Подборка книг по тегу: "юмор и любовь"
– Ксюша, там к тебе жених приехал на красивой машине! – кричит мне бабушка из огорода.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
Застав мужа с любовницей в супружеской кровати, я прихожу к нескольким выводам:
1️⃣. Надо развестись 💔 (и наконец-то обратить внимание на своего холостого босса-красавчика 🤤);
2️⃣. Работа не волк 🐺 — в лес не убежит (и почему бы не улететь ✈ на море 🌊 под предлогом больничного?)
3️⃣. Пора выстраивать личные границы ⛔ (хватит уже позволять людям пользоваться моей добротой! 😈😇).
Свою жизнь я, как раз, планирую изменить в отпуске. Солнце! Отель «пять звезд» и шикарный бассейн — что может быть лучше, чтобы пережить измену?
Стоп! Почему этот мужчина крадет моего надувного фламинго? Я не согласна! Он — мой.
Да-да, мой. Что? Я не о фламинго, а о красавчике-воришке. Почему он так сильно похож на моего босса? Ой, это он и есть! А что за дамочка тянет руки к моим фламинго и боссу?
Нет, я так просто их не отдам!
Иришка Чижик идет в бой, чтобы отстоять свои личные границы и приоритеты!
Держись, босс, это мой фламинго! 🦩 (Как и ты).
1️⃣. Надо развестись 💔 (и наконец-то обратить внимание на своего холостого босса-красавчика 🤤);
2️⃣. Работа не волк 🐺 — в лес не убежит (и почему бы не улететь ✈ на море 🌊 под предлогом больничного?)
3️⃣. Пора выстраивать личные границы ⛔ (хватит уже позволять людям пользоваться моей добротой! 😈😇).
Свою жизнь я, как раз, планирую изменить в отпуске. Солнце! Отель «пять звезд» и шикарный бассейн — что может быть лучше, чтобы пережить измену?
Стоп! Почему этот мужчина крадет моего надувного фламинго? Я не согласна! Он — мой.
Да-да, мой. Что? Я не о фламинго, а о красавчике-воришке. Почему он так сильно похож на моего босса? Ой, это он и есть! А что за дамочка тянет руки к моим фламинго и боссу?
Нет, я так просто их не отдам!
Иришка Чижик идет в бой, чтобы отстоять свои личные границы и приоритеты!
Держись, босс, это мой фламинго! 🦩 (Как и ты).
Жанна направляется в деревню собрать материал для новой линии косметики. По дороге ее машину таранит козел майора в отставке, ныне местного фермера Федора. Жанна в ярости и требует возмещение ущерба, но денег у Федора нет. В качестве компенсации он предлагает Жанне временно поселиться в его флигеле. Однако ему приходятся не по вкусу ее придирки и капризы, и он всеми силами пытается избавиться от новой постоялицы.
Смогут ли несговорчивый фермер и светская львица ужиться вместе хоть неделю? И в какой момент поймут, что их объединяет не только договор, но и любовь…
Смогут ли несговорчивый фермер и светская львица ужиться вместе хоть неделю? И в какой момент поймут, что их объединяет не только договор, но и любовь…
— Может бабушку попросим? — Лиска с сомнением пожевала губешку, глядя на свое отражение в старом, потертом зеркале. Один хвост у нее торчал где-то на затылке, а второй под ухом. Оба растрепанные, как будто я не бился над ними последние пятнадцать минут! Как будто не ноги у меня из жопы, как тренер говорит, а руки.
— Бабушку не попросим, — строго отрезал я.
— А петухов сколько, — протянула дочь с тоской. — Вот же. Петух. И вот… и ещё…
— Да понял я, ну!
— Так пойдешь. Давай-ка опаздываем уже. — Я подхватил дочкин пакет со всякими шмотками, сунул ей в руки любимую корову и потащил к машине.
— Думаешь она добрая? — спросила Лиска, бодрая меня коровой в локоть.
— Корова твоя?
— Воспитательница!
— А вдруг нет?
Я пригнулся, чтобы пристегнуть Васькин ремень и получил коровой по голове.
— Можешь ей тогда сказать, что твой злой папа футболист придет и будет ругаться очень громко.
Василиса обняла корову и тихо уточнила:
— Как с мамочкой?
— Бабушку не попросим, — строго отрезал я.
— А петухов сколько, — протянула дочь с тоской. — Вот же. Петух. И вот… и ещё…
— Да понял я, ну!
— Так пойдешь. Давай-ка опаздываем уже. — Я подхватил дочкин пакет со всякими шмотками, сунул ей в руки любимую корову и потащил к машине.
— Думаешь она добрая? — спросила Лиска, бодрая меня коровой в локоть.
— Корова твоя?
— Воспитательница!
— А вдруг нет?
Я пригнулся, чтобы пристегнуть Васькин ремень и получил коровой по голове.
— Можешь ей тогда сказать, что твой злой папа футболист придет и будет ругаться очень громко.
Василиса обняла корову и тихо уточнила:
— Как с мамочкой?
- Нет! – продолжает справа капризничать капризуля, - Это – Гуччи! Максик, я Гуччи не хочу!
- Но, котёнок, - примирительно басит неожиданно знакомый голос, - почти сорок тысяч за очки, по-моему, это слишком.
- Ну, Макси-и-ик! Ну, пожалуйста! Представь, как я буду выглядеть в купальнике Пуччи и в очках Гуччи! Это же пошло!
Пошло?
Почему-то, в этих обстоятельствах, резануло именно это слово.
Пошло.
О, да! Это – очень и очень пошло! Через, почти тридцать лет безоблачного брака, наткнуться в магазине на подгулявшего мужа и его... как бы выразиться... претенциозную мадам...
...
- Лена, подожди! Всё не так... – «Максик» бросается догонять и бормочет мне в спину.
Не скандал же закатывать? Публичное шапито – это из вотчины визгливых, дорогостоящих девок.
Опять же, надо же как-то переварить. Надо же принять реальность! Принять то, что прожила большую часть жизни с дефективным «Максиком», который больше трёх десятков лет ловко прикидывался, что он – Максим...
- Но, котёнок, - примирительно басит неожиданно знакомый голос, - почти сорок тысяч за очки, по-моему, это слишком.
- Ну, Макси-и-ик! Ну, пожалуйста! Представь, как я буду выглядеть в купальнике Пуччи и в очках Гуччи! Это же пошло!
Пошло?
Почему-то, в этих обстоятельствах, резануло именно это слово.
Пошло.
О, да! Это – очень и очень пошло! Через, почти тридцать лет безоблачного брака, наткнуться в магазине на подгулявшего мужа и его... как бы выразиться... претенциозную мадам...
...
- Лена, подожди! Всё не так... – «Максик» бросается догонять и бормочет мне в спину.
Не скандал же закатывать? Публичное шапито – это из вотчины визгливых, дорогостоящих девок.
Опять же, надо же как-то переварить. Надо же принять реальность! Принять то, что прожила большую часть жизни с дефективным «Максиком», который больше трёх десятков лет ловко прикидывался, что он – Максим...
— Лёшей меня зови. Какой я тебе Алексей.
Он не сказал больше ни слова, лишь время от времени бросал тяжелые взгляды в Юлькину сторону. Напряжение между ними становилось каким-то странным, машина двигалась медленно и дергано, но в худи было так уютно и хорошо, что Юля осмелела:
— Слушай, Леша… — Обычно она, из-за особенностей профессии, ни перед кем не тушевалась, а тут каждое слово давалось с трудом: — А ты вообще как тут оказался?
— А ты? — насмешливо переспросил тот. — Ходишь одна по всяким пустырям.
— Женихов искала, — фыркнула Юлька.
Она ведь хотела сказать, мол, как удачно, что ты меня подобрал, Леша! Будто высшая сила послала, когда чуть не утопла в грязи вместе с великом! А теперь фиг она ему признается про старый храм — если Леша умный, сам догадается. Куда тут ходить, кроме храма да кладбища?
***
Журналистка Юлька получает особое задание, которое поначалу кажется бредом, но чем больше она ищет материал, тем интереснее оно становится…
Он не сказал больше ни слова, лишь время от времени бросал тяжелые взгляды в Юлькину сторону. Напряжение между ними становилось каким-то странным, машина двигалась медленно и дергано, но в худи было так уютно и хорошо, что Юля осмелела:
— Слушай, Леша… — Обычно она, из-за особенностей профессии, ни перед кем не тушевалась, а тут каждое слово давалось с трудом: — А ты вообще как тут оказался?
— А ты? — насмешливо переспросил тот. — Ходишь одна по всяким пустырям.
— Женихов искала, — фыркнула Юлька.
Она ведь хотела сказать, мол, как удачно, что ты меня подобрал, Леша! Будто высшая сила послала, когда чуть не утопла в грязи вместе с великом! А теперь фиг она ему признается про старый храм — если Леша умный, сам догадается. Куда тут ходить, кроме храма да кладбища?
***
Журналистка Юлька получает особое задание, которое поначалу кажется бредом, но чем больше она ищет материал, тем интереснее оно становится…
Никто не поверит, что я нечаянно убила бывшего мужа. Набираю воздуха, наклоняюсь к его рту и выдыхаю. Он впивается в мои губы, очнулся, гад!
Бью его в скулу со всей силы.
- Убить меня хочешь, Морозова?! – он держится за щёку. – Слезь с меня.
Послушно вскакиваю.
- Сам виноват! Не надо было руки… губы свои распускать!
- Ты первая начала!
- Это было искусственное дыхание, чтобы ты от удара шокера очнулся.
- А шокером кто меня ударил, не ты, разве?!
- Я нечаянно. Он сам нажался!
- И вода сама полилась! Всё у тебя само по себе происходит! Может, и на развод не ты подала? – он щёлкает предохранителем.
- Это к делу не относится! – фыркаю я. – Спасибо.
- За то, что согласился на развод? – усмехается он.
- За то, что свет включил.
- Успеешь отблагодарить, Морозова!
- В смысле?
- Пошли, поможешь вещи перенести. Те, что ещё можно спасти. – он берёт меня за руку и тащит этажом ниже.
- Ну, ладно. Помогу, раз виновата. А куда будем переносить?
- К тебе, разумеется!
Бью его в скулу со всей силы.
- Убить меня хочешь, Морозова?! – он держится за щёку. – Слезь с меня.
Послушно вскакиваю.
- Сам виноват! Не надо было руки… губы свои распускать!
- Ты первая начала!
- Это было искусственное дыхание, чтобы ты от удара шокера очнулся.
- А шокером кто меня ударил, не ты, разве?!
- Я нечаянно. Он сам нажался!
- И вода сама полилась! Всё у тебя само по себе происходит! Может, и на развод не ты подала? – он щёлкает предохранителем.
- Это к делу не относится! – фыркаю я. – Спасибо.
- За то, что согласился на развод? – усмехается он.
- За то, что свет включил.
- Успеешь отблагодарить, Морозова!
- В смысле?
- Пошли, поможешь вещи перенести. Те, что ещё можно спасти. – он берёт меня за руку и тащит этажом ниже.
- Ну, ладно. Помогу, раз виновата. А куда будем переносить?
- К тебе, разумеется!
Сбежать с тренировки в канун Нового года — лучшее, что могло со мной произойти. Вот только в кармане ни рубля, а на улице метель. Меня высадили из автобуса в незнакомом районе, и единственное, что светилось во тьме — это каток, где парни гоняли шайбу. Они остались без вратаря. А я — встала в хоккейные ворота и познакомилась с капитаном команды. Его взгляд — первое, что согрело меня в тот вечер. Для его команды я стала спасительницей. А для себя — наконец-то живым человеком.
Вика строила свой мир по кирпичику, приближаясь к заветной цели, когда в ее жизнь ворвалась богиня древней цивилизации цукайя. И стоило бы отказаться от сомнительного предложения, но губы сами произнесли непрошенные слова. Теперь Вике придется принять не только ситуацию и предназначенного ей мужчину, но и влиться в инопланетное общество.
Я никогда не верила в мистику. Для меня привидения, проклятия, волшебные порталы – всегда являлись выдумкой и не более.
Моя реальность была весьма прозаичной – работа, горячий кофе, любимый кот Зараза, считающий, что весь мир существует исключительно для его удобства.
Но однажды я получила одно письмо, и все изменилось…
Моя реальность была весьма прозаичной – работа, горячий кофе, любимый кот Зараза, считающий, что весь мир существует исключительно для его удобства.
Но однажды я получила одно письмо, и все изменилось…
Выберите полку для книги