Читать и слушать книги

– Я понял, что до сих пор её люблю.
Невыносимо. Больно так, словно заживо сдирают кожу.
– То есть всё, что было между нами – неважно?
Дура. Гоша ведь выразился предельно ясно.
– Прости. Я должен был сказать тебе раньше.
Господи, этот ужас что, продолжается уже какое-то время?! А Гоша подходит ко мне и произносит:
– Вера, пойми. Нам будет невыносимо вместе.
– Но мы ведь подали заявление в ЗАГС. Собирались пожениться. Я уже бабушке рассказала.
– Напрасно, – произносит он. – Подумай сама. Ну куда тебе сейчас отношения, а тем более – ребёнок? У тебя всё ещё в жизни будет: и любимый, и свадьба. Тебе всего двадцать два года. Хорошо, что ты не успела забеременеть. Не нужен тебе сейчас аборт.

Мой жених сказал, что любит свою бывшую, и нам надо расстаться. А следом я получила фотографию - доказательство его измены. Я ушла и ничего не сказала о беременности. Но через два года бывший нашёл нас. Он хочет знать, кто отец моего сына, и требует провести тест на отцовство...

Свет фонарика все ярче. Слышу шаги. Кто-то спускается по ступенькам в подвал. Они под его весом поскрипывают. Старый дом. Шума с улицы не слышно.
— Очнулась? — слышу уже над собой.
Где-то вверху щелкает выключатель. Он свет включил. Я щурюсь, мотаю головой и открываю глаза.
Резко сажусь и во все глаза смотрю на своего похитителя.

Женщины любят его за ум, красоту, доброту и бесподобное чувство юмора. А еще за… Ну нет, если я начну перечислять все то, что они ему приписывают, я нескоро закончу. Даже наша уборщица тетя Света в возрасте за шестьдесят, кажется, свое «Доброе утро, Никита Владимирович» произносит с придыханием. Мужчины влюблены в его костюмы, машины и во все то, что принято называть стилем жизни. А я ни во что из этого не влюблена. Я его терпеть не могу. От всей души.

Курт Джейсон – самый популярный парень в моем новом колледже. Его роковая красота и ироничная улыбка уже разбили немало девичьих сердец. Я точно знаю: от него нужно держаться подальше. Только вот досадное происшествие со стаканчиком разлитого кофе столкнуло нас. Теперь я – объект всевозможных сплетен. А он… Он смотрит на меня так, что мурашки бегут по спине. Неужели решил добавить мое имя к списку побед? Пусть даже не надеется!

«…мне очень жаль, но вам осталось жить не больше трех месяцев...»
Услышать такое почти в канун нового года было… странно. Падал мягкий, теплый снег, вокруг кипела предпраздничная суета, красиво украшенные витрины пестрели яркими вывесками, а в воздухе витал запах иноземных фруктов и благовоний. Счастливые лица взрослых и детей. А я брела через людской поток, сжимала лист с диагнозом и совершенно не понимала. Почему умираю?

- Набегалась? - железные нотки в голосе моего мужа скребут прямо по нервам.
Видя, как я отрицательно мотаю головой, он стискивает зубы, однако, почти сразу его твёрдо очерченные губы растягиваются в опасной улыбке.
- По-хорошему или по-плохому, - говорит в ультимативной форме, прежде чем я успеваю открыть рот, - но ты едешь со мной. Если предпочитаешь, то прямо в этом багажнике, - с этими словами Богдан внезапно и настолько быстро складывает меня внутрь, предупредительно пригнув мою голову, что мне удаётся возмутиться только тогда, когда он бессердечно захлопывает крышку.

«Сюрприз!» - хотела произнести Анжелика и уже взяла в рот воздуха, когда замерла, словно безжизненная мраморная статуя, совершенно забыв, как дышать!

В момент, когда ее горячо любимый муж развлекался со своей секретаршей, Анжелика буквально разлеталась на миллион осколков, умирая заживо, все крепче и крепче сжимая в руке автолюльку с их грудной малышкой.

- Лика?! – тут же развернулся к ней Герман. - Давай только без этих киношных, драматических сцен! Я оправдываться не собираюсь! И успокой ты, в конце концов, ребенка! Я этот ор уже слушать не могу!

Застукав мужа с любовницей, Анжелика убежала прочь, но не успела она до конца осознать, что произошло и собрать их с дочкой вещи, как домой вернулся муж… И без зазрения совести сделал своей молодой жене «щедрое» предложение: жить втроем! Будучи совершенно уверенным в том, что без денег и с грудным ребенком на руках, у Лики не будет иного выхода, кроме как согласиться!

─ Я был с другой женщиной, ─ голос мужа звучит так, будто это не самое страшное, что он собирается сказать. ─ И она ждет от меня ребенка.
А вот и самое страшное...
─ И почему ты решил признаться мне в этом? ─ безжизненно отзываюсь я, чувствуя, как умираю внутри.
─ Чтобы сохранить наш брак, Ксения. Пока это еще возможно…
***
У нас была чудесная семья, сын и дочь подростки. А через месяц нас ждала пятнадцатая годовщина свадьбы, которую мы теперь можем отметить только разводом.

Но самым болезненным ударом для меня оказывается вовсе не новость о беременной любовнице и не предстоящий развод... А то, что ожидает меня после...

Любовь не живет три года если она настоящая. А только лишь крепнет проходя все испытания, что подкидывает жизнь.

— Шалава! — мой муж, с которым мы прожили вместе три года, смотрел сейчас на меня с ненавистью и злостью, хотя ненависти был достоин только он. — Нагулялась. Вернулась, наконец!
Я даже вдох задержала в груди от негодования и изумления. Я лежала в больнице, терпела болезненные уколы, а он?!
— Я пришла за своими вещами.
— Думаешь, они тут есть? ТВОИ вещи. — Он специально выделил это слово, чтобы показать, доказать, что моего тут не было и нет.
— И я подала на развод.
— Оу, у нас еще и голос прорезался! — Саша сощурился. Ему хотелось ударить меня побольнее, и когда я это поняла, то мне стало безразлично на все слова, что я заготовила прежде.

Мой муж изменил мне, а я попала в больницу. И теперь мне нужно научиться жить дальше и стать счастливой.