Топ платных книг в жанре Остросюжетный любовный роман
— Шмотки стягивай. Отрабатывать будешь.
— Я не могу, у меня…
— Только не говори, что я об тебя сломаюсь. Этот фокус уже до тебя рассказывали.
— Ну… теоретически мужское достоинство действительно можно сломать. При определённых обстоятельствах.
Мужчина медленно склоняется ближе.
— Тогда сейчас и проверим твою теорию. Заодно статистику соберёшь.
Я всего лишь случайно перепутала телефоны. А потом решила посмотреть, кому он принадлежит.
Теперь за мной охотится самый опасный и влиятельный мужчина города. И отпускать меня без специфической оплаты он почему-то не собирается.
— Я не могу, у меня…
— Только не говори, что я об тебя сломаюсь. Этот фокус уже до тебя рассказывали.
— Ну… теоретически мужское достоинство действительно можно сломать. При определённых обстоятельствах.
Мужчина медленно склоняется ближе.
— Тогда сейчас и проверим твою теорию. Заодно статистику соберёшь.
Я всего лишь случайно перепутала телефоны. А потом решила посмотреть, кому он принадлежит.
Теперь за мной охотится самый опасный и влиятельный мужчина города. И отпускать меня без специфической оплаты он почему-то не собирается.
— Ты выйдешь за меня, Диана, — Багров вальяжно откинулся в кресле, нагло разглядывая меня. Шрам на его щеке хищно дернулся. — Если до конца недели ты не выплатишь долги, суд отберет у тебя всё. Я — твой единственный шанс.
— Да вы с ума сошли? — у меня от его напора перехватило дыхание. — Вы не можете ставить мне такие условия!
— Могу.
— Да вы... вы просто чудовище!
— Какой есть, — он опасно усмехнулся и подался вперед, пригвоздив меня тяжелым взглядом к спинке кресла. — Но это «чудовище» закроет твои долги и спасет твое имя, взамен на титул разумеется.
Отец оставил мне в наследство. Вот только вместе с делом всей его жизни мне достались и миллионные долги. Я осталась совершенно одна, банкиры дышат в спину, а кредиторы готовы пустить меня по миру.
Спасти память об отце может только один человек — Багров. Баснословно богатый, опасный и безжалостный мужчина, которого высший свет считает выскочкой.
Ему нужен мой аристократический титул, чтобы поставлять свои камни первым лицам.
— Да вы с ума сошли? — у меня от его напора перехватило дыхание. — Вы не можете ставить мне такие условия!
— Могу.
— Да вы... вы просто чудовище!
— Какой есть, — он опасно усмехнулся и подался вперед, пригвоздив меня тяжелым взглядом к спинке кресла. — Но это «чудовище» закроет твои долги и спасет твое имя, взамен на титул разумеется.
Отец оставил мне в наследство. Вот только вместе с делом всей его жизни мне достались и миллионные долги. Я осталась совершенно одна, банкиры дышат в спину, а кредиторы готовы пустить меня по миру.
Спасти память об отце может только один человек — Багров. Баснословно богатый, опасный и безжалостный мужчина, которого высший свет считает выскочкой.
Ему нужен мой аристократический титул, чтобы поставлять свои камни первым лицам.
Я сбегаю со сцены, на ходу одёргивая короткий медицинский халатик, когда меня останавливает незнакомый мужчина.
— Моему другу нужна сиделка. Все предыдущие сбежали.
— Кто вообще ищет сиделку в ночном клубе?
Он усмехается.
— Моему другу не нужна обычная сиделка. Ему нужен человек, который сможет его встряхнуть.
Я уже хочу отказаться, но он называет сумму.
Триста пятьдесят тысяч в месяц.
За такие деньги я смогу оплатить мамино лечение.
Похоже, ради них я готова рискнуть.
— Моему другу нужна сиделка. Все предыдущие сбежали.
— Кто вообще ищет сиделку в ночном клубе?
Он усмехается.
— Моему другу не нужна обычная сиделка. Ему нужен человек, который сможет его встряхнуть.
Я уже хочу отказаться, но он называет сумму.
Триста пятьдесят тысяч в месяц.
За такие деньги я смогу оплатить мамино лечение.
Похоже, ради них я готова рискнуть.
Отец продал меня за долги.
И теперь целый год я должна жить в горах у незнакомого мужчины — готовить ему еду, убирать и не задавать лишних вопросов. Джамбулат молчит, смотрит исподлобья и пугает одним своим существованием. А по ночам… Да, он навещает меня. И я не имею права сказать ему «нет»…
И теперь целый год я должна жить в горах у незнакомого мужчины — готовить ему еду, убирать и не задавать лишних вопросов. Джамбулат молчит, смотрит исподлобья и пугает одним своим существованием. А по ночам… Да, он навещает меня. И я не имею права сказать ему «нет»…
– Кажется, юбка тебе маловата, учительница, – мужские руки легли мне на бедра и сжали, – Эти пышные формы требуют большого размера.
– Меня мой вес устраивает! – выдохнула в возмущении и попыталась его оттолкнуть, – Гордеев, убери лапы! Если ты сейчас же...
Он толкнул меня на стол и тесно зажал собой. Темные глаза хищно блеснули.
– Ночь, все кабинеты пустые. Даже если кричать будешь – никто тебя не услышит, Карина Сергеевна. Так что раздевайся. За тобой должок.
Он был моим одноклассником – очкастым стеснительным пареньком с последней парты, который вечно краснел и тайно по мне вздыхал.
Но прошло пятнадцать лет, и сейчас он – Глеб Гордеев, отец моей ученицы и крутой авторитет, что держит в кулаке весь наш город. Высокий, широкоплечий, мускулистый наглец.
Он до сих пор помнит, как я грубо отшила его на выпускном...
И хочет за это меня наказать!
– Меня мой вес устраивает! – выдохнула в возмущении и попыталась его оттолкнуть, – Гордеев, убери лапы! Если ты сейчас же...
Он толкнул меня на стол и тесно зажал собой. Темные глаза хищно блеснули.
– Ночь, все кабинеты пустые. Даже если кричать будешь – никто тебя не услышит, Карина Сергеевна. Так что раздевайся. За тобой должок.
Он был моим одноклассником – очкастым стеснительным пареньком с последней парты, который вечно краснел и тайно по мне вздыхал.
Но прошло пятнадцать лет, и сейчас он – Глеб Гордеев, отец моей ученицы и крутой авторитет, что держит в кулаке весь наш город. Высокий, широкоплечий, мускулистый наглец.
Он до сих пор помнит, как я грубо отшила его на выпускном...
И хочет за это меня наказать!
Я привыкла искать правду у тех, кто уже не может солгать.
Но в то утро передо мной оказалась женщина, которую я знала. Молодая сотрудница фирмы моего мужа.
Мёртвая.
Последний человек, которому она позвонила ночью, — мой муж.
А через несколько часов я узнаю ещё одну подробность: перед смертью он был у неё.
Теперь у меня есть две правды, и обе отвратительны.
Муж мне изменял.
И, возможно, именно я могу доказать, что свою любовницу он не убивал.
Только чем больше всплывает наружу, тем меньше я понимаю, кого на самом деле не знала все эти годы.
Но в то утро передо мной оказалась женщина, которую я знала. Молодая сотрудница фирмы моего мужа.
Мёртвая.
Последний человек, которому она позвонила ночью, — мой муж.
А через несколько часов я узнаю ещё одну подробность: перед смертью он был у неё.
Теперь у меня есть две правды, и обе отвратительны.
Муж мне изменял.
И, возможно, именно я могу доказать, что свою любовницу он не убивал.
Только чем больше всплывает наружу, тем меньше я понимаю, кого на самом деле не знала все эти годы.
- Джамал, вы согласны взять в жены Инару?
Жених повернулся ко мне и четко проговаривая каждое слово ответил:
- Эту неверную шармуту с уродливым лицом? Конечно, нет.
- Джамал… - прошептала, чувствуя, как мне отказывает самообладание.
Жених жестко усмехнулся и впился взглядом в шрам у меня на лице.
- Неужели ты думала, что я действительно могу полюбить это… - он поднял руку и небрежно ткнул в мою щеку.
- Но ты говорил, что любишь меня, что шрам ничего не значит.
- Лгал, - Джамал равнодушно пожал плечами, - отец и мачеха хотели этого брака, а не я. Они считали, что женитьба на дефективной поможет мне стать лучше, но не вижу больше смысла обманывать тебя и других, ты мне отвратительна, Инара. В Москве я встретил девушку, которую полюбил, и с ней хочу связать свою судьбу.
Жених повернулся ко мне и четко проговаривая каждое слово ответил:
- Эту неверную шармуту с уродливым лицом? Конечно, нет.
- Джамал… - прошептала, чувствуя, как мне отказывает самообладание.
Жених жестко усмехнулся и впился взглядом в шрам у меня на лице.
- Неужели ты думала, что я действительно могу полюбить это… - он поднял руку и небрежно ткнул в мою щеку.
- Но ты говорил, что любишь меня, что шрам ничего не значит.
- Лгал, - Джамал равнодушно пожал плечами, - отец и мачеха хотели этого брака, а не я. Они считали, что женитьба на дефективной поможет мне стать лучше, но не вижу больше смысла обманывать тебя и других, ты мне отвратительна, Инара. В Москве я встретил девушку, которую полюбил, и с ней хочу связать свою судьбу.
Я буду жить!
Сегодня я вышла от врача с положительным заключением.
Мне подтвердили ремиссию! Мигрень настигла так неожиданно, что перебила желание поехать к мужу и рассказать эту новость. До квартиры я просто могу не доехать, зато загородный дом здесь близко. Еду туда.
Во дворе стоит машина мужа.
В прихожей на полу лежит женская сумка, рядом валяются босоножки на высоком тонком каблуке.
Я смотрю на них и пытаюсь понять, почему в доме находится женщина?
Боль разливается от виска к затылку, мешает собрать мысли.
Слышу короткий звук, будто что-то ударилось о стену.
Чулок лежит на паркете, свернувшись блестящей змеей. Еще один нахожу у двери в гостиную.
Меня ведет в сторону.
На полу валяется скомканная белая блузка. На первой ступени лестницы кружевной лифчик, на шестой — черная мини-юбка.
Наверху скрипит кровать.
— Да! — визгливо вопит женский голос
Сегодня я вышла от врача с положительным заключением.
Мне подтвердили ремиссию! Мигрень настигла так неожиданно, что перебила желание поехать к мужу и рассказать эту новость. До квартиры я просто могу не доехать, зато загородный дом здесь близко. Еду туда.
Во дворе стоит машина мужа.
В прихожей на полу лежит женская сумка, рядом валяются босоножки на высоком тонком каблуке.
Я смотрю на них и пытаюсь понять, почему в доме находится женщина?
Боль разливается от виска к затылку, мешает собрать мысли.
Слышу короткий звук, будто что-то ударилось о стену.
Чулок лежит на паркете, свернувшись блестящей змеей. Еще один нахожу у двери в гостиную.
Меня ведет в сторону.
На полу валяется скомканная белая блузка. На первой ступени лестницы кружевной лифчик, на шестой — черная мини-юбка.
Наверху скрипит кровать.
— Да! — визгливо вопит женский голос
Выберите полку для книги