Книги в жанре «Драма»
История Нины Петровны, шестидесятилетней пенсионерки, которая вопреки сопротивлению взрослых детей записывается в группу скандинавской ходьбы и неожиданно находит там не только здоровье, но и новые отношения, доказывая себе и окружающим, что возраст не помеха для счастья.
— Аврора, нам уже пора. Прощайся с Егором Константиновичем, — упрямо хочет уйти мать потенциальной чемпионки.
— До свидания, — бурчит Аврора, а потом вдруг немного наклоняется и смотрит куда-то мне за спину. — Мам, ну ты там идешь?
Ничего не понимаю, только вижу, как вытягивается лицо рыжей, которая представилась мне матерью, а потом догадываюсь обернуться и столбенею в момент.
— Лера? — удивленно вскидываю брови, когда рядом с колонной вижу бывшую жену.
Она мнется, но все же делает шаг навстречу.
“Мам”, — звучит в мозгу голосом Авроры, и серые клеточки начинают интенсивно работать. Оборачиваюсь на девчушку и всматриваюсь в черты ее лица, сопоставляю факты.
Болеет футболом, острая на язык, похожа на меня как две капли, и по сроку все сходится…
Черт… Неужели это правда?! Пока я строил карьеру, у меня росла дочь?
— До свидания, — бурчит Аврора, а потом вдруг немного наклоняется и смотрит куда-то мне за спину. — Мам, ну ты там идешь?
Ничего не понимаю, только вижу, как вытягивается лицо рыжей, которая представилась мне матерью, а потом догадываюсь обернуться и столбенею в момент.
— Лера? — удивленно вскидываю брови, когда рядом с колонной вижу бывшую жену.
Она мнется, но все же делает шаг навстречу.
“Мам”, — звучит в мозгу голосом Авроры, и серые клеточки начинают интенсивно работать. Оборачиваюсь на девчушку и всматриваюсь в черты ее лица, сопоставляю факты.
Болеет футболом, острая на язык, похожа на меня как две капли, и по сроку все сходится…
Черт… Неужели это правда?! Пока я строил карьеру, у меня росла дочь?
Когда муж Анны под влиянием властной свекрови решает продать дачу, доставшуюся от бабушки, это становится проверкой их отношений и поводом переосмыслить, что действительно важно в жизни: материальные ценности или семейные корни и теплые воспоминания, которые нельзя купить ни за какие деньги.
История Анны — это история о любви, предательстве и силе материнского сердца. После потери сестры она берёт на себя заботу о двух маленьких близнецах, Маше и Лере, и начинает новую жизнь, полную борьбы и лишений. Но судьба готовит ей удар: встреча с бывшим возлюбленным, отцом девочек, вскрывает старые раны и ставит перед мучительным выбором.
Простить ли человека, который когда-то разрушил её мир? Позволить ли ему войти в жизнь дочерей? Анна стоит на распутье, разрываясь между болью прошлого и надеждой на будущее.
Простить ли человека, который когда-то разрушил её мир? Позволить ли ему войти в жизнь дочерей? Анна стоит на распутье, разрываясь между болью прошлого и надеждой на будущее.
Инка очнулась, сидя за грязным воняющим столом, сжимая граненый стакан в руке. Ее мутило, голова кружилась, было тошно и дурно. Она оглядела мутным взглядом кухню и ужаснулась. Полы, подоконник, поверхности кухонных шкафов были покрыты ровным слоем мусора, грязи, бычков, пищевых отходов. На столе стояла разнокалиберная щербатая посуда с засохшими остатками еды и разноцветной плесени.
«Я бывшая жена Бориса. Просто хочу, чтобы Вы знали: он Вас использует».
Гласит СМС с незнакомого номера. А дальше как из рога изобилия на меня рушатся скриншоты чужих переписок. В которых мой Боря, мой жених, клянётся в неземной любви другим женщинам.
«Простите. Но Вы у него не одна»
А следом последнее, имеющее явную цель добить:
«Нас пятеро»
***
Я влюбилась в парня. Он умный, добрый, заботливый. Помогает животным, переводит старушек через дорогу и, что немаловажно, он нравится моему папе. Но в нём есть один недостаток. Он прекрасный лжец.
Гласит СМС с незнакомого номера. А дальше как из рога изобилия на меня рушатся скриншоты чужих переписок. В которых мой Боря, мой жених, клянётся в неземной любви другим женщинам.
«Простите. Но Вы у него не одна»
А следом последнее, имеющее явную цель добить:
«Нас пятеро»
***
Я влюбилась в парня. Он умный, добрый, заботливый. Помогает животным, переводит старушек через дорогу и, что немаловажно, он нравится моему папе. Но в нём есть один недостаток. Он прекрасный лжец.
— Почему? — это был, наверное, единственный вопрос, который меня волновал.
— Сам не знаю. Ты лежала в больнице после выкидыша, а я был так подавлен, растерян. Сидел и пил в кабинете. Марина зашла с документами и…
— То есть, когда я потеряла нашего ребёнка, ты не придумал ничего лучше, чем оприходовать первую попавшуюся бабу? — взвилась я, скидывая с себя его руки и поднимаясь на ноги.
— Да! Представляешь, не одной тебе было плохо! Ты бесконечно моталась по врачам и больницам, а я мужик, молодой здоровый мужик, а ты меня к себе на пушечный выстрел не подпускала, — взвился муж, показывая своё истинное лицо.
— Сам не знаю. Ты лежала в больнице после выкидыша, а я был так подавлен, растерян. Сидел и пил в кабинете. Марина зашла с документами и…
— То есть, когда я потеряла нашего ребёнка, ты не придумал ничего лучше, чем оприходовать первую попавшуюся бабу? — взвилась я, скидывая с себя его руки и поднимаясь на ноги.
— Да! Представляешь, не одной тебе было плохо! Ты бесконечно моталась по врачам и больницам, а я мужик, молодой здоровый мужик, а ты меня к себе на пушечный выстрел не подпускала, — взвился муж, показывая своё истинное лицо.
Каждый звук вонзался мне прямо в сердце. В душу. Все нутро через мясорубку прокручивало.
Как ненормальная мазохистка, не могла отвести от них взгляда. От моего мужа и… его любовницы.
Его любовница заметила меня первой. На ее лице промелькнул целый калейдоскоп из эмоций. А главное – надменная ухмылка. Она получала удовольствие от понимания, что я их вижу?
Конченая тварь!
С радостью бы вцепилась ей в волосы и исцарапала лицо. Но… до этого я точно не дойду. Каким бы сильным ни было желание, брезгливо марать о неё руки.
– Дарина! – заметив меня, выкрикнул муж, и отшатнулся от Алисы, которая вцепилась в него мертвой хваткой.
Агрессивно сбросил с себя её руки и поправляя одежду, сделал шаг ко мне.
– Даже не думай ко мне подходить. – собственный голос не узнавала. – Кувыркайтесь тут хоть до потери пульса. Но на меня смотреть не смей.
Сделала шаг назад. Ещё один.
К черту все!
Я не прощу его. Никогда не прощу. И что бы они себе не думали, бумеранг им ещё вернется…
Как ненормальная мазохистка, не могла отвести от них взгляда. От моего мужа и… его любовницы.
Его любовница заметила меня первой. На ее лице промелькнул целый калейдоскоп из эмоций. А главное – надменная ухмылка. Она получала удовольствие от понимания, что я их вижу?
Конченая тварь!
С радостью бы вцепилась ей в волосы и исцарапала лицо. Но… до этого я точно не дойду. Каким бы сильным ни было желание, брезгливо марать о неё руки.
– Дарина! – заметив меня, выкрикнул муж, и отшатнулся от Алисы, которая вцепилась в него мертвой хваткой.
Агрессивно сбросил с себя её руки и поправляя одежду, сделал шаг ко мне.
– Даже не думай ко мне подходить. – собственный голос не узнавала. – Кувыркайтесь тут хоть до потери пульса. Но на меня смотреть не смей.
Сделала шаг назад. Ещё один.
К черту все!
Я не прощу его. Никогда не прощу. И что бы они себе не думали, бумеранг им ещё вернется…
Ольга думала, что хуже развода и предательства мужа ничего не может быть. Пока не оказалась в руках людей, для которых человеческая жизнь ничего не значит. Но что, если на пути к свободе её ждёт не только опасность, но и… любовь
Я очнулась всё в той же тёмной комнате с железной кроватью. Осторожно поднялась, стараясь не делать резких движений, и тут же испуганно отшатнулась в сторону, заметив сидящего на стуле Стаса.
— Ну что, одумалась? — спросил он, обдавая меня тяжелым перегаром и запахом лука.
— Да, — едва слышно прошептала я потрескавшимися, распухшими губами. — Что от меня требуется? Я сделаю всё...
— Эх, а я-то надеялся ещё поиграть, — с наигранным разочарованием протянул бритый, проводя шершавым пальцем по моей щеке. — Люблю, когда сопротивляются. Это... заводит, — добавил он с отвратительной интонацией, что желудок снова скрутило спазмом, а в горле встал комок отвращения.
— Мне жаль, — пробормотала я, чувствуя, как сознание снова ускользает, проваливаясь обратно в темноту
Я очнулась всё в той же тёмной комнате с железной кроватью. Осторожно поднялась, стараясь не делать резких движений, и тут же испуганно отшатнулась в сторону, заметив сидящего на стуле Стаса.
— Ну что, одумалась? — спросил он, обдавая меня тяжелым перегаром и запахом лука.
— Да, — едва слышно прошептала я потрескавшимися, распухшими губами. — Что от меня требуется? Я сделаю всё...
— Эх, а я-то надеялся ещё поиграть, — с наигранным разочарованием протянул бритый, проводя шершавым пальцем по моей щеке. — Люблю, когда сопротивляются. Это... заводит, — добавил он с отвратительной интонацией, что желудок снова скрутило спазмом, а в горле встал комок отвращения.
— Мне жаль, — пробормотала я, чувствуя, как сознание снова ускользает, проваливаясь обратно в темноту
История Карины, чья жизнь переворачивается, когда отец уходит из семьи к её школьной подруге Алине. На фоне материнского отрицания и собственной боли предательства, Карина учится принимать жестокую правду и находить силы двигаться дальше, оставляя позади руины семейных отношений.
Выберите полку для книги