Читать и слушать книги
— Можешь кричать сколько влезет! Твой жених не ждёт тебя. Он знает, что ты не вернёшься! Этот урод проиграл тебя моему отчиму!
Меня прошивает ледяной иглой где-то в районе сердца, дышать становится трудно, будто воздух вокруг превратился в густое желе.
— Ты…ты… врёшь! — выдавливаю с хрипом.
Бешеный взгляд мужчины обжигает. Волна ярости, исходящая от него, едва не сбивает с ног. Сильные пальцы, удерживающие моё предплечье, сжимаются, оставляя на коже синяки.
— Мужчины никогда не врут! Твой жених — щенок, лишённый уважения и принципов, он отдал тебя, словно разменную монету.
— Значит, ты — настоящий мужик? — усмехаюсь и пытаюсь выдернуть руку из стальной хватки. — Ты похитил меня, удерживаешь здесь силой! Что дальше, изнасилуешь меня? Продашь? Ударишь?
Мужчина ухмыляется.
— А теперь иди в дом и помоги на кухне. Кавказские жёны должны уметь хорошо готовить.
Кто кавказская жена? Я?
Меня прошивает ледяной иглой где-то в районе сердца, дышать становится трудно, будто воздух вокруг превратился в густое желе.
— Ты…ты… врёшь! — выдавливаю с хрипом.
Бешеный взгляд мужчины обжигает. Волна ярости, исходящая от него, едва не сбивает с ног. Сильные пальцы, удерживающие моё предплечье, сжимаются, оставляя на коже синяки.
— Мужчины никогда не врут! Твой жених — щенок, лишённый уважения и принципов, он отдал тебя, словно разменную монету.
— Значит, ты — настоящий мужик? — усмехаюсь и пытаюсь выдернуть руку из стальной хватки. — Ты похитил меня, удерживаешь здесь силой! Что дальше, изнасилуешь меня? Продашь? Ударишь?
Мужчина ухмыляется.
— А теперь иди в дом и помоги на кухне. Кавказские жёны должны уметь хорошо готовить.
Кто кавказская жена? Я?
Он тот, кого я должна была ненавидеть всем сердцем и душой. Тот, из - за которого я проживала не свою, а чужую жизнь. Он лишил меня всего и всех, кого я так любила. Лишил прошлого, будущего и настоящего. Но самое главное, он убил и меня, растоптал мою душу и забрал навсегда мое сердце, которое, как оказывается, бьется только для него одного.Я не знала, что только с ним познаю любовь... страсть... и боль.Нам не суждено было быть вместе с самого начала и говорить друг другу слова о любви. Не суждено было просыпаться в одной кровати и сгорать дотла от любви. Но только он единственный, который может мне помочь. Только в его лишь силах разжечь тот самый костер, от которого в этот раз сгорим мы оба. Есть ли место любви там, где правит месть? Можно ли полюбить своего заклятого врага и отдать в его кровавые руки свою жизнь? Я всегда думала, что нет. Но как же я ошибалась... Как же оба мы ошибались
Там, где пахнет порохом и страхом, не место нежным лепесткам. Но именно среди ужаса и отчаяния иногда расцветает самая сильная любовь. Та, что способная выдержать любое испытание.
— Группа «Альфа» на позиции. «Бета», ждите моего сигнала. Цель — нейтрализация, приоритет — жизнь заложников, — его голос был ровным и твердым, без единой нотки сомнения.
Он не знал, что за дверью, которую ему предстояло штурмовать, его ждет не просто еще одна заложница. Его ждет девушка в черном платье, которая только что ценой собственной свободы спасла мать и ребенка. Девушка, которая перевернет все его представления о жизни, долге и о том, что такое настоящая храбрость.
— Группа «Альфа» на позиции. «Бета», ждите моего сигнала. Цель — нейтрализация, приоритет — жизнь заложников, — его голос был ровным и твердым, без единой нотки сомнения.
Он не знал, что за дверью, которую ему предстояло штурмовать, его ждет не просто еще одна заложница. Его ждет девушка в черном платье, которая только что ценой собственной свободы спасла мать и ребенка. Девушка, которая перевернет все его представления о жизни, долге и о том, что такое настоящая храбрость.
Жанр: роман-трагедия, драма.
Целевая аудитория. Роман может заинтересовать широкую читательскую аудиторию, преимущественно женскую и, прежде всего, читательниц от 18 лет…
В книге исследуется и показана жизнь таёжных жителей.
В книге подробно освещаются и анализируются взаимоотношения между мужчиной и женщиной. Описание любви Михаила и Катрины – это идеал уважения друг другом.
Главное внимание обращается на важнейшие жизненные ценности, многомерности человеческого естества, любви и одиночества вдвоём, раскаянии и недосказанности, борьбе и чувстве вины, и других моментах, которые неизменно волнуют человеческую душу.
Используются реалистические описания.
Описывается внешность персонажей, природа, обстановка так, что старательный читатель легко сможет всё это визуалировать.
Наличие интриги. Присутствует загадка, которая создаёт напряжение на протяжении практически всего произведения.
Читателю предлагается самостоятельно подумать и над затронутыми проблемами.
Целевая аудитория. Роман может заинтересовать широкую читательскую аудиторию, преимущественно женскую и, прежде всего, читательниц от 18 лет…
В книге исследуется и показана жизнь таёжных жителей.
В книге подробно освещаются и анализируются взаимоотношения между мужчиной и женщиной. Описание любви Михаила и Катрины – это идеал уважения друг другом.
Главное внимание обращается на важнейшие жизненные ценности, многомерности человеческого естества, любви и одиночества вдвоём, раскаянии и недосказанности, борьбе и чувстве вины, и других моментах, которые неизменно волнуют человеческую душу.
Используются реалистические описания.
Описывается внешность персонажей, природа, обстановка так, что старательный читатель легко сможет всё это визуалировать.
Наличие интриги. Присутствует загадка, которая создаёт напряжение на протяжении практически всего произведения.
Читателю предлагается самостоятельно подумать и над затронутыми проблемами.
- Встань! Встань, я сказал! - не просит, а приказывает, а после ровным голосом продолжает. - Вижу, ты так и не научилась обращаться с оружием. - зло усмехается и движется прямо на меня. - Я так понимаю, больше позвонить, чтобы решить твои проблемы, было некому.
Илья спокойно перешагивает через труп и рывком поднимает меня с пола, до боли сдавливает плечи, заставляя смотреть только на него.
- Отвечай, когда я тебя спрашиваю. - рычит прямо в губы.
- Илья... - захлебываюсь в собственных слезах.
- Не смей... слышишь меня, не смей произносить мое имя вслух. Ты давно уже потеряла это право. Если хочешь, чтобы я тебя спас, тогда придется согласиться на мои условия. И они очень понравятся мне, и к моему счастью, совсем не понравятся тебе...
Когда - то Илья Белов был для меня всем миром вокруг. Я растворялась в его поцелуях, в его ласке. И наивно полагала, что так будет вечно. Теперь же, кроме его ненависти и презрения, мне больше ничего и никогда от него не получить.
Илья спокойно перешагивает через труп и рывком поднимает меня с пола, до боли сдавливает плечи, заставляя смотреть только на него.
- Отвечай, когда я тебя спрашиваю. - рычит прямо в губы.
- Илья... - захлебываюсь в собственных слезах.
- Не смей... слышишь меня, не смей произносить мое имя вслух. Ты давно уже потеряла это право. Если хочешь, чтобы я тебя спас, тогда придется согласиться на мои условия. И они очень понравятся мне, и к моему счастью, совсем не понравятся тебе...
Когда - то Илья Белов был для меня всем миром вокруг. Я растворялась в его поцелуях, в его ласке. И наивно полагала, что так будет вечно. Теперь же, кроме его ненависти и презрения, мне больше ничего и никогда от него не получить.
— Где моя дочь, зятёк? — ледяной голос тестя в трубке не предвещал ничего хорошего.
— Испарилась, Руслан Ибрагимович. Наверное, решила проветриться.
Я думал, её уход — подарок судьбы. Свобода! Больше не нужно играть в счастливую семью с женщиной, которая для меня — пустое место. Но моя «серая мышка» исчезла так, что её не могут найти лучшие ищейки страны. А её отец, человек, способный горы свернуть, прозрачно намекает, что если с его дочерью что-то случится, моя блестящая карьера закончится на дне бетонного карьера. В ярости разнеся её комнату, я наткнулся на тайник. В нём — её дневники. Я начал читать их, чтобы найти зацепку, а нашёл правду, которая страшнее любого компромата. Оказывается, я ничего не знал о своей жене. И вся моя «гениальность» — её рук дело.
— Испарилась, Руслан Ибрагимович. Наверное, решила проветриться.
Я думал, её уход — подарок судьбы. Свобода! Больше не нужно играть в счастливую семью с женщиной, которая для меня — пустое место. Но моя «серая мышка» исчезла так, что её не могут найти лучшие ищейки страны. А её отец, человек, способный горы свернуть, прозрачно намекает, что если с его дочерью что-то случится, моя блестящая карьера закончится на дне бетонного карьера. В ярости разнеся её комнату, я наткнулся на тайник. В нём — её дневники. Я начал читать их, чтобы найти зацепку, а нашёл правду, которая страшнее любого компромата. Оказывается, я ничего не знал о своей жене. И вся моя «гениальность» — её рук дело.
Одна ошибка стоила мне всего. Родной город остался позади. Перед глазами лишь Северная столица и закрытая академия. Но эти идиоты даже не догадываются, на кого тявкают. Я сотру любого на своём пути, чтобы вернуться в Москву и достать того, кто превратил меня в монстра!
Московская студентка Юля оказывается в плену у бедуинов, и путешествие мечты оборачивается кошмаром. В мире, где правят жёсткие законы другой страны, она сталкивается не только с угрозой, но и с неожиданно сильными, противоречивыми чувствами к сыну шейха...
Карим разрывается между долгом перед племенем, уважением к отцу и непреодолимой тягой к русской пленнице. Он знает, что выбор может стоить ему слишком многого - положения, семьи, будущего. Но что делать, когда каждый взгляд Юли, любое её прикосновение делают его слабым...
Карим разрывается между долгом перед племенем, уважением к отцу и непреодолимой тягой к русской пленнице. Он знает, что выбор может стоить ему слишком многого - положения, семьи, будущего. Но что делать, когда каждый взгляд Юли, любое её прикосновение делают его слабым...
— В следующий раз смотри под ноги, — буркнул я, отпуская её.
Она нахмурилась.
— А вы могли бы просто извиниться.
Я усмехнулся. Честно говоря, слегка охренел от такой наглости.
— За что? За то, что ты врезалась в меня?
— Потому что вы стояли посреди тротуара, как столб!
В её голосе появились нотки раздражения. Забавно.
— О как... — я лениво смерил её взглядом, — это запрещено?
Она скривилась, замахала перед лицом руками, будто отгоняла злых духов.
— Нет, просто невежливо.
— А мне плевать на вежливость.
Она посмотрела на меня так, будто я только что признался в убийстве.
И тут меня осенило. Яркой вспышкой пронеслось в моей голове, где я её видел…
Она нахмурилась.
— А вы могли бы просто извиниться.
Я усмехнулся. Честно говоря, слегка охренел от такой наглости.
— За что? За то, что ты врезалась в меня?
— Потому что вы стояли посреди тротуара, как столб!
В её голосе появились нотки раздражения. Забавно.
— О как... — я лениво смерил её взглядом, — это запрещено?
Она скривилась, замахала перед лицом руками, будто отгоняла злых духов.
— Нет, просто невежливо.
— А мне плевать на вежливость.
Она посмотрела на меня так, будто я только что признался в убийстве.
И тут меня осенило. Яркой вспышкой пронеслось в моей голове, где я её видел…
Я кладу фото на стол перед Ветром.
– Это кто? – спокойно, почти лениво, вопросительно выгибает бровь Макс
– Мой сын. – с трудом выдавливаю из себя.
Он чуть подаётся вперёд, глаза темнеют, но голос по-прежнему холоден:
– И? Мне эта информация к чему?
Горло сжимает страх, но я смотрю прямо в его глаза:
– К тому что ты его отец. Его похитили… И если это ты…
– Во-первых, я не похищаю детей. Во-вторых, если нужна помощь, могла просто попросить. Не стоит заливать мне бред про отцовство. Поздно для дешёвых спектаклей, Алиса.
Пять лет назад, я убежала прочь от этого человека. Так далеко, насколько смогла. Но теперь, ради сына, я вновь вынуждена с ним столкнуться.
– Это кто? – спокойно, почти лениво, вопросительно выгибает бровь Макс
– Мой сын. – с трудом выдавливаю из себя.
Он чуть подаётся вперёд, глаза темнеют, но голос по-прежнему холоден:
– И? Мне эта информация к чему?
Горло сжимает страх, но я смотрю прямо в его глаза:
– К тому что ты его отец. Его похитили… И если это ты…
– Во-первых, я не похищаю детей. Во-вторых, если нужна помощь, могла просто попросить. Не стоит заливать мне бред про отцовство. Поздно для дешёвых спектаклей, Алиса.
Пять лет назад, я убежала прочь от этого человека. Так далеко, насколько смогла. Но теперь, ради сына, я вновь вынуждена с ним столкнуться.
Выберите полку для книги