Читать и слушать книги

— Я не возьму её в жёны.
Одним этим решением Булат Асланов приговорил её к смерти.
Асию привезли к его дому как позор. Девушку, которую обесчестил его покойный брат. Девушку, от которой отказался собственный отец.
В их мире у таких женщин нет будущего.
Булат уверен: его брат не мог поступить подло.
Значит, виновата она.
Только он не знает одного — Асия до сих пор невинна.

— Не открывай глаза. Дыши вместе со мной.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.

— Тебе родители не говорили держаться подальше от незнакомых мужчин?
— Вообще-то говорили не разговаривать.
— И что пошло не так?
***
Я случайно села не в ту машину.
Потом случайно разозлила её владельца.
Потом случайно пролила на него кофе.
Теперь самый опасный мужчина города почему-то уверен, что я — его личная проблема.
А он очень не любит оставлять проблемы без присмотра.

Мой собственный отец продал меня своему партнеру, которому однажды я отказала, и теперь этот жестокий мужчина посадил меня в золотую клетку. Зверь внутри него жаждет подчинить себе мой разум и тело, а мне хочется убежать на край света, лишь бы не видеть его темный, пожирающий душу взгляд.

— Ты как? – Моего плеча касается чужая мужская рука. Отпрыгиваю к другой стене как ошпаренная. – Спокойно, мы тебя не тронем. Ты здесь не по своей воле?
Я слышу приятный голос и спокойный тембр. Глаза, залитые слезами и потекшим макияжем, ничего не видят. Пытаюсь рассмотреть, но вижу только размытые силуэты на фоне тусклой лампочки туалета. Две высокие мужские фигуры и одна широкая на полу.
В ответ на вопрос начинаю молча мотать головой.
— Нет…
— Я вас всех..! – орет насильник.
Меня трясет и колотит, прижимаюсь всем телом к холодной стене, страшась любого звука.
— Как тебя зовут? – Мужчина, садится передо мной на корточки, подавая мне сумку.
— А-аня.
— Так, Аня, этот мужчина очень влиятельный человек. Слушаешь?
Киваю в ответ.
— Мы его можем убрать от тебя, но ты будешь нам должна.
— Что? – удивленно поднимаю взгляд, с трудом различая черты лица.
— Услуга за услугу. Нам придется сильно повозиться с ним. Или оставить?

Молох. Скиф. Чистюля. Они самые настоящие звери. Грешники. Свободные, всевластные, всесильные. Хищники, в которых не осталось ничего человеческого. В их глазах нет света, в их черных сердцах давно нет жалости, в их порочных душах нет места чувствам.
Любовь – их самое страшное наказание. Она сильного делает слабым, неприкасаемого – уязвимым, бесстрашного наделяет страхами.
Любовь может поработить даже самую свободную душу.
Накажем наших грешников любовью?

– Ты хоть понимаешь, что я с тобой сделаю?! – в его темных глазах вспыхнула ярость.
– Мне всё равно. Если не ты, то другие сделают.
Провести с Молохом ночь – не проблема. Проблема – после этого выжить. Она в западне, из которой живой не выбраться. Ни в каком из случаев для нее нет благополучного исхода.

В тексте присутствуют сцены эротического характера, нецензурная лексика и сцены насилия.

Произведение является художественным вымыслом, носит развлекательный характер и соответствует требованиям законодательства РФ.

Я осторожно ступаю по керамической плитке и слышу гул голосов из гостиной – они звучат приглушенно, но различимо, и я уже хочу окликнуть Андрея, чтобы обрадовать его своим появлением, как вдруг слова, долетающие до меня, заставляют меня замереть на месте с поднятой ногой, превращая мою улыбку в застывшую маску.
– Андрей, ну сколько можно с этой бесплодной Аськой тянуть? – голос матери звучит раздраженно и устало, как будто она обсуждает залежавшийся в холодильнике продукт, а не свою старшую дочь.
Я чувствую, как пол уходит из-под ног, но я все еще надеюсь, что ослышалась или что они обсуждают кого-то другого, какую-то постороннюю знакомую с таким же именем.
Отчим смеется своим густым басовитым смехом, и я слышу, как он произносит:
–Ася – пережиток, ты посмотри на Настю – кровь с молоком, молодая, и от нее хотя бы есть толк.
В этом смехе нет ни капли сожаления, ни тени той отеческой теплоты, которую он всегда демонстрировал при мне, я чувствую, как холодный пот выступает на лб

— Ты хотела знать, почему я тебе изменял? Что ж, у тебя будет возможность это понять, ощутить и... принять. Сегодня дашь мне все, за чем я шел на сторону!- заявляет мне почти бывший муженек, насильно увозя из суда, где нас должны развести.
— Сергей, это безумие! Ты не посмеешь! Это похищение!
— Не посмею? Ты забыла, кто я? Или, может, забыла, что ты моя? С первого взгляда, Инна! Навсегда!
-Бабам своим левым про навсегда заливай! А с меня хватит! Останови! Меня дети ждут!
-Дети подождут! Они с воспитателем. А мне пришло время воспитать тебя! А то наше грязное белье уже на всех телеканалах перебирают! Покажу, что Коваль делает с зарвавшимися девчонками, забывшими свое место!
Он — губернатор. Власть, деньги, связи. Человек, которому никто не смеет перечить. А я посмела. И теперь за нашим скандальным разводом следит вся страна…

КНИГА ЗАВЕРШЕНА💥 Бам! Выстрел.
Осколки бутылки звенят под ногами, учебный пистолет дрожит в моей руке.
Полчаса назад я пришла домой раньше с вином, свечами и платьем к годовщине.
А в нашей спальне застала Артёма с моей младшей сестрой. На простынях, которые она сама подарила мне «на счастье».

— Полина беременна. Я буду с ней, — спокойно сказал муж.
Сестра лишь погладила живот и улыбнулась. Родители уже знали. Мама попросила «уступить младшей».
Уступить мужа. Дом. Жизнь.

— Уходи, — бросил Артём. — Всё здесь моё. Ты занимала чужое место.
Двенадцать лет брака — чужое место?

Бам!
— Положи пистолет, дура! Мне только полиции сейчас не хватало!
Он кричит с балкона не от страха за меня. Больше боится скандала.

Я смотрю на дом, где сестра примеряет мою жизнь, и сжимаю пистолет крепче.
Они думали, я уйду тихо. Ошиблись!
Я захожу в дом...