Книги в жанре «Эротика»
Молодой подмастерье кузнеца находит в старой кузнице странный молот, от которого по ночам идёт голубое свечение. Вскоре выясняется, что молот — ключ к границе между миром людей и царством лесных духов. Каждый удар по наковальне приоткрывает эту границу, и в деревню просачиваются тени. Герою нужно либо уничтожить молот и потерять уважение мастера, либо научиться ковать не металл, а договоры с духами, чтобы удержать равновесие.
— Ты просто отвратительное, невоспитанное животное! — выплюнула она, едва сдерживая дрожь во всём теле. — Просто. Сделай. Музыку. Тише.
— А ты горячая, когда злишься, соседка…
— Ты… ты просто чудовище! — сорвалась на шипение Соня, едва сдерживая слёзы бессилия. — Ты специально это делаешь? Зачем ты издеваешься над всем подъездом? Чего ты от меня хочешь?!
Дэн лишь тихо рассмеялся. Этот низкий смех задел её сильнее любых оскорблений.
— Всего доброго, соседка! Увидимся ночью!
— А ты горячая, когда злишься, соседка…
— Ты… ты просто чудовище! — сорвалась на шипение Соня, едва сдерживая слёзы бессилия. — Ты специально это делаешь? Зачем ты издеваешься над всем подъездом? Чего ты от меня хочешь?!
Дэн лишь тихо рассмеялся. Этот низкий смех задел её сильнее любых оскорблений.
— Всего доброго, соседка! Увидимся ночью!
Четыре года напротив нее висит «Неизвестная в сером» кисти Ланского, 1913 год. После этого портрета великий художник не написал больше ни одной женщины – и сто лет никто не знает, кто она.
В тот четверг, прощаясь с картиной перед закрытием, Ася вдруг чувствует: женщина в раме смотрит на нее в ответ.
Пол качнулся.
Она очнулась в 1912 году – в чужом молодом теле, в чужом городе, с чужой тайной под половицей, за которую в этом веке дают каторгу. Теперь она компаньонка при грозной старухе, мебель, которая умеет читать вслух. Мебель, которую нельзя разглядывать.
А потом в дом входит художник. Тот самый. И раздергивает шторы, которых не трогали тридцать лет.
Она знает про него все: что он напишет ее, что после нее не напишет никого. Он не знает про нее ничего – кроме того, что видит его страшный, все понимающий глаз. И этого оказывается больше, чем все ее тайны.
В тот четверг, прощаясь с картиной перед закрытием, Ася вдруг чувствует: женщина в раме смотрит на нее в ответ.
Пол качнулся.
Она очнулась в 1912 году – в чужом молодом теле, в чужом городе, с чужой тайной под половицей, за которую в этом веке дают каторгу. Теперь она компаньонка при грозной старухе, мебель, которая умеет читать вслух. Мебель, которую нельзя разглядывать.
А потом в дом входит художник. Тот самый. И раздергивает шторы, которых не трогали тридцать лет.
Она знает про него все: что он напишет ее, что после нее не напишет никого. Он не знает про нее ничего – кроме того, что видит его страшный, все понимающий глаз. И этого оказывается больше, чем все ее тайны.
Аннотация с первого тома!
***
Стоило мне застать мужа с любовницей, как я лишилась всего. Он вышвырнул меня на улицу, отобрал бизнес, унизил. Но он сильно ошибается, если думает, что я забьюсь в угол в истерике.
Я начну сначала, добьюсь высот и заберу свое. И плевать, если ради этого придется сменить платье на фартук.
Еще посмотрим, кто в этом поместье устанавливает правила.
***
Стоило мне застать мужа с любовницей, как я лишилась всего. Он вышвырнул меня на улицу, отобрал бизнес, унизил. Но он сильно ошибается, если думает, что я забьюсь в угол в истерике.
Я начну сначала, добьюсь высот и заберу свое. И плевать, если ради этого придется сменить платье на фартук.
Еще посмотрим, кто в этом поместье устанавливает правила.
Аннотация с первого тома!
***
Стоило мне застать мужа с любовницей, как я лишилась всего. Он вышвырнул меня на улицу, отобрал бизнес, унизил. Но он сильно ошибается, если думает, что я забьюсь в угол в истерике.
Я начну сначала, добьюсь высот и заберу свое. И плевать, если ради этого придется сменить платье на фартук.
Еще посмотрим, кто в этом поместье устанавливает правила.
***
Стоило мне застать мужа с любовницей, как я лишилась всего. Он вышвырнул меня на улицу, отобрал бизнес, унизил. Но он сильно ошибается, если думает, что я забьюсь в угол в истерике.
Я начну сначала, добьюсь высот и заберу свое. И плевать, если ради этого придется сменить платье на фартук.
Еще посмотрим, кто в этом поместье устанавливает правила.
«Ты потеряла форму, Марго. Мне стыдно выходить с тобой в свет».
Муж бросил меня ради сухой фитнес-тренерши, помешанной на сельдерее и пилатесе. Он думал, что уничтожил меня этой брезгливостью. Но разбудил хищницу.
Я не стала садиться на диету. Вместо этого я открыла подпольный ресторан под вымышленным именем, куда можно попасть только по рекомендации в шифрованном мессенджере. Место, где от моих блюд физически невозможно отказаться. И когда бывший муж с новой «идеальной» пассией сели за мой стол — они не узнали меня.
Они думали, что пришли за эксклюзивным VIP-ужином. На самом деле они попали в капкан, из которого их тела и жизни уже никогда не выйдут прежними.
Теперь их аппетитом и желаниями управляю я. А рядом со мной — опасный мужчина, который видит в моих пышных формах не проблему, а силу. И он готов помочь мне довести эту изощренную кулинарную месть до финального десерта.
Говорят, месть подают холодной. Но на моей кухне страсть и возмездие всегда подаются горячими.
Муж бросил меня ради сухой фитнес-тренерши, помешанной на сельдерее и пилатесе. Он думал, что уничтожил меня этой брезгливостью. Но разбудил хищницу.
Я не стала садиться на диету. Вместо этого я открыла подпольный ресторан под вымышленным именем, куда можно попасть только по рекомендации в шифрованном мессенджере. Место, где от моих блюд физически невозможно отказаться. И когда бывший муж с новой «идеальной» пассией сели за мой стол — они не узнали меня.
Они думали, что пришли за эксклюзивным VIP-ужином. На самом деле они попали в капкан, из которого их тела и жизни уже никогда не выйдут прежними.
Теперь их аппетитом и желаниями управляю я. А рядом со мной — опасный мужчина, который видит в моих пышных формах не проблему, а силу. И он готов помочь мне довести эту изощренную кулинарную месть до финального десерта.
Говорят, месть подают холодной. Но на моей кухне страсть и возмездие всегда подаются горячими.
Марина вошла в кабинет и сразу пожалела, что пришла. Врач стоял у окна, обернулся — высокий, загорелый, седой, зелёный взгляд как у кота. На шее, под расстёгнутым воротом водолазки, шрам — тонкая белая нить. Она сглотнула. Таких врачей в женских консультациях не бывает. Бывают уставшие тётки или занудные дядьки. А этот был похож на инструктора по дайвингу, который случайно забрёл в гинекологию. Андрей, конечно, тоже красавец, но этот мужчина…
– Ты понимаешь цену этой просьбы? – звучит холодный, бесстрастный голос, и я словно врастаю в бетонный пол.
Только Стрельцов мог сделать этот звонок. Но с чего я решила, что он сделает его ради меня?
Затаив дыхание, наблюдаю, как его взгляд скользит по моему телу и нелепому наряду.
– Я готова заплатить любую цену.
– Готова заплатить, даже не зная, что я попрошу? Вот это смелость. Поэтому ты так вырядилась?
Стрельцов мгновенно отталкивается от бампера и оказывается рядом. Слышу его дыхание, вижу пульсирующую жилку на шее и понимаю, что просто так мне отсюда не уйти.
––
Его зовут Бешеный, и он лучший на трассе. Я же случайно оказалась в жестоком мире стритрейсинга, когда мой брат попал в беду. Теперь мне придётся заплатить за его спасение. Осталось только дождаться, когда Бешеный назовёт свою цену.
––
Только Стрельцов мог сделать этот звонок. Но с чего я решила, что он сделает его ради меня?
Затаив дыхание, наблюдаю, как его взгляд скользит по моему телу и нелепому наряду.
– Я готова заплатить любую цену.
– Готова заплатить, даже не зная, что я попрошу? Вот это смелость. Поэтому ты так вырядилась?
Стрельцов мгновенно отталкивается от бампера и оказывается рядом. Слышу его дыхание, вижу пульсирующую жилку на шее и понимаю, что просто так мне отсюда не уйти.
––
Его зовут Бешеный, и он лучший на трассе. Я же случайно оказалась в жестоком мире стритрейсинга, когда мой брат попал в беду. Теперь мне придётся заплатить за его спасение. Осталось только дождаться, когда Бешеный назовёт свою цену.
––
Она думала, что он — её самый страшный кошмар. Он знал, что она — его единственный шанс на свет.
Лина потеряла родителей и осталась одна с младшей сестрой. Две работы, долги, бесконечная усталость. И мужчина, от которого у неё стынет кровь. Егор Воронов — опасный, властный, привыкший получать всё, что захочет. И он хочет её.
Лина потеряла родителей и осталась одна с младшей сестрой. Две работы, долги, бесконечная усталость. И мужчина, от которого у неё стынет кровь. Егор Воронов — опасный, властный, привыкший получать всё, что захочет. И он хочет её.
Что происходит, когда человек, которого ты ждал два года, возвращается — и ты не узнаёшь его? Алиса хотела только одного: чтобы Маркус снова обнял её. Но его объятия оказались слишком горячими, а поцелуи требовательными...
Выберите полку для книги