Читать и слушать книги
В мире, где женщина скорее приложение к мужчине, лекарке приходится непросто заслужить уважение и обрести репутацию опытного врача. Однако Ларе Марсу удается все это. Именно поэтому ее тайно приглашают в один из борделей с эльфами, в котором разгулялась инфекция. Признанные низшими существами, хрупкие, красивые как вазы, эльфы ни капли не привлекают суровую женщину, но одному из них все-таки удастся растопить ее сердце и покорить своей наивной преданностью.
Она упёрлась мне в грудь кулачками:
– Отпустите меня.
– За тобой должок.
– Вы чудовище.
– Серьёзно? – я хмыкнул: – Возможно. Я всегда беру своё.
– Я…
– С тебя ночь. Дальше посмотрим что с тобой делать.
– Я эльф, девушка из гетто – бесправная и беззащитная. Но это не даёт вам право держать меня в плену! – она попыталась оттолкнуть меня.
Притянул её к себе ближе:
– Ты моя пленница. Смирись.
– Отпустите меня.
– За тобой должок.
– Вы чудовище.
– Серьёзно? – я хмыкнул: – Возможно. Я всегда беру своё.
– Я…
– С тебя ночь. Дальше посмотрим что с тобой делать.
– Я эльф, девушка из гетто – бесправная и беззащитная. Но это не даёт вам право держать меня в плену! – она попыталась оттолкнуть меня.
Притянул её к себе ближе:
– Ты моя пленница. Смирись.
Цикл:
Ночь свадьбы орка #2
(318)
Я видела в Ночи Зеленой Луны лишь цель. Выполнить контракт, убить двух генералов орков и спасти сестру, которую они похитили год назад. Мои клинки остры, ярость горяча, а командир, ради которого я готова на все, ждет моего возвращения с их головами.
Но Зеленая Луна пьянит разум. Моя рука дрожит, клинки падают на землю, а чудовища, которых я поклялась уничтожить, смотрят на меня с… нежностью. Они видят то, чего не замечал никто: синяки под доспехами, усталость в глазах, предательство того, кто называл меня своей.
Я пришла убивать. А они учат меня, что такое настоящая нежность. Я мечтала о любви командира. А нашла ее в глазах двух дикарей, готовых разделить меня между собой.
Смогу ли я предать того, кого любила годами? Или приму правду: что настоящий дом не там, где тебя используют, а там, где тебя… выбирают?
Но Зеленая Луна пьянит разум. Моя рука дрожит, клинки падают на землю, а чудовища, которых я поклялась уничтожить, смотрят на меня с… нежностью. Они видят то, чего не замечал никто: синяки под доспехами, усталость в глазах, предательство того, кто называл меня своей.
Я пришла убивать. А они учат меня, что такое настоящая нежность. Я мечтала о любви командира. А нашла ее в глазах двух дикарей, готовых разделить меня между собой.
Смогу ли я предать того, кого любила годами? Или приму правду: что настоящий дом не там, где тебя используют, а там, где тебя… выбирают?
Я ведьма, воровка артефактов и обычно не задаю лишних вопросов, если за работу обещают пятьдесят миллионов адмасов.
Нужно было всего лишь проникнуть в Цитадель Ордена Молчаливых, украсть янтарную капсулу и доставить её заказчику. Просто. Быстро. Почти безопасно.
Почти.
Потому что капсула оказалась не обычной реликвией, а последним огнём древней драконьей Матери. За ней явился он — Эйдар, последний дракон, опасный, упрямый и слишком живой для легенды, которую давно считали мёртвой.
А моя кровная клятва внезапно стала не страховкой сделки, а поводком. Не к артефакту, к нему.
Теперь Орден идёт по нашим следам, заказчик ждёт свою добычу, а я всё хуже понимаю, кого должна бояться сильнее: тех, кто поставил на меня клеймо, или дракона, ради которого готова нарушить собственные правила.
Я должна была украсть артефакт.
Но, кажется, украла дракона.
Нужно было всего лишь проникнуть в Цитадель Ордена Молчаливых, украсть янтарную капсулу и доставить её заказчику. Просто. Быстро. Почти безопасно.
Почти.
Потому что капсула оказалась не обычной реликвией, а последним огнём древней драконьей Матери. За ней явился он — Эйдар, последний дракон, опасный, упрямый и слишком живой для легенды, которую давно считали мёртвой.
А моя кровная клятва внезапно стала не страховкой сделки, а поводком. Не к артефакту, к нему.
Теперь Орден идёт по нашим следам, заказчик ждёт свою добычу, а я всё хуже понимаю, кого должна бояться сильнее: тех, кто поставил на меня клеймо, или дракона, ради которого готова нарушить собственные правила.
Я должна была украсть артефакт.
Но, кажется, украла дракона.
– Отдайся или умри, Маргретта! – рычит мне в самое ухо инквизитор.
– Ни за что! – шиплю остервенело.
– Тогда готовься к суду, а после – к сожжению.
– Лучше смерть, чем служба тебе!
Так я думала, пока не оказалась на казни. Нет, не пламени я испугалась, а того, кто его нес. Исполинского дракона, которого при древних богах почитали, а теперь… поработили, сделав оружием. Но страшусь я вовсе не его силы, а древней магии, которая связывает нас у самого эшафота.
***
Я - порождение древней силы. Дракон, несущий разрушительное пламя. Я грешен от рождения и вынужден смывать вину служением. Весь наш вымирающий вид делает это, подчиняясь воле нового бога. Верим ли мы в него? Не столь важно. Главное, что он победил, и может стереть наш вид с лица земли. Этот бог суров и требует послушания. Но я бунтую и отказываюсь выполнять его волю, когда мне велят казнить ту, чье имя вспыхивает на моей груди меткой истинности.
– Ни за что! – шиплю остервенело.
– Тогда готовься к суду, а после – к сожжению.
– Лучше смерть, чем служба тебе!
Так я думала, пока не оказалась на казни. Нет, не пламени я испугалась, а того, кто его нес. Исполинского дракона, которого при древних богах почитали, а теперь… поработили, сделав оружием. Но страшусь я вовсе не его силы, а древней магии, которая связывает нас у самого эшафота.
***
Я - порождение древней силы. Дракон, несущий разрушительное пламя. Я грешен от рождения и вынужден смывать вину служением. Весь наш вымирающий вид делает это, подчиняясь воле нового бога. Верим ли мы в него? Не столь важно. Главное, что он победил, и может стереть наш вид с лица земли. Этот бог суров и требует послушания. Но я бунтую и отказываюсь выполнять его волю, когда мне велят казнить ту, чье имя вспыхивает на моей груди меткой истинности.
— Вы здесь незаконно, миледи, — рокочет он прямо над ухом, прижимая мои запястья к стене. — Но я могу закрыть на это глаза.
— Я не продаюсь, милорд, — шиплю я.
— Зато... сдаётесь. В аренду.
Наместник города, бессовестно красивый огненный дракон, спас меня от пьяных солдат и узнал мой секрет. Он поставил меня перед выбором — или уехать обратно к мужу, который хотел меня убить. Или... Принять его предложение.
Этот огненный гад не на ту напал. Я так просто не сдамся. Ни в аренду. Никак.
— Я не продаюсь, милорд, — шиплю я.
— Зато... сдаётесь. В аренду.
Наместник города, бессовестно красивый огненный дракон, спас меня от пьяных солдат и узнал мой секрет. Он поставил меня перед выбором — или уехать обратно к мужу, который хотел меня убить. Или... Принять его предложение.
Этот огненный гад не на ту напал. Я так просто не сдамся. Ни в аренду. Никак.
– Мне это ни к чему. Ваша хвалёная красота, сексуальность и эротичность только жить мешают. Вот была бы я парнем – не возникло бы проблем с Гаспаром.
– Ты – парнем? – хохотнула Линда. – С твоей-то фигурой и личиком…
– А что такого? Вот возьму и наряжусь сегодня неприметным юнцом. Не то что ты, мама родная не узнает! Я маг иллюзий, в конце-то концов! – произнесла я запальчиво.
– Ну-ну, попробуй! – не поверила девушка и с саркастической усмешкой покинула мои покои...
***
Именно так начался сумбур в моей жизни. Я чудом выжила, но потеряла родителей и просто обязана за них отомстить. А принц демонов мне в этом поможет! Ведь он так жаждет меня защитить, разыскивая чуть ли не по всему миру, даже не подозревая, что я совсем рядом.
Может, стоит получше приглядеться к своему оруженосцу, ваше высочество?
ИСТОРИЯ ОБРИ! Будет жарко и очень откровенно!
– Ты – парнем? – хохотнула Линда. – С твоей-то фигурой и личиком…
– А что такого? Вот возьму и наряжусь сегодня неприметным юнцом. Не то что ты, мама родная не узнает! Я маг иллюзий, в конце-то концов! – произнесла я запальчиво.
– Ну-ну, попробуй! – не поверила девушка и с саркастической усмешкой покинула мои покои...
***
Именно так начался сумбур в моей жизни. Я чудом выжила, но потеряла родителей и просто обязана за них отомстить. А принц демонов мне в этом поможет! Ведь он так жаждет меня защитить, разыскивая чуть ли не по всему миру, даже не подозревая, что я совсем рядом.
Может, стоит получше приглядеться к своему оруженосцу, ваше высочество?
ИСТОРИЯ ОБРИ! Будет жарко и очень откровенно!
Купить эльфа-ифрита, чтобы он согрел постель? Легко. Удержать его, когда он получит свободу? Почти невозможно. Не приказывать, а просить. Не ломать, а греть. Не бояться сгореть — бояться замёрзнуть.
Шайя - госпожа воды, среди пустынных песков, где жажда убивает быстрее меча. У нее есть все; караваны, контракты, деньги, вода. Но расплата ее успехам долгое и мучительное одиночество.
Варас перестал верить в тепло задолго до того, как его заковали в браслеты глушения. Он — последний вождь своего клана, и за пять лет плена ни одна женщина не увидела в нём мужчину. Только оружие. Только трофей. Только страх.
Для тех, кто верит, что даже вода может загореться.
Пустыня не прощает слабых. Но она дарит шанс тем, кто готов сгореть.
Шайя - госпожа воды, среди пустынных песков, где жажда убивает быстрее меча. У нее есть все; караваны, контракты, деньги, вода. Но расплата ее успехам долгое и мучительное одиночество.
Варас перестал верить в тепло задолго до того, как его заковали в браслеты глушения. Он — последний вождь своего клана, и за пять лет плена ни одна женщина не увидела в нём мужчину. Только оружие. Только трофей. Только страх.
Для тех, кто верит, что даже вода может загореться.
Пустыня не прощает слабых. Но она дарит шанс тем, кто готов сгореть.
Арина Волкова была на корпоративе… и проснулась в матриархальном мире, где её пышное тело стало символом высшей власти.
Теперь она – Госпожа Первой Крови. У неё есть роскошный дворец, древняя магия и четверо невероятно горячих фаворитов в золотых ошейниках.
Теперь она – Госпожа Первой Крови. У неё есть роскошный дворец, древняя магия и четверо невероятно горячих фаворитов в золотых ошейниках.
Что сделает женщина, которая десять лет просыпается в пустой постели?
Правильно. Пойдёт на невольничий рынок.Алиса ненавидит снег в столице — грязный, липкий, мёртвый. Она ненавидит свою холодную постель и одиночество. Ни любви, ни страсти, никого, кто бы коснулся бы ее щеки на прощание.
Каэлан — лесной эльф, вождь. Пять лет плена, четыре хозяйки, ненависть ко всем людям без исключения. Однако он не знал, что у женщины в чёрном шёлке может быть имя, которое захочется шептать сквозь сон.
Для тех, кто верит, что даже в самые тёмные зимы можно найти свет.
Правильно. Пойдёт на невольничий рынок.Алиса ненавидит снег в столице — грязный, липкий, мёртвый. Она ненавидит свою холодную постель и одиночество. Ни любви, ни страсти, никого, кто бы коснулся бы ее щеки на прощание.
Каэлан — лесной эльф, вождь. Пять лет плена, четыре хозяйки, ненависть ко всем людям без исключения. Однако он не знал, что у женщины в чёрном шёлке может быть имя, которое захочется шептать сквозь сон.
Для тех, кто верит, что даже в самые тёмные зимы можно найти свет.
Выберите полку для книги