Читать и слушать книги
– Ваша техника запущена, Есенина. Пальцы деревянные, а смычок дрожит, как у первокурсницы. Зачем вы вообще вернулись?
– Чтобы выжить, Виктор Александрович. И чтобы снова научиться дышать.
Мария – талантливая скрипачка, что когда-то заперла свой талант в футляр ради семьи. Но красивая сказка о счастливом браке рассыпается в один миг. Оставшись один на один с угрозами влиятельного мужа, без денег и крыши над головой, она понимает: чтобы не потерять дочь, ей нужно вернуть себе своё имя и снова взять в руки скрипку.
– Чтобы выжить, Виктор Александрович. И чтобы снова научиться дышать.
Мария – талантливая скрипачка, что когда-то заперла свой талант в футляр ради семьи. Но красивая сказка о счастливом браке рассыпается в один миг. Оставшись один на один с угрозами влиятельного мужа, без денег и крыши над головой, она понимает: чтобы не потерять дочь, ей нужно вернуть себе своё имя и снова взять в руки скрипку.
Когда рождается ребенок, кто-то говорит, что судьба ему уже предначертана. Мне суждено было испытать взлеты, падения, измены, боль и предательство самых близких. Множество раз я спрашивала: «За что? Что я сделала такого, за что сейчас страдаю?» Но в ответ была тишина, а мне так хотелось любить. И когда появился он, думала, что теперь все будет по-другому, но нет: мой муж страдал по другой. Я же стала удобной ширмой.
Когда твоя судьба решена ещё до рождения… имеешь ли ты право выбирать?
Она должна выйти замуж за нелюбимого, чтобы спасти свой народ от войны. Но не ожидала что полюбит другого - того, с кем никогда не сможет быть. Как приказать сердцу молчать, когда на кону судьба целого королевства?
Она должна выйти замуж за нелюбимого, чтобы спасти свой народ от войны. Но не ожидала что полюбит другого - того, с кем никогда не сможет быть. Как приказать сердцу молчать, когда на кону судьба целого королевства?
— Я замужняя женщина на пятом десятке.
— А я бывший военный и привык брать своё.
Она убегала от мужа, от предательства, от собственной боли. И вошла в чужую калитку — к трём незнакомым мужчинам, которые просто пожарили шашлык.
❤️ Измена мужа.
❤️ Героиня 45+.
❤️ Трое харизматичных соседей.
❤️ Новая любовь.
❤️ ХЭ для тех, кто заслужил.
— А я бывший военный и привык брать своё.
Она убегала от мужа, от предательства, от собственной боли. И вошла в чужую калитку — к трём незнакомым мужчинам, которые просто пожарили шашлык.
❤️ Измена мужа.
❤️ Героиня 45+.
❤️ Трое харизматичных соседей.
❤️ Новая любовь.
❤️ ХЭ для тех, кто заслужил.
Он привык быть чужой красивой ошибкой. Она привыкла превращать ошибки в стихи.
Ксандр — человек, который превратил безразличие в искусство, а чужие чувства — в источник вдохновения. Селена — поэтесса, слишком честная, чтобы романтизировать боль.
Их история начинается как клише о «сложном творческом человеке», но быстро превращается в его деконструкцию. Это роман с иронией над токсичными отношениями, культом эксцентричности и мифом о том, что любовь обязана болеть.
Потому что иногда самое трудное после расставания — перестать писать человеку и начать писать о себе.
Ксандр — человек, который превратил безразличие в искусство, а чужие чувства — в источник вдохновения. Селена — поэтесса, слишком честная, чтобы романтизировать боль.
Их история начинается как клише о «сложном творческом человеке», но быстро превращается в его деконструкцию. Это роман с иронией над токсичными отношениями, культом эксцентричности и мифом о том, что любовь обязана болеть.
Потому что иногда самое трудное после расставания — перестать писать человеку и начать писать о себе.
Украшение, которое нельзя носить. Тайна, которую нельзя раскрыть. Цена, которую нельзя заплатить… Трое учеников кузнеца полагали, что их ждёт тяжёлый труд, звон молота и монет. Но судьба распорядилась иначе: они оказываются в центре страшных событий, связанных с таинственным «Медальоном прекрасной дамы». Вместе с дарами приходит и проклятие. В этом мире каждый выбор может стоить жизни, а доверие не смертельная ли ошибка? Повсюду сплетение дворцовых интриг, вампирских тайн и губительной любви.
Хоть один из юношей способен вырваться из паутины лжи и жестокой магии? Реалистичное средневековое фэнтези держит в напряжении до самого утра.
Хоть один из юношей способен вырваться из паутины лжи и жестокой магии? Реалистичное средневековое фэнтези держит в напряжении до самого утра.
Ей за сорок.
У неё муж, взрослые дети, привычная жизнь и никаких планов что-либо в ней менять.
У него — примерно то же самое.
Они встретились совершенно случайно. Один взгляд на почти пустой улице. Он проехал мимо. Она зачем-то обернулась.
Он тоже.
Наверное, на этом всё и должно было закончиться.
Но через несколько минут чёрный внедорожник снова появился за её спиной.
Ни один из них не искал новых отношений. Не собирался влюбляться. Не был несчастен настолько, чтобы мечтать начать жизнь сначала.
Просто иногда в самой обычной жизни появляется человек, которого там совершенно не должно было быть.
И всё начинается с одного взгляда.
А что было бы, если бы я тогда не обернулась?
У неё муж, взрослые дети, привычная жизнь и никаких планов что-либо в ней менять.
У него — примерно то же самое.
Они встретились совершенно случайно. Один взгляд на почти пустой улице. Он проехал мимо. Она зачем-то обернулась.
Он тоже.
Наверное, на этом всё и должно было закончиться.
Но через несколько минут чёрный внедорожник снова появился за её спиной.
Ни один из них не искал новых отношений. Не собирался влюбляться. Не был несчастен настолько, чтобы мечтать начать жизнь сначала.
Просто иногда в самой обычной жизни появляется человек, которого там совершенно не должно было быть.
И всё начинается с одного взгляда.
А что было бы, если бы я тогда не обернулась?
Арабелла Уитмор была готова пожертвовать свободой ради семьи, пока в день её свадьбы судьба не столкнула её с Кассианом Рейвенскрофтом — опасным корсаром, чьё имя произносят шёпотом даже самые смелые мужчины.
Теперь впереди бушующее море, тайны прошлого и мужчина, от одного взгляда которого кровь становится горячее. Арабелла мечтает вырваться из его власти, однако с каждой ночью всё труднее понять, чего она боится сильнее: остаться пленницей Чёрного корсара или однажды обрести свободу и больше никогда не почувствовать его губ на своих.
Теперь впереди бушующее море, тайны прошлого и мужчина, от одного взгляда которого кровь становится горячее. Арабелла мечтает вырваться из его власти, однако с каждой ночью всё труднее понять, чего она боится сильнее: остаться пленницей Чёрного корсара или однажды обрести свободу и больше никогда не почувствовать его губ на своих.
Я — Варя. Кондитер. Сбежала в Краснодар, когда застала жениха с лучшей подругой. Думала, новая жизнь — это как перезагрузка телефона. Не работает. Телефон включается — а внутри те же фотографии.
Зато теперь у меня есть: работа в лучшем ресторане города, шеф-повар с усами как у Тараса Бульбы и начальник, который на мой торт за две бессонные ночи сказал «нормально». Рустам Багаев — ходячий айсберг с тёмным прошлым и привычкой решать всё в одиночку. Он меня бесит. И, кажется, я ему нравлюсь.
Говорят, строптивых боссов не переделать. Но я хотя бы попробую. Терять мне, в общем-то, нечего.
Зато теперь у меня есть: работа в лучшем ресторане города, шеф-повар с усами как у Тараса Бульбы и начальник, который на мой торт за две бессонные ночи сказал «нормально». Рустам Багаев — ходячий айсберг с тёмным прошлым и привычкой решать всё в одиночку. Он меня бесит. И, кажется, я ему нравлюсь.
Говорят, строптивых боссов не переделать. Но я хотя бы попробую. Терять мне, в общем-то, нечего.
Сэм глушит мотор. В салоне повисает тяжёлая тишина, только тикает остывающий двигатель. Он разворачивается, перекидывает руку через сиденье и смотрит на меня в упор.
— Слышь, «золотая», ты, видимо, не въехала, куда попала. Тут не твой коттеджный посёлок, и папашин мандат тут не работает.
Он наклоняется ближе, от него несёт потом и резким парфюмом.
— Лучше думай, как будешь мне компенсировать моральный ущерб. За то, что ты мне, сука, время испортила и настроение упало ниже плинтуса. Ты мне должна. И я с тебя, Алиса, это спрошу. По полной.
— Слышь, «золотая», ты, видимо, не въехала, куда попала. Тут не твой коттеджный посёлок, и папашин мандат тут не работает.
Он наклоняется ближе, от него несёт потом и резким парфюмом.
— Лучше думай, как будешь мне компенсировать моральный ущерб. За то, что ты мне, сука, время испортила и настроение упало ниже плинтуса. Ты мне должна. И я с тебя, Алиса, это спрошу. По полной.
Выберите полку для книги