Книги по тегу «юмор и любовь»: ""
— Ты в меня влюбишься.
Я чуть кофе не подавилась.
— Самоуверенность не жмет?
— Спорим, ты сдашься первой?
Я — Вера Ланская, отличница, заучка и человек, который терпеть не может наглых спортсменов.
Он — Артем Воронцов, звезда хоккейной команды, ходячая проблема с идеальной улыбкой и ужасной привычкой ходить по квартире полуголым.
По вине университета мы стали соседями.
Теперь он ворует мои йогурты, бесит меня с утра до ночи и почему-то уверен, что я обязательно в него влюблюсь.
Вот и посмотрим!
Я чуть кофе не подавилась.
— Самоуверенность не жмет?
— Спорим, ты сдашься первой?
Я — Вера Ланская, отличница, заучка и человек, который терпеть не может наглых спортсменов.
Он — Артем Воронцов, звезда хоккейной команды, ходячая проблема с идеальной улыбкой и ужасной привычкой ходить по квартире полуголым.
По вине университета мы стали соседями.
Теперь он ворует мои йогурты, бесит меня с утра до ночи и почему-то уверен, что я обязательно в него влюблюсь.
Вот и посмотрим!
Варя Плюшкина всего лишь хотела отправить подруге мем про генерального директора. Но один неловкий клик — и шутка про Марка Громова улетает в общий корпоративный чат.
Теперь весь офис знает: строгий, властный и безупречно холодный босс улыбается примерно раз в квартал. По согласованию с юридическим отделом.
Варя готовится к увольнению, потере премии и торжественному выносу из здания вместе с любимой кружкой. Но Марк Громов неожиданно решает иначе. Вместо наказания он назначает её ответственной за самый опасный проект в компании — сделать его образ живым, человечным и хотя бы иногда похожим на человека, который не отменил весну личным распоряжением.
Она — пышная, остроумная, упрямая и слишком честная для безопасной офисной жизни.
Он — босс, привыкший всё контролировать, включая эмоции, сроки и чужие паузы.
Смешная, острая и нежная история о любви, достоинстве и боссе, которому всё-таки можно смеяться.
Теперь весь офис знает: строгий, властный и безупречно холодный босс улыбается примерно раз в квартал. По согласованию с юридическим отделом.
Варя готовится к увольнению, потере премии и торжественному выносу из здания вместе с любимой кружкой. Но Марк Громов неожиданно решает иначе. Вместо наказания он назначает её ответственной за самый опасный проект в компании — сделать его образ живым, человечным и хотя бы иногда похожим на человека, который не отменил весну личным распоряжением.
Она — пышная, остроумная, упрямая и слишком честная для безопасной офисной жизни.
Он — босс, привыкший всё контролировать, включая эмоции, сроки и чужие паузы.
Смешная, острая и нежная история о любви, достоинстве и боссе, которому всё-таки можно смеяться.
У него есть всё, а у меня только аллергия на самоуверенных подонков. Он — сердцеед, не знающий отказов. Я — та, кто с удовольствием подрежет ему крылья.
В этой игре нет правил, зато есть:
✅ Один наглый бизнесмен, который не умеет проигрывать;
✅ Одна острая на язык журналистка, которая не умеет молчать;
✅ Тайны прошлого, которые будут преградой.
В этой игре нет правил, зато есть:
✅ Один наглый бизнесмен, который не умеет проигрывать;
✅ Одна острая на язык журналистка, которая не умеет молчать;
✅ Тайны прошлого, которые будут преградой.
Рубин Куйский — гном, председатель культурного комитета, хозяин лучшей таверны в Цветущем Лесу — привык, что его жизнь состоит из браги, турниров по метанию шишек и заседаний на пару с Брунгильдой. Но однажды вечером на пороге таверны появляется незнакомка: тихая, настороженная, в дорожном плаще, пахнущем летним лугом. Она называет себя энтомологом — изучает жуков. Ищет, где переночевать. И явно что-то скрывает.
Кокцинелла Семиточечная полгода бежит от Роя серокрылых ос. Цветущий Лес должен был стать лишь временным убежищем. Но у леса свои планы: уютная мансарда, тушеные опята, огненнобородый гном и чувство, от которого крылья за спиной начинают расправляться сами собой.
Кокцинелла Семиточечная полгода бежит от Роя серокрылых ос. Цветущий Лес должен был стать лишь временным убежищем. Но у леса свои планы: уютная мансарда, тушеные опята, огненнобородый гном и чувство, от которого крылья за спиной начинают расправляться сами собой.
А я люблю военных красивых здоровенных еще люблю крутых и всяких деловых, еще... Котиков в процедуру на клизму...
Их знакомство началось со спора на миллион. Продолжилось с полёта торта в лицо. А закончится... ну, вы догадываетесь.
Артур – король пафоса. У него три ресторана, идеальные усы и привычка выигрывать по жизни. По спору с друзьями он должен уложить в постель первую встречную всего за неделю. Лёгкие деньги, правда?
Устинья – королева десертов и профессиональный разрушитель мужских иллюзий. Она печёт торты, носит футболки «Я люблю коржики» и с первого взгляда раскусила этого кавказского красавчика. Никакие цветы, рестораны и «Лексусы» на неё не действуют. А знаете почему? Потому что она слышала их дурацкий спор ещё на входе.
И всё равно она даёт ему шанс. Ей просто интересно, когда этот важный индюк поймёт, что стандартный набор не работает?
Но Артур – кавказец. А кавказцы не сдаются. Даже когда их послали с коржиками и без миллиона.
Артур – король пафоса. У него три ресторана, идеальные усы и привычка выигрывать по жизни. По спору с друзьями он должен уложить в постель первую встречную всего за неделю. Лёгкие деньги, правда?
Устинья – королева десертов и профессиональный разрушитель мужских иллюзий. Она печёт торты, носит футболки «Я люблю коржики» и с первого взгляда раскусила этого кавказского красавчика. Никакие цветы, рестораны и «Лексусы» на неё не действуют. А знаете почему? Потому что она слышала их дурацкий спор ещё на входе.
И всё равно она даёт ему шанс. Ей просто интересно, когда этот важный индюк поймёт, что стандартный набор не работает?
Но Артур – кавказец. А кавказцы не сдаются. Даже когда их послали с коржиками и без миллиона.
— Ты вообще умеешь с людьми разговаривать?
— Умею, но только с нормальными.
— А я, значит, в эту категорию не вхожу?
— Сообразительный какой. Прямо гордость за тебя берёт.
— Знаешь, в чём твоя проблема? Ты считаешь себя неприступной крепостью, но я видел такие крепости. Все они падали.
— Серьёзно? И как долго ты их осаждал? Десять минут? Пять?
— Зачем так долго, если можно за две.
— На большее, твоё мужское достоинство не способно, Егор?
— Тебе просто обидно, что я на тебя даже не смотрю.
— Обидно? — Ария прижала руку к груди. — Я молюсь каждый вечер, чтобы ты на меня не смотрел. И знаешь? Мои молитвы работают.
— Врёшь.
— Ты просто привык, что все вокруг растекаются лужицей, стоит тебе только улыбнуться, но я не все, Зверев. Я та самая неприступная крепость. Ты можешь быть главным сердцеедом нашего города, но уж извини, на меня твои чары не действуют.
Или всё же подействуют?
— Умею, но только с нормальными.
— А я, значит, в эту категорию не вхожу?
— Сообразительный какой. Прямо гордость за тебя берёт.
— Знаешь, в чём твоя проблема? Ты считаешь себя неприступной крепостью, но я видел такие крепости. Все они падали.
— Серьёзно? И как долго ты их осаждал? Десять минут? Пять?
— Зачем так долго, если можно за две.
— На большее, твоё мужское достоинство не способно, Егор?
— Тебе просто обидно, что я на тебя даже не смотрю.
— Обидно? — Ария прижала руку к груди. — Я молюсь каждый вечер, чтобы ты на меня не смотрел. И знаешь? Мои молитвы работают.
— Врёшь.
— Ты просто привык, что все вокруг растекаются лужицей, стоит тебе только улыбнуться, но я не все, Зверев. Я та самая неприступная крепость. Ты можешь быть главным сердцеедом нашего города, но уж извини, на меня твои чары не действуют.
Или всё же подействуют?
— Открывайте! — звучит из-за двери рассерженный голос соседки.
Любопытно, что на этот раз фею разозлило. Готовлюсь укрощать недотрогу, открываю дверь.
Ухмылка падает на пол, а из фраз остаются нецензурные. Фея в бешенстве.
— Вот! Полюбуйтесь!
Любуюсь. Смотрю, как с белокурых волос ее дочери жирными каплями стекает синяя краска. Логика подсказывает, что без Вовки тут не обошлось.
— Оп-па, — усмехаюсь. — А ты у нас кто? Мальвина? Аватар?
— Прекратите издеваться! Ваш внук Агату краской облил.
Вовка шуршит и уже возможно удирает через окно. Понял, паршивец, что снова деду малину обломал своей войной с девчонкой.
— Понял. Разъяснительную беседу проведу. А ты как заскучаешь, на чай приходи. Кино посмотрим. Про синих человечков.
Фея фыркает, хватает за руку дочь и уходит, что-то бубня под нос.
Вот спасибо, внучек. Удружил. С девчонкой ругаешься ты, а страдает дед.
— Буратино! Сынок! — ору вглубь дома. — Неси инструменты. Сейчас тебе дед сучки равнять будет. Рубанком.
Любопытно, что на этот раз фею разозлило. Готовлюсь укрощать недотрогу, открываю дверь.
Ухмылка падает на пол, а из фраз остаются нецензурные. Фея в бешенстве.
— Вот! Полюбуйтесь!
Любуюсь. Смотрю, как с белокурых волос ее дочери жирными каплями стекает синяя краска. Логика подсказывает, что без Вовки тут не обошлось.
— Оп-па, — усмехаюсь. — А ты у нас кто? Мальвина? Аватар?
— Прекратите издеваться! Ваш внук Агату краской облил.
Вовка шуршит и уже возможно удирает через окно. Понял, паршивец, что снова деду малину обломал своей войной с девчонкой.
— Понял. Разъяснительную беседу проведу. А ты как заскучаешь, на чай приходи. Кино посмотрим. Про синих человечков.
Фея фыркает, хватает за руку дочь и уходит, что-то бубня под нос.
Вот спасибо, внучек. Удружил. С девчонкой ругаешься ты, а страдает дед.
— Буратино! Сынок! — ору вглубь дома. — Неси инструменты. Сейчас тебе дед сучки равнять будет. Рубанком.
Когда Мариэль отправили данью к Властелину Теней, она дрожала не от страха перед Чудовищем, а от ужаса разоблачения — её «невинность» год назад осталась на сеновале с сыном мельника. Но Властелин, уставший за девятьсот лет от притворных охов и дрожащих овечек, чует фальшь за версту — и внезапно расцветает от счастья. Наконец-то можно не играть в педагогическую поэму! Он обещает ночь, которую она запомнит, и мастер-класс по экстазу от профессионала с безупречным вкусом. Оказывается, быть бракованной данью — лучший способ получить визитку с надписью «Заглядывайте без формальностей».
Книга останется БЕСПЛАТНОЙ❤️
Вам за тридцать, вы одиноки, а подруги уже обменяли коктейли на памперсы? Добро пожаловать в клуб одиноких, можно сердец, можно душ, короче, как корабль назовете, так он и поплывет.
Пока подруги Ксении блистали на семейных фото с мужьями и детьми, она, тридцатилетняя, всё ещё искала своё «идеальное совпадение» в бесконечном лабиринте знакомств. Устав от жалости в глазах близких и собственных разочарований, Ксения заключает дерзкое пари - найти достойного мужчину за месяц на «Сайте знакомств».
Выходка оборачивается ее встречей с обаятельным соседом-журналистом, который просит её стать героиней своей статьи о свиданиях.
Так начинается её одиссея по миру «Сайта знакомств» и свиданий, где каждый вечер приносит новую порцию разочарований, но и новую возможность поделиться историями с таинственным соседом, к которому ее безумно тянет.
Вам за тридцать, вы одиноки, а подруги уже обменяли коктейли на памперсы? Добро пожаловать в клуб одиноких, можно сердец, можно душ, короче, как корабль назовете, так он и поплывет.
Пока подруги Ксении блистали на семейных фото с мужьями и детьми, она, тридцатилетняя, всё ещё искала своё «идеальное совпадение» в бесконечном лабиринте знакомств. Устав от жалости в глазах близких и собственных разочарований, Ксения заключает дерзкое пари - найти достойного мужчину за месяц на «Сайте знакомств».
Выходка оборачивается ее встречей с обаятельным соседом-журналистом, который просит её стать героиней своей статьи о свиданиях.
Так начинается её одиссея по миру «Сайта знакомств» и свиданий, где каждый вечер приносит новую порцию разочарований, но и новую возможность поделиться историями с таинственным соседом, к которому ее безумно тянет.
Выберите полку для книги