Читать и слушать книги
Молодая португальская герцогиня, полное имя которой Леонора да Силва Авейру Гонзага де Гусман де Терсейра, наведя последние штрихи в своём образе, повесив на тонкую белоснежную шею подаренное славным мужем Диего блистательное ожерелье, на котором красовалось три великолепных алмаза. Её густые, каштановые кудри украшали плавной волной голову девушки; круглые глаза цвета неба серьёзно взирали из-под тёмных, соболиных бровей. Напоследок герцогиня мельком взглянула в крупное овальное зеркало, без особой скромности любуясь на работу служанки, и направилась прочь. Прекрасную даму ожидало невероятное веселье, царившее на балу, устроенном в честь коронации Луиша I.
Исповедь грешной девушки.
"- Здравствуйте, отец.
- Здравствуй, дочь моя, заходи, - послышался голос по ту сторону решётки."
"- Здравствуйте, отец.
- Здравствуй, дочь моя, заходи, - послышался голос по ту сторону решётки."
— Эта девушка беременна от тебя. Это правда? — хмуро смотрю на младшего брата.
— Я предлагал ей денег на аборт!
— Ты идиот? У нее живот уже на нос лезет!
— Это ее проблемы, — отмахивается, словно это какая-то чушь.
— Нет, Макар, — хмыкаю я. — Это твой косяк, твой ребенок и проблема тоже твоя, которую ты будешь решать, как взрослый мужчина.
— В смысле?
— В прямом. Ты женишься на этой девушке. Как можно скорее.
— Чего? — возмущенно фыркает. — Ну нет, это не для меня. Я не собираюсь…
— Я все сказал, — звучно припечатываю ладонь к столу, не давая ему закончить. — Или свадьба, или свободная жизнь без моих дотаций.
— Я предлагал ей денег на аборт!
— Ты идиот? У нее живот уже на нос лезет!
— Это ее проблемы, — отмахивается, словно это какая-то чушь.
— Нет, Макар, — хмыкаю я. — Это твой косяк, твой ребенок и проблема тоже твоя, которую ты будешь решать, как взрослый мужчина.
— В смысле?
— В прямом. Ты женишься на этой девушке. Как можно скорее.
— Чего? — возмущенно фыркает. — Ну нет, это не для меня. Я не собираюсь…
— Я все сказал, — звучно припечатываю ладонь к столу, не давая ему закончить. — Или свадьба, или свободная жизнь без моих дотаций.
К чему приведёт жизнь ради искусства?
Амстердам, возвышающийся над полями турецких тюльпанов. Его узкие улочки, будто змеи, опоясывают старинные домики, в одном из которых, с необходимым в работе мастера сосредоточением, отточенными движениями творца, скульптор вылепляет очертания будущей Венеры...
Амстердам, возвышающийся над полями турецких тюльпанов. Его узкие улочки, будто змеи, опоясывают старинные домики, в одном из которых, с необходимым в работе мастера сосредоточением, отточенными движениями творца, скульптор вылепляет очертания будущей Венеры...
Рассчитывая на человеческую помощь, не забывай и о жадности. Ища поддержки у состоятельных людей, не забывай о цене, которую могут попросить взамен.
Все эти уроки я вынесла из жизни. Когда просто пыталась спасти маленького племянника.
Я уже не надеялась на чудо, но оно все же случилось!
Так ли это? Или меня настиг очередной жизненный урок?
Все эти уроки я вынесла из жизни. Когда просто пыталась спасти маленького племянника.
Я уже не надеялась на чудо, но оно все же случилось!
Так ли это? Или меня настиг очередной жизненный урок?
Много лет она живет двойной жизнью, но мало кому известно об этом. Судьба распорядилась так, что в юном возрасте ей пришлось возложить на свои плечи ответственность за целое государство. Так что – никаких слабостей, никаких опрометчивых поступков, никакой личной жизни. Но снова жизнь внесет свои коррективы в первоначальные намерения…
- Вот и все - вдыхаю полной грудью.
Как только выхожу из здания ЗАГСа жара обрушивается на меня с удвоенной силой. Лето в самом разгаре. Смотрю на часы - полдень. Сейчас бы к морю или хотя бы на речку, но разве кому-то есть дело до моих желаний?
- Ничего-ничего, будет отпуск и будет у нас с Алиской море. Я теперь свободная женщина.
Сжимаю в дрожащих руках свидетельство о разводе и хочется заплакать. Заплакать отчаянно, не сдерживаясь, как в детстве, и чтобы обязательно пожалели. Погладили теплой ладошкой по голове, обняли и прошептали на ушко, что все у меня еще впереди, все сбудется.
Как только выхожу из здания ЗАГСа жара обрушивается на меня с удвоенной силой. Лето в самом разгаре. Смотрю на часы - полдень. Сейчас бы к морю или хотя бы на речку, но разве кому-то есть дело до моих желаний?
- Ничего-ничего, будет отпуск и будет у нас с Алиской море. Я теперь свободная женщина.
Сжимаю в дрожащих руках свидетельство о разводе и хочется заплакать. Заплакать отчаянно, не сдерживаясь, как в детстве, и чтобы обязательно пожалели. Погладили теплой ладошкой по голове, обняли и прошептали на ушко, что все у меня еще впереди, все сбудется.
- Я скажу всем, что вы моя жена! - заявил мой новый знакомый.
- С ума сошли? Мы же практически не знакомы! - возмутилась я.- И зачем вам все это?!
- У нас будет честная сделка: я предоставляю вам жилье, вы играете роль моей супруги. Потом расходимся.
Изображать из себя жену этого бородача мне совсем не хотелось, но и выбора у меня не было.
- С ума сошли? Мы же практически не знакомы! - возмутилась я.- И зачем вам все это?!
- У нас будет честная сделка: я предоставляю вам жилье, вы играете роль моей супруги. Потом расходимся.
Изображать из себя жену этого бородача мне совсем не хотелось, но и выбора у меня не было.
Чтоб такое свобода?
Эта история пациентки психиатрической лечебницы номер 17 - места, откуда никого никогда не выписывают. Здесь живут Куклы, Птицы, Граждане, Пауки и Ангелы, круглый год цветет райский сад.
Как Эмма оказалась тут? Какая связь между заточением в лечебнице и выпускным вечером? И, главное, есть ли способ выбраться из белых стен?
Эта история пациентки психиатрической лечебницы номер 17 - места, откуда никого никогда не выписывают. Здесь живут Куклы, Птицы, Граждане, Пауки и Ангелы, круглый год цветет райский сад.
Как Эмма оказалась тут? Какая связь между заточением в лечебнице и выпускным вечером? И, главное, есть ли способ выбраться из белых стен?
Жизнь непредсказуема, но люди не меняются. Я так думала раньше. Сейчас же понимаю, что люди меняются, проходя через боль. Слезы. Разочарование. Предательство. Ложь. Первая любовь обернулась для меня адом, в котором мне предстояло сгореть. Сгореть, чтобы возродиться вновь.
Выберите полку для книги