности?
——
Мне тридцать два. Я разведена, погрязла в долгах и давно забыла, каково это – чувствовать себя желанной.
Но однажды я привезла заказ в дом двух миллионеров.
Они предложили мне исполнить желания, в которых я боялась признаться даже самой себе.
Только одна ночь. Двое мужчин. Никаких чувств и обязательств.
Именно так всё должно было закончиться.
Но теперь мне угрожают, а единственные люди, способные меня защитить, хотят получить не просто благодарность. Они хотят меня – полностью и на своих условиях.
——
– Деловой стиль тебе к лицу, – щурясь, словно кот на солнце, проговорил Роман. – Как работа?
– Но я… я ещё не приступила, – смущённо пробормотала я.
Роман сделал несколько шагов и оказался рядом со мной. Я чувствовала запах его дорогой туалетной воды, видела ворсинки на идеально выглаженном чёрном костюме.
– Мы же тебя наняли, Марина, ты забыла? Нужно исполнять свои рабочие обязанности, – с этими словами он провёл рукой по моему бедру, нащупал край юбки и слегка приподнял её.
––
Я приняла условия Огарёвых.
Новая квартира. Работа в их компании. Защита от человека, который мог разрушить мою жизнь.
Взамен – послушание. Тайные встречи. И право двух мужчин распоряжаться мной так, будто я уже принадлежу им.
Я думала, самое опасное – потерять голову от Максима и Романа одновременно.
Но когда меня обвиняют в предательстве, они первыми выносят приговор.
––
– Но я… я ещё не приступила, – смущённо пробормотала я.
Роман сделал несколько шагов и оказался рядом со мной. Я чувствовала запах его дорогой туалетной воды, видела ворсинки на идеально выглаженном чёрном костюме.
– Мы же тебя наняли, Марина, ты забыла? Нужно исполнять свои рабочие обязанности, – с этими словами он провёл рукой по моему бедру, нащупал край юбки и слегка приподнял её.
––
Я приняла условия Огарёвых.
Новая квартира. Работа в их компании. Защита от человека, который мог разрушить мою жизнь.
Взамен – послушание. Тайные встречи. И право двух мужчин распоряжаться мной так, будто я уже принадлежу им.
Я думала, самое опасное – потерять голову от Максима и Романа одновременно.
Но когда меня обвиняют в предательстве, они первыми выносят приговор.
––
Он уставился на моё тело так, будто увидел что-то невероятное. Я сидела перед ним и чувствовала, как краска заливает щёки. Не от стыда — от того, как он смотрел. Так смотрят на произведение искусства. Так смотрят на чудо.
— Боже мой, Настя, — выдохнул он и провёл ладонью по моему плечу, по ключице, по груди поверх лифчика. Его пальцы чуть подрагивали — не от неуверенности, а от переизбытка чувств. — Ты... Ты даже не понимаешь, какая ты красивая.
— Я понимаю, Рома— сказала я, и это была правда: я научилась принимать своё тело, любить его, считать красивым. Но то, как это слово прозвучало из его уст — «красивая» — было чем-то новым. Словно он не просто констатировал факт, а вкладывал в него что-то ещё — восхищение, благоговение, почти молитву.
— Боже мой, Настя, — выдохнул он и провёл ладонью по моему плечу, по ключице, по груди поверх лифчика. Его пальцы чуть подрагивали — не от неуверенности, а от переизбытка чувств. — Ты... Ты даже не понимаешь, какая ты красивая.
— Я понимаю, Рома— сказала я, и это была правда: я научилась принимать своё тело, любить его, считать красивым. Но то, как это слово прозвучало из его уст — «красивая» — было чем-то новым. Словно он не просто констатировал факт, а вкладывал в него что-то ещё — восхищение, благоговение, почти молитву.
— Я предлагаю тебе честные отношения. Мы встречаемся, радуем друг друга и не влюбляемся.
— Ты серьёзно?
— Твоё тело хочет любви. Твоё сердце хочет радости. Я готов закрыть эти потребности.
Майя хочет любви.
Мирон не верит в любовь.
Он предложил секс без чувств, страсть без обязательств. Никаких иллюзий. Никаких обещаний.
Игра началась.
💋 Страсть
💋 Притяжение
💋 Любовь
— Ты серьёзно?
— Твоё тело хочет любви. Твоё сердце хочет радости. Я готов закрыть эти потребности.
Майя хочет любви.
Мирон не верит в любовь.
Он предложил секс без чувств, страсть без обязательств. Никаких иллюзий. Никаких обещаний.
Игра началась.
💋 Страсть
💋 Притяжение
💋 Любовь
Контракт на девяносто ночей исполнен. Милена Орлова уходит с сорок седьмого этажа свободной: долг обнулён, пальто на плечах, в такси — дождь и тишина. Лев Воробьёв смотрит с высоты и не звонит. Впервые за три месяца он делает то, что обещал: отпускает.
А потом приходит правда. Стол четырнадцать был не просто проигрышем. Её отца подставили. Её саму — превратили в залог ещё до первой фишки. И человек, которого она считала врагом, ждал не девяносто ночей. Он ждал, пока она сама вернётся.
Милена возвращается. Не на колени. На войну. Пресса, иск, ревность, чужие деньги и своё желание, которое больше нельзя спрятать за пунктами. «Не залог», — говорит она. И впервые просит не по правилам.
На крыше «Золотого Каре» контракт сгорает. Остаётся кольцо, выбор и формула, от которой стыдно и сладко сразу: выкуп — не деньгами.
А потом приходит правда. Стол четырнадцать был не просто проигрышем. Её отца подставили. Её саму — превратили в залог ещё до первой фишки. И человек, которого она считала врагом, ждал не девяносто ночей. Он ждал, пока она сама вернётся.
Милена возвращается. Не на колени. На войну. Пресса, иск, ревность, чужие деньги и своё желание, которое больше нельзя спрятать за пунктами. «Не залог», — говорит она. И впервые просит не по правилам.
На крыше «Золотого Каре» контракт сгорает. Остаётся кольцо, выбор и формула, от которой стыдно и сладко сразу: выкуп — не деньгами.
Я завидую парочкам, которые могут уединиться в примерочной и подарить друг другу истинное наслаждение. Но что делать, когда у тебя нет мужчины? Решение одно: отправиться в торговый центр и найти того, кто готов воплотить в реальности самые откровенные мои фантазии!
Я возвращаюсь в дом, откуда меня вышвырнули много лет назад.
Моя мать умирает и единственный шанс спасти ее — принять условия жёсткого старика: стать женой его младшего брата. Того, кого я не люблю. Руслан встречает меня с теплом, отец клянётся оплатить лечение. И я почти смирилась. Поверила, что смогу выжить в этой сделке.
Но тут появляется он. Аслан. Старший сын. Моя первая любовь, которую у меня отняли силой.
Он не простил. Не забыл. И он не позволит мне выйти за другого, даже за родного брата.
— Ты моя, Лейла. Была моей. Будешь моей.
Моя мать умирает и единственный шанс спасти ее — принять условия жёсткого старика: стать женой его младшего брата. Того, кого я не люблю. Руслан встречает меня с теплом, отец клянётся оплатить лечение. И я почти смирилась. Поверила, что смогу выжить в этой сделке.
Но тут появляется он. Аслан. Старший сын. Моя первая любовь, которую у меня отняли силой.
Он не простил. Не забыл. И он не позволит мне выйти за другого, даже за родного брата.
— Ты моя, Лейла. Была моей. Будешь моей.
Она всегда чувствовала себя лишней. Слишком большой для этого дома, слишком тихой для этого мира. Когда мать уезжает в командировку, а отчим Егор приводит в дом друга Матвея, привычная жизнь Раи превращается в клетку. Но самая страшная ловушка — внутри неё самой. Двое мужчин смотрят на неё не как на дочь или гостью, а как на добычу. И Рае предлагают выбор: сказать «нет» и остаться одной… или сказать «да» и потерять себя.
Каждую ночь границы стираются. Каждое прикосновение ломает её старые страхи. Но что, если она не хочет, чтобы это прекращалось?
— Ты ей не можешь сказать, — говорит Матвей.
— Знаю.
— А хотела бы?
— Нет, — шепчет Рая. — Без вас я не могу.
Это не просто эротическая драма. Это история о том, как одиночество искажает желания, а стыд превращается в зависимость. Сможет ли Рая вернуть себе право на «нет» или навсегда останется их общей тайной?
Каждую ночь границы стираются. Каждое прикосновение ломает её старые страхи. Но что, если она не хочет, чтобы это прекращалось?
— Ты ей не можешь сказать, — говорит Матвей.
— Знаю.
— А хотела бы?
— Нет, — шепчет Рая. — Без вас я не могу.
Это не просто эротическая драма. Это история о том, как одиночество искажает желания, а стыд превращается в зависимость. Сможет ли Рая вернуть себе право на «нет» или навсегда останется их общей тайной?
Выберите полку для книги